Око Дьявола - Джек Макдевит

– Вот ведь сукины дети. Помяни мое слово, скоро нам придется с ними сражаться. Верно, Пар?

– Похоже на то, – кивнул Пар. – Они все прилетают и прилетают. Неприятностей не оберешься.

– Килгор постоянно твердит, – сказал верзила, – что тревожиться не о чем и «немые» нас не тронут. Но какой дурак в это поверит? Говорю тебе: не просто так они роют убежища.

В конце концов мы остановились возле камня с надписью:

БЕССАРЛИК

Самое старое поселение на Салуде Дальнем.

Считается, что оно не основано человеческой цивилизацией.

2000 г. до А.

Камень был огорожен. Вокруг него виднелись таблички с другими надписями: «Ставить палатки строго запрещается, за исключением отведенных мест», «Открыто от рассвета до заката».

Что касается даты, то имелись в виду, естественно, две тысячи лет до прибытия «Аквилы». Вокруг камня росли толстые деревья. Если здесь и стоял когда-то город, от него ничего не осталось.

– Надо было взять с собой сканер, – сказала я.

Алекс покачал головой:

– Это еще одна подделка.

– Откуда ты знаешь?

– Провел кое-какие исследования. Камень поставили здесь триста лет назад, чтобы вытягивать деньги из туристов.

– Тогда зачем мы вообще сюда приехали? – раздраженно бросила я.

– Дело в том, что Викки поступила точно так же. Было бы удивительно, если бы она не знала истории этого места: знала, как и мы. Чейз, это все индустрия развлечений. Человек приходит сюда и дает волю воображению. Собственно, ничего больше. Никто не относится к этому всерьез.

Мы прибыли ранним вечером. В конце пристани располагался пункт проката лодок, чуть дальше – палаточный лагерь. Вдоль берега выстроились киоск с сэндвичами, сувенирная лавка и гостиница. Все вместе называлось Центром. Вокруг бродили несколько туристов, делая снимки. К пристани подплыла лодка; туристы вышли из нее и потянулись к гостинице. Мы последовали за ними. В вестибюле молодая женщина поливала цветы.

Задавать вопросы женщине Алекс поручил мне, сославшись на то, что у меня это выйдет лучше. Слышала ли она о Викки Грин?

– Кто это?

– Автор романов ужасов.

Она покачала головой:

– Спросите на стойке. Там скажут, здесь ли она или нет.

– Здесь ее точно нет. – Я показала ей голограмму. Викки была одета для похода в лес – мешковатые белые штаны, серый пуловер с надписью «Университет Хармейна» и зеленое кепи, вроде того, что носит в симуляциях Даунхоум Смит.

Женщина долго разглядывала голограмму, потом покачала головой.

– Извините, – сказала она.

Мы совершили ошибку, пропустив вперед пассажиров с лодки. Пришлось подождать, прежде чем я смогла подойти к стойке обслуживания. За ней стояла женщина средних лет. Всем своим видом она давала понять, что, на ее взгляд, у гостей отеля чересчур много свободного времени в отличие от нее, такой занятой.

– Возможно, у вас останавливалась наша подруга, – сказала я. – Месяцев пять или шесть назад. Викки Грин. Не могли бы вы проверить, жила ли она в вашей гостинице?

Женщина вежливо улыбнулась:

– Прошу прощения, но закон о защите персональных данных запрещает нам раскрывать данную информацию без согласия гражданина. – Она произнесла это так, будто речь шла о чем-то само собой разумеющемся.

– Нам очень нужно ее найти, – сказала я.

– Извините, ничем не могу помочь.

Я показала ей деньги:

– Я вас отблагодарю.

– Если что-то случится, у меня будут неприятности. Так что сообщите, если решите снять номер. Прошу прощения.

И она отвернулась.

Алекс, который все слышал, неодобрительно взглянул на меня:

– Ты вела себя словно политик.

– В следующий раз спрашивай сам.

Алекс обвел взглядом вестибюль.

– Не стоило вообще сюда заходить, – сказал он. – Пошли.

– Каков наш план?

– Разумно предположить, что, проделав такой путь, она вряд ли остановилась бы в гостинице.

– Почему?

– Мы знаем, что она приехала сюда за атмосферой. Взяла напрокат каноэ, хотя могла просто прилететь. – Алекс покачал головой. – Она ночевала на природе.

– В палаточном лагере?

– Нет. И поступила она так по той же причине, по которой не остановилась в гостинице.

В этот момент ко мне обратилась молодая женщина с лейкой:

– Простите, но я все слышала. Мы не рекомендуем ставить палатки за пределами официальных зон.

– Почему? – спросил Алекс.

Она слегка замялась:

– Там может быть опасно.

– В каком смысле?

– Ну… говорят, будто там есть что-то такое…

– Опять реклама, – вздохнул Алекс.

– Прошу прощения? – Женщина замолчала.

– Все в порядке. Спасибо, что предупредили.

Двери открылись, и мы вышли под лучи заходящего солнца. Час спустя мы поставили палатку у северной границы заповедника, развели костер и уселись возле него, шевеля поленья и потягивая кофе.

– Знаешь, – сказала я, – если мы действительно хотим повторить ее опыт, то поступаем неправильно.

– То есть, Чейз?

– Не знаю, что думаешь ты, но я бы воспринимала путешествие по этой реке совсем иначе, если бы плыла одна.

– Знаю. Но вряд ли стоит воспроизводить все в точности. Просто попробуй представить себе ее настроение.

– Собиралась возвращаться домой, – ответила я.

– Да уж, Чейз. Похоже, турист из тебя никакой.

Вторую ночь, как и первую, мы провели под голубой звездой. Я проснулась, решив, что раздался какой-то звук, но все было спокойно. В костре догорало последнее полено. Я лежала, прислушиваясь к шуму реки, ветру и негромкому жужжанию насекомых. Время от времени среди ветвей хлопали чьи-то крылья.

Натянув повыше одеяло и поправив куртку, которая служила мне подушкой, я собралась было закрыть глаза, но увидела сквозь деревья свет на другой стороне реки. Тусклое прозрачное сияние медленно плыло вдоль берега, слегка напоминая длинную мантию.

Я разбудила Алекса.

– Что? – спросил он.

– Смотри, – показала я.

Алекс перевернулся на бок.

– Какое-то животное, – пробормотал он. – Не обращай внимания.

– Никогда не видела таких животных.

– Ты же на другой планете, Чейз. Чего ты ожидала?