Огонь на поражение - Александр Быченин

– Те развалины, – ткнул он рукой за спину, – от старой военной части остались. Давно, еще до Бойни, там рота Десанта квартировалась. Сейчас, конечно, все разграблено, кроме руин, ничего и нет. Одно хорошо – место глухое, просто так туда никто не суется. Репутация у него дурная.

– Чего так? – заинтересовался Шелест. – Призраки путникам являются? Или иная нечисть?

Виталик окинул майора оценивающим взглядом – не идиот ли, часом? – и пояснил:

– Не, просто тут местный криминалитет частенько разборки устраивает. Очень удобно. Кто победил, трупы в шахту вентиляционную сбрасывает, и все – следов никаких. Там этих жмуриков за век накопилось – жуть!

– И ни одного призрака? – не поверил Шелест. – На таком материале можно шикарнейшую страшилку придумать. А народ ленится. Мне, что ли, взяться?

Отрок обиженно надулся и сосредоточился на управлении сноровистым внедорожником. Так, в относительной тишине, прошло еще полчаса. К тому времени как мы углубились в пригород, окончательно рассвело, и мы наконец получили возможность в подробностях рассмотреть Порт-Владимир. Признаться, город не впечатлил. После Чернореченска с его предпольем, напичканным минными полями, и Разгуляя с огромным портом раскинувшиеся вокруг трущобы являли собой жалкое зрелище. Типичная деревня, разве что деревянная застройка постепенно отступала под натиском однотипных коттеджей да улицы потихоньку принимали пристойный вид – сначала пошли засыпанные щебнем, а потом и пенобетонное покрытие появилось. Впрочем, к этому моменту трущобы мы благополучно пересекли и углубились в «сити» местного разлива – обиталище среднего класса. Здесь дела обстояли немного лучше, улицы раздались вширь, а дома ввысь – нередко попадались на глаза трех-, пяти– и даже семиэтажки. В Чернореченске я такого не видел, там даже в центре выше пяти этажей не строили. Несмотря на раннее утро, проспекты были изрядно забиты транспортом. Во всех направлениях неслись неизменные «бобики» и «козлы», чинно плыли «автобусы» – уже знакомые шестьдесят шестые, оснащенные пассажирскими кунгами. Попадался и сугубо грузовой транспорт, но мало. Видимо, не принято здесь на тяжелых фурах через центр города ездить.

– Куда все-таки едем? – тронул я за плечо Виталика. – Не в гостинице же нас поселите, в конце концов.

– Нет, конечно, – ухмыльнулся тот. – Главный сказал вас на конспиративной квартире устроить, это в Купеческой слободе. Сейчас Середку проедем, выйдем к Южному порту, а там и до места недалеко.

Взять на заметку – первым делом ознакомиться с картой города. А то, не ровен час, снова в идиотском положении окажусь.

– Долго еще? – попытался я сгладить неловкость.

– Минут десять, – прикинул Виталик. – В Верхний город соваться не будем, объедем по Середке. А в Купеческой в такую рань движение слабое, быстро проскочим.

Я решил удовлетвориться ответом и оставил проводника в покое. Тем более вокруг было на что поглазеть. Не родная Самара, конечно, но достаточно крупный город с любопытной ретроархитектурой. Некоторые здания не лишены определенного шарма: резные балкончики, лепнина на стенах, один раз даже попалось панно, изображавшее героическую сцену времен освоения планеты. Симпатичное местечко, вполне можно жить. Вот только машин слишком много, выхлопом сильно воняет. С непривычки тяжко.

Город произвел впечатление не только на меня – майор Шелест тоже силился рассмотреть окрестности, высунувшись из-за Волчары, но Игнат и сам был не прочь поглазеть по сторонам. Такое вот пересечение интересов.

Как и обещал Виталик, респектабельный район высоток быстро сменился угловатыми коробками пакгаузов, улочки усохли до двух полос, а стайки легковушек уступили место тяжеловесным фурам и трудягам-«шишигам». Некоторое время мы кружили по хитросплетениям переулков, затем пересекли широкий проспект, запруженный грузовиками, и нырнули в царство домов-крепостей. Скорее, складов, по совместительству бывших еще и жильем – первые этажи занимали лавки, украшенные замысловатыми вывесками, на вторых располагались квартиры, но большая часть монументальных построек отводилась под хранилища, выходившие на зады. Заборы месту вполне соответствовали – высоченные, метра по три, да еще и с колючей проволокой поверху.

– Купеческая слобода, – пояснил Виталик. – Здесь в основном торговцы-оптовики селятся, торгуют разным с аборигенами. Те, что с княжеством дела ведут, в Речном обосновались. А мелкие купчины на Торжище квартируют.

– Ты рули давай, экскурсовод хренов! – вызверился Волчара.

Ему уже порядочно надоело биться головой в крышу, да и ноги начали затекать. У меня, кстати, тоже. Только Шелест сидел как ни в чем не бывало да Зубов сопел спереди.

– Приехали уже, – поспешил объявить Виталик. – Вот наша контора. С задов только заедем, чтобы не палиться.

Открывшийся взору полулабаз-полумагазин ничем не выделялся в ряду себе подобных, разве что вывеской. «Лосев и Сыновья» – гласила надпись, выполненная белым по темно-синему. И чуть ниже мелкими буквами: «Товары повседневного спроса».

– Чем торгуете? – поинтересовался я вслух.

– Всем подряд, – просопел Виталик, вырулив в переулок. – Это прикрытие, нам вообще по фигу, для виду коммерцией занимаемся. Хотя батя сердится, когда такое слышит.

– Батя? – хмыкнул я. – Так ты Лосев, из тех, что «сыновья»?

– Угу. Потомственный купец, между прочим.

– Шпиён тоже потомственный, – подпустил шпильку Игнат. – Тайный агент чернореченского империализма в оплоте свободной торговли, туда-сюда.

Виталик пропустил выпад мимо ушей. Он подогнал «бобик» к внушительным воротам и пару раз посигналил. За забором зашелся в лае пес, судя по голосу, крупный экземпляр. Некоторое время ничего не происходило, затем массивная створка с громким скрипом отъехала вбок, открыв вид на внутренний двор. Виталик тронул машину с места и, обогнув по пути несколько завалов из разнообразной тары, через несколько секунд притер ее к неприметной дверце. Заглушил мотор и возвестил:

– Приехали. Выгружаемся, мужики.

Второго приглашения дожидаться не стали – кое-как выпростались из салона и принялись потягиваться, разминая затекшие члены. Игнат аж кряхтел от усердия – с его кряжистостью оказаться зажатым между дверцей и стандартным во всех отношениях майором Шелестом было тем еще испытанием. Я тоже не отказал себе в удовольствии хорошенько потянуться, но затягивать с этим делом не стал, тем более что Виталик уже суетился у дверцы багажного отделения. Однако первым к раздаче успел Зубов: навьючившись сумкой, он неторопливо направился к гостеприимно распахнутой двери. Расхватав баулы, мы последовали его примеру. Пересекли короткий тесноватый коридорчик и попали в довольно большое помещение, заставленное стеллажами с разной мелочовкой.

– Пойдемте за мной. – Нагнавший нас Виталик приглашающе махнул рукой и двинулся в глубь склада, ловко лавируя между шкафами и рядами полок. – Батя велел вас в спецсекторе разместить. Чтоб, стало быть, не наткнулся кто. А то пойдут пересуды.