Ведьмак из Большого Киева (сборник) - Владимир Васильев

Двигаясь, будто робот или калека, Геральт кое-как втиснулся на переднее сиденье и выставил в окно ствол помповухи.

— Поехали!

Газанула Синтия от души, ведьмак даже охнул. Полуорка мысленно выругала себя: он же наверняка ранен!

Резких маневров Синтия теперь старалась избегать. Миновали вереницу кварталов с набившими уже оскомину усадьбами-крепостями, проскочили мимо куцего парка и небольшого озерца.

— Направо! — скомандовал Геральт и, как всегда, оказался прав. Спустя десять минут они выехали к оживленной скоростной трассе.

— Ты ранен? — обеспокоенно спросила Синтия. — Тебя перевязать?

Никогда она не думала, что будет так беспокоиться о мужчине. Совершенно постороннем мужчине. Хотя… разве теперь ведьмак Геральт посторонний ей?

— Да не ранен я, — пробурчал Геральт, морщась и шипя. — Ушиб разве что схлопотал.

— Но в тебя же попали! Я видела!

— Попали, — подтвердил Геральт. — Но я ведь мутант, не живой. У меня кости прочные.

«Бредит, — забеспокоилась Синтия еще сильнее. — Мамочки, что же делать?»

Кровью около дыры по-прежнему и не пахло. Впрочем, сидя за рулем не очень-то и рассмотришь. Поэтому Синтия тормознула у первого же придорожного мотельчика.

— Шахнуш тодд! — прошипел Геральт. — Больно-то как!

И принялся расстегивать сначала куртку, потом рубашку (тоже с дыркой), под которой обнаружился…

Разумеется, бронежилет. Что же еще?

— Тьфу! — ужасно рассердилась Синтия. — Я тут чуть с ума не схожу, а он шутит! Весельчак, тля! И когда ты его нацепить успел? Мы ж весь день вместе!

— О-хо-хо!! — стонал Геральт. — Честно? Когда назад уже на «Черкассах» ехали — в сортир мне вовсе не хотелось. Сначала я жилет тебе думал отдать. А потом прикинул и понял — лучше самому надеть. Видишь, прав оказался… Ы-ы-ы…

Под жилетом обнаружился обширный фиолетовый, будто чернильная лужица, синячище. А Синтия вдруг поймала себя на мысли, что после недель, проведенных с ведьмаком-учителем, теперь думает о синяке исключительно как о гематоме. В связи с чем и схватилась тут же за аптечку. За ведьмачью, разумеется. Геральт не возражал, когда Синтия полезла в его рюкзачок.

— Геральт! — спросила она минуты через две, смазывая синяк (пардон — гематому) рекомендованной увечным наставником едко-зеленой дрянью под названием «эликсир-лямбда». — А почему ты велел бросить деньги? Почему велел оставить этим уродам?

— Потому что это их деньги, — объяснил Геральт. — Я их не заработал. А ведьмаки чужого не берут. Даже у уродов. Такие, понимаешь, дела…

8

Видом с моста Синтия поневоле залюбовалась. Вода была зеленоватая, беспокойная; высокий берег, куда они ехали, утопал в зелени. По заливу, вздымая к небесам косые треугольники парусов, скользили несколько яхт.

Геральт тронул Синтию за плечо и указал влево:

— Матвеевка там. Чуть выше по течению.

Синтия мрачно кивнула, глядя на далекий берег. Стройные свечки тополей обрамляли его, делая похожим на гигантскую расческу.

Последние несколько дней у полуорки родилось и окрепло ощущение, что Геральт решил от нее отделаться. Что ему надоело нянчиться с — чего там говорить — навязанной Весемиром воспитанницей.

Сначала Синтия решила, что на купленных «Черкассах» они отъедут совсем немного, лишь бы убраться из района, где враждовали наркокланы хитроумного старого орка и Безбашенного Крана. Но в тот день они проехали почти сто километров и заночевали под самым Николаевом. Зато следующую неделю вообще не двигались с места, Геральт даже на привычную физзарядку махнул рукой и дни напролет втискивал в Синтию все новые и новые ведьмачьи знания. Голова у Синтии трещала от перегрузки. А нынешним утром ведьмак взялся за ноутбук, потом протяжно вздохнул и даже суше, чем обычно, изрек:

— Хватит. Поехали, воспитуемая.

Впервые за несколько недель он произнес это слово. Синтия поневоле задумалась: не в последний ли раз?

Мост они миновали. Проехали по улочкам уютного и чистенького района, изобилующего небольшими, не выше четырех этажей, домиками.

— Налево, — скомандовал Геральт на очередном перекрестке.

Через несколько кварталов «Черкассы» вырулили на очередной мост. Вид с него ничем не уступал по красоте виду с первого, названного ведьмаком Варваровским.

Второй мост Геральт назвал Ингульским.

Жилые кварталы тянулись еще минут пятнадцать за мостом, а затем, едва «Черкассы» скользнули по ободу дорожного кольца со столбом-стелой в центре, дома оборвались. Справа от дороги вдалеке виднелись еще какие-то строения, а слева раскинулось голое поле, лишь кое-где разбавленное напоминаниями о городе.

— Тормози, — приказал Геральт, и Синтия послушно велела легковушке прижаться к обочине.

Ни слова не говоря, Геральт вылез наружу. Синтия тоже. С неясной тоской обернулась, поглядела на симпатичный кораблик, венчавший столб-стелу в дорожном кольце.

Остро, невероятно остро полуорка осознала, что ее жизнь подошла к некоему важному повороту, когда любой поступок, любая мысль и любое произнесенное слово могут возыметь роковые последствия.

— Это граница Матвеевского полигона, — сообщил Геральт и протянул руку, указывая. — Основное поле там, слева от трассы, но танки перебираются и на эту сторону. Я привел тебя сюда… как договаривались.

И умолк.

— И… что дальше? — недрогнувшим голосом спросила Синтия.

Откуда взялись силы оставаться хотя бы внешне невозмутимой и сильной, она и сама не понимала.

— Я слагаю с себя полномочия няньки, Синтия, — серьезно сказал Геральт. — Не знаю, что ты собираешься тут делать, но за все дальнейшие поступки отныне ответственна ты и только ты. Более никто.

— А что намерен делать ты? — на всякий случай поинтересовалась Синтия.

— Сесть и уехать.

— Куда?

Ведьмак внимательно взглянул полуорке в глаза.

— Видать, плохо я тебя учил, — пробормотал он. — Какая разница куда? Не твое это дело.

По правде говоря, Геральт намеревался рвануть прямиком в Арзамас-шестнадцать и как следует поговорить с Весемиром. Уяснить, зачем его втравили в это странное наставничество, начисто лишенное перспектив и смысла. Если, конечно, не учитывать гонорара, каковой Весемиром, несомненно, был получен сполна.

— До свидания, Геральт, — сказала Синтия. Голос ее едва не сорвался и не задрожал. — Спасибо за науку.

— Прощай, — коротко обронил ведьмак и сел за руль «Черкасс».

Сухо клацнула дверца и уркнул двигатель.

Несколько минут Синтия тупо глядела на удаляющуюся легковушку. Потом глубоко вздохнула, забросила на спину рюкзачок, поправила ружье на боку и решительно пересекла дорогу.