Две свадьбы и одни похороны - Дмитрий Старицкий

А кто вредитель?

Я вредитель.

Узнают — не простят. Прапорщик Быхов — первый.

Девять непокрытых красивых головок с ожиданием смотрят на меня, выстроившись в ряд. Целое отделение.

Десятая красавица рядом со мной стоит, держа в руках стопку черных беретов.

— Ну, что, бойцыцы, становимся бойцами, — обвел я глазами строй, любуясь красивыми лицами.

Девчонки смущенно заулыбались, но с вопросами не лезут, не галдят; ждут, когда сам скажу, что хотел. Доннерман хоть и гад, но профи. Все же неплохо их намуштровал за такое короткое время.

— Стрелок-радист Шицгал.

— Я, — вскинулась Роза.

— Выйти из строя.

Роза сделала два шага вперед. Почти правильно.

— В ознаменование окончания боевой учебы вы награждаетесь черным беретом и становитесь полноправным бойцом отряда «Факел». Поздравляю вас. Добро пожаловать на борт.

Ингеборге торжественно вручила ей головной убор с русским триколором на кокарде. И мы оба отдали Розе воинское приветствие; проще говоря, козырнули.

— Встать в строй, — командую.

Жду, пока Роза займет свое место, и объявляю следующую:

— Снайпер Комлева.

— Я, — моментально откликается Дюлекан.

— Выйти из строя.

Дюлекан вышла просто на «отлично». Хорошим таким строевым шагом со стуком подошв по доскам. Хоть на строевой смотр выводи. Шучу, конечно. До строевого смотра ее еще гонять и гонять, как Сидорову козу.

Внимательно всматриваюсь в Дюлю и не нахожу на ее лице следов депрессии. Вот и славненько. Нечего по этому козлу убиваться, не стоит он того.

— В ознаменование окончания боевой учебы вы награждаетесь черным беретом и становитесь полноправным бойцом отряда «Факел». Добро пожаловать на борт, мэм.

И поехало:

— Снайпер Бисянка.

— Пулеметчик Антоненкова.

— Стрелок Иванова.

— Стрелок Синевич.

— Стрелок Айзатуллина.

— Стрелок Вахитова.

— Стрелок Радуева.

Все. Последняя команда:

— Вольно, можно надеть береты.

Традиции и ритуалы не зря были придуманы еще в седой древности. Предки не дураками были. Казалось бы, какая хрень? Беретки копеечные раздаем. А на деле у девчат формируется чувство сопричастности к единому целому. ОТРЯДУ. Теперь есть на свете МЫ — носящие черные береты и ОНИ — все остальные. И каждая, получив беретку, ощущает, что это не просто головной убор, а знак, символ. Причем заслуженный. А это дорогого стоит.

Все девять девочек, получив береты, некоторое время помогали друг другу их правильно надеть.

Смотрелись в зеркальца.

Поправляли.

Красовались.

Я терпеливо ждал. Стремно становиться между зеркалом и женщиной. Чревато… Даже если ты ей командир.

Все же «Отряд» для них — пока такая же ролевая игра, что и «Гарем».

На службу их не призывали.

Присяги они не давали.

Контракта не подписывали.

Трибунал им не грозит.

Все добровольно, в том числе и дисциплина. Но до Одессы она край как всем нам нужна, чтобы доехать туда, желательно целыми тушками.

Прибежала Катя в шортиках и легкомысленной маечке на лямках, раскачивая под ней грудью в такт шагам. Она никогда не унижала свою грудь лифчиком.

— А моя беретка где? — возмущенно крикнула она, еще не остановившись.

— А тебе берет зачем? — спросила Наташа. — Ты ведь уже приехала.

— А я его на стенку повешу, в память о вас, — выдохнула Лупу, точнее — уже миссис Вильям Ирвайн, — и по выходным носить буду.

Вся дисциплина моментально рухнула, и девчонки кинулись обнимать друг друга, как хоккейная команда после удачно заброшенной шайбы.

Наконец Катя от всех отбилась и получила свой берет у Ингеборге. По правде, мы ей и так собирались его отдать. Зачем он нам? Лишнее место занимать?

— Жора, ты мне календарь на свадьбу подаришь? — спросила Катя, не отрывая взгляда от маленького зеркальца, одолженного у Анфисы.

— Не на свадьбу. Просто подарю. Первый экземпляр — твой. С автографами. Каждая подруга тебе распишется на своей странице. Я — на титуле.

— Офигеть. Дайте два. Один я в магазине повешу. А второй, с автографами, дома — по отдельности, в рамочках, — тут же смекнула хозяйственная Катя свой профит. То есть не столько свой, сколько уже семейный профит, раз в магазине собралась вешать в качестве рекламы.

— Заметано, — охотно отозвался я на эту просьбу.

Катя обняла меня и, подтянувшись, шепнула в ухо:

— Спасибо тебе за все.

Чмокнула, фактически клюнула, в районе уха, потом отпрянула и убежала в магазин.

К Биллу.

Впрочем, так и должно быть. Именно этого я и добивался. Хотя в глубине души все же немного жаль, что Катя уже не моя.

— Так, становись! — скомандовал отряду. — Кончай отдыхать.

Девчата, уже с меньшей охотой, продолжили играть в военщину.

Но встали.

Ровненько и по ранжиру.

Подождав, пока все успокоятся, сказал:

— На сегодня у нас следующие задачи. Первая — собрать все свои вещи, как для марша в Одессу. Вторая — после обеда полностью загрузить автобус для той же цели. Будем испытывать его с полной нагрузкой и полным экипажем. Предваряя ваши вопросы, поясню: прокатимся до Базы «Европа», совершим малый шопинг и обратно. Так что оружие почистить, магазины патронами набить. Кусачки и пломбировочная машинка — у Кати в магазине. Пользуйтесь блатом, пока есть. В четверг у нас конвой. Мы покидаем Порто-Франко. Так что, если с кем надо проститься — прощайтесь. Потом времени не будет. Роза, Таня и Дюлекан — со мной, сбор через десять минут. Остальные — под начало Ингеборге. Время пошло!

Так, народ озадачен. Теперь можно уже обойтись одним джипом Фреда, а то все мозги промял, как разорваться сразу в несколько мест одновременно.

Новая Земля. Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто-Франко.

22 год, 30 число 5 месяца, вторник, 12:07.

— Это уже не «Путанабус», — недоуменно заявила Бисянка, — это какой-то «Путанк».

Автобус стоял перед закрытыми воротами Олегова ангара и ничем не напоминал нам бывший миленький «скул бас». Это действительно была агрессивная монстра, не похожая на все то, что я видел ранее.

— Не «путанк», а «путанкетка», — со всей серьезностью завила Роза. — У «путанка» член во лбу торчать должен.