Охотники за костями. Том 1 - Стивен Эриксон

– Ага, значит, предупредительная!

Чародей мрачно взглянул на Калама:

– Не хочет высосать насухо своего Высшего мага, ты хочешь сказать?

– Прекратите вы, – возмутился Скрипач. – У меня уже в голове такие картинки, что лучше не надо. Дай лучше кусочек лепёшки-сепахи… нет, не той, от которой ты уже откусил, но всё равно спасибо, Бен. Вон… ай, ладно, забудьте.

Сапёр сам потянулся за хлебом.

– Эй! Ты же мне песок в еду натрусил!

Калам уселся на пятки. Скрипач словно молодел на глазах. Вот и хмурится, как раньше. Слишком надолго откололся от армии и всего, что к тому прилагается.

– Что? – поинтересовался Скрипач. – Боишься зубки до корней стереть? Тогда лучше хлеб не жуй.

– Да не такой уж он и засохший, – пробурчал с набитым ртом чародей.

– Верно, но песку в нём полно, Бен. С мельничных жерновов. Как бы там ни было, из меня теперь всё время песок сыплется. У меня песок в таких местах, что ты себе представить не можешь…

– Прекрати, у меня уже тоже картинки в голове.

– Если так дальше пойдёт, – беззастенчиво продолжил Скрипач, – я могу год просидеть в Даруджистане и всё равно буду испражняться песчаными кирпичиками…

– Да прекрати же!

Калам прищурился, глядя на сапёра:

– В Даруджистане? Собираешься присоединиться к остальным?

Сапёр отвёл глаза:

– Когда-нибудь…

– Когда-нибудь скоро?

– Не собираюсь я сбегать, Калам.

Убийца лишь на миг перехватил взгляд Быстрого Бена и откашлялся:

– Ну… на самом деле, может, тебе и стоит сбежать, Скрип. Если бы я давал тебе совет…

– Если бы ты взялся советовать, я бы понял, что нам всем крышка. Спасибо, что настроение испортил. Бен, передай эля, пожалуйста. В горле пересохло.

Калам сдался. Ладно, хоть это, по крайней мере, прояснилось.

Быстрый Бен смахнул крошки с ладоней и сел поудобней:

– У неё есть виды на тебя, Калам…

– У меня и так на одну жену больше, чем надо.

– А если она хочет, чтобы ты собрал взвод убийц?

– Что?! Из этого сброда?

– Ну-ну! – прорычал Скрипач. – Я знаю «этот сброд».

– И что?

– И ты прав, конечно. Бестолковые они.

– И всё равно, – сказал чародей, пожимая плечами. – К тому же, она, наверное, захочет, чтобы ты это сделал втихую…

– При этом Жемчуг вас подслушивал. Конечно.

– Нет, это уже потом было. Вторая часть нашей встречи прошла для зрителей. На чистоту мы говорим раньше, прежде чем подоспеет Жемчуг или кто другой. Она устраивает наши встречи в самые непредсказуемые моменты. Посылает ко мне Свища.

Чародей сотворил охранное знамение.

– Да он просто найдёныш, – сказал Скрипач.

Но Быстрый Бен только покачал головой.

– Значит, она хочет получить собственный отряд убийц, – проговорил Калам. – Так, чтобы Когти не узнали. Ох, не нравится мне это, Бен.

– Кто бы ни прятался за стенами, Лам, глупости там нет.

– Да вообще вся эта затея глупая, – объявил Скрипач. – Она же подавила восстание – чего ещё хочет Ласиин?

– Сильна, когда надо иметь дело с врагами, – проговорил Калам. – И слаба, когда нужно завоевать сердца.

– Тавор не по этим делам, так в чём проблема?

– Она может прославиться, завоевать сердца. Ещё несколько успехов – явных, где видно будет, что это не просто везение. Да ладно тебе, Скрип, ты же знаешь, как быстро армия может перемениться.

– Только не эта армия, – буркнул сапёр. – Она и так едва с земли поднялась. Мы – очень шаткая братия. Бен, она об этом хоть подозревает?

Чародей подумал немного, затем кивнул:

– Думаю, да. Но она не знает, что с этим можно сделать, кроме как поймать Леомана Кистеня и стереть в порошок вместе с его войском.

Скрипач хмыкнул:

– Вот этого Спрут и боится. Он считает, что мы все освежимся Раналом прежде, чем всё закончится.

– Раналом? Ах, ну да.

– Он мне уже мозги проел, – пожаловался Скрипач. – Всё талдычит про «ругань», которую припрятал на случай, если придёт к нам неминуемая гибель. Вы бы видели лица новобранцев, когда он на эту тему разливается.

– Похоже, со Спрутом надо поговорить.

– В рыло ему надо дать, Лам. Уж поверь, меня так и тянет…

– Но сапёры так друг с другом не поступают.

– Но я ещё и сержант.

– Но он тебе нужен на твоей стороне.

Сапёр мрачно согласился:

– Угу.

– Ладно, – заявил Калам, – я его наставлю на путь истинный.

– Только осторожно, он тебе под ноги может «шрапнель» бросить. Не любит убийц.

– А кто их любит? – философски заметил Быстрый Бен.

Калам нахмурился:

– А я-то думал, что меня любят и ценят… по крайней мере, друзья.

– Мы просто не рискуем, Калам.

– Вот спасибо, Бен, я это запомню.

Вдруг чародей поднялся:

– Сейчас прибудут наши гости…

Скрипач и Калам тоже встали и обернулись, чтобы увидеть, как вновь распахиваются врата Имперского Пути. Наружу вышли четверо.

Убийца узнал двоих и ощутил одновременно радость и беспокойство: тревогу – при виде Высшего мага Тайшренна и искреннюю радость от встречи с Дуджеком Одноруким. По обе стороны от Тайшренна шли телохранители – один, пожилой сэтиец с навощёнными усами, казался отдалённо знакомым, будто Калам уже когда-то видел его, давным-давно. С другой стороны от чародея вышагивала женщина лет тридцати пяти – сорока пяти, ловкая и атлетически сложенная, что было хорошо заметно под тугими шелками. Глаза у неё были мягкие, тёмно-карие и насторожённые; миндалевидное лицо обрамляли коротко подстриженные на имперский манер волосы.

– Расслабься, – тихонько прошептал Быстрый Бен Каламу. – Я же говорил, роль Тайшренна в… прошлых делах… мы неправильно поняли.

– Это ты так говоришь.

– И он пытался защитить Скворца.

– Да только опоздал.

– Калам…

– Ладно, я буду вести себя культурно. А тот сэтиец – это что, его старый телохранитель? Со времён Императора?

– Да.

– Унылый ублюдок? Всегда молчит?

– Точно он.

– Он, похоже, слегка переспел.

Быстрый Бен сдавленно фыркнул.

– Что тебя так развеселило, Высший маг? – спросил, подходя, Дуджек.