Алмаз Тёмных - Наталья Ракшина

— Милорд брат! — Повторила красавица, надувая губки. — Эту мелкую крысу надо наказать!

Эрик перевёл на меня вопрошающий взгляд.

— Она разбила вазу из моей коллекции!

Дура, не я, а кот! И не разбил, а так… может, можно склеить…

— Прошу прощения, миледи, это вышло случайно, когда кот запрыгнул на полку! — Бодро вставила я, не рискнув напомнить, что дверь была нараспашку, и наверняка, по вине самой миледи.

— Так ты обязана следить за ним! Ваза испорчена!

Какой смысл теперь спорить? Да, я не уследила, всё верно.

— Моя вина, миледи! Такое не повторится, уверяю вас.

Только бы не выгнали, тогда прощай, Dоrcha Clоch, а я сяду в тюрьму.

— Конечно, не повторится! Ты должна быть наказана! — Бушевала Лоури.

Милорд Эрик перестал теребить кота и отреагировал на вопли сестрицы негромким замечанием:

— Я приму решение, Лоури. Иди.

Готова поспорить, он хотел бы закончить фразу так: «Иди, и смой с волос эту розовую пакость»! Но вряд ли подобное говорится ближайшей родне при горничных.

Миледи тут же удалилась, хлопнув дверью, и предварительно кинув на нас с котом испепеляющий, полный презрения взгляд лавандовых глаз — таких же, как у брата.

Владыка Тёмных снова обратился ко мне, не повышая голоса:

— Ты будешь наказана, зверушка. Что ты предпочитаешь, вычет из жалованья или порку?..

Не раздумывая ни секунды, я, конечно же, высказалась за последнее. Я сейчас почти на мели, и не имею ни малейшего желания запускать лапку в свою копилку. А если из моей зарплаты будут вычитать за дорогущие разбитые вазы, то вообще труба, так и байк будет нечем заправить! Учитывая стоимость вазы, украшенной баццитом, я буду расплачиваться непомерное количество времени.

К слову, о порке. Не будем забывать, что телесные наказания для прислуги Тёмных — обычная вещь, ведь сами дроу отказались от рабства в отношении людей около ста лет назад, а замашки остались прежние. Я видела соответствующие строки в трудовом договоре, так что слова милорда Эрика нисколько меня не удивили.

Те же самые правила касаются школ и других учебных заведений, включая высшие — для учащихся и студентов обеих рас, независимо от их социального статуса, порка за проступки — в порядке вещей. Я и сама нарывалась в младших классах на розги за шалости, сломанные указки, драки с девчонками — ябедами. Различного рода эльфийские предприятия могут «штрафовать» сотрудников по аналогичной схеме — на выбор сотрудника, разумеется.

Пожав плечами, я подтвердила свои предпочтения.

— Ты странная, зверушка. — Голос Эрика вернул меня к реальности. — Ты говоришь, как менеджер первого года работы в эльфийской компании. Менеджер — эльф, а не человек… Я сталкиваюсь с таким ответом впервые за… много лет. Моя прислуга предпочитает штрафы.

— Я не вижу смысла так разбрасываться деньгами, милорд.

В конце концов, в «Синичке» мне приходилось выдерживать настоящие побои, после которых какие — то там розги ничего не значат.

— Хорошо, это твой выбор. Скажешь менеджеру по персоналу, что тебе назначено пять ударов. Можешь идти.

— Да, милорд.

Поклонившись, как положено, я сделала шаг в сторону двери. Мистер Тайгер, понимая, что я ухожу, тут же оттолкнулся от коленей хозяина, наверняка при этом, основательно царапнув когтями, и с жалобным мяуканьем кинулся за мной. Кто кормит — тот и рулит кошачьим миром! Я же говорю, предатель — он и есть предатель. Какие там могут быть собачьи гены преданности у комка пуха!

Совпали ли мои мысли относительно предательской сущности котяры с мыслями милорда Эрика, и остались ли от когтей следы на брюках, я так и не узнала.

Эх, какой был случай прислушаться к возможному местонахождению сейфа!.. Он упущен из — за того, что милорду приспичило зайти в свой кабинет!

Я добросовестно собиралась сообщить непосредственному начальству о совершённой оплошности, но вмешался случай. Дело в том, что именно в этот вечер задира Смоки решил, что справится в одиночку с бандой наглых сорок, частенько устраивавшихся в парке на ночлег. Сороки не разделяли рвения кота и поставили его на место: выдрали несколько клоков шерсти и клюнули в нос. Так что пришлось лечить и утешать Смоки, и до менеджера я так и не дошла. А на следующий день, уже часа в два дня, выяснилось, что менеджер по работе с персоналом отбыл в недельный отпуск.

Пришлось отложить явку с повинной.

Потом я просто закрутилась в ежедневной суете и забыла о назначенном наказании…

Дни шли за днями, цель оставалась недосягаемой. Проклятье, Креван! Ты засунул меня в это эльфийское логово, а шансов выполнить заказ я не вижу! Дом переполнен эльфийским девайсами, и все они поют… Если бы от успешных действий не зависела моя свобода, я бы предпочла отказаться и выполнить двадцать других контрактов!..

Со всей прислугой в Кэслин Эльдендааль у меня установились неплохие отношения, хоть я и была новенькой, и первую неделю ко мне присматривались, исподволь изучая, что я за птица такая. Я довольно легко схожусь с людьми, потому что не жду от них ничего особенного, не использую в качестве жилеток для слёз, не навязываю дружбу и не предаю тех, кто мне доверяет, — вот лучшая тактика для общения.

За обедом, в семь часов вечера, на кухне собирались те, кто постоянно жил в замке: повар Винсент (тридцать семь лет, фанат чистоты и блюд английской кухни), садовник Джед (пятьдесят три года, молчун и специалист по ландшафтному дизайну), три горничные (Мэри — Бланш, Эрин, Молли — все красотки, как на подбор), и я.

Мне был приятно общаться с этими людьми, но приходилось тщательно и осторожно избегать тем, касающихся моего прошлого и многих особенностей настоящего.

В конце первой декады сентября грянул гром.

Когда я только вернулась из Корка, куда ездила провести воскресный день и обновить маникюр, и парковала байк на отведённом мне месте, ко мне подбежала Нора. На ней не было лица.

— Пэнти! Наконец — то ты здесь!

— Что — то с котами? — Заволновалась я.

— Нет, Пэнти, не с котами, с тобой. — Нора была бледна, и её большие карие глаза выдавали глубокое беспокойство.

— Да что случилось?

Я старалась, чтобы голос звучал ровно, а между тем, струхнула порядочно. Неужели меня раскрыли?!