Сумка, посох и удача! - Эрли Моури

Из кладбищенской арки появилось человек семь-восемь, и двинулись к нам. Элсирики среди них не было. Я хотел выразить недовольство ударом посоха в землю и каким-нибудь сердитым заклятием, но в этот момент из-за кустов вышло еще несколько братьев-копателей, двое из них держали высокую рыжеволосую девицу. Когда они приблизились на полсотни метров, я уже не сомневался, что в их руках именно Анька Рябинина. Вела она себя крайне беспокойно: все норовила вырваться и ударить ногой в пах одного из своих конвоиров.

—Госпожа Элсирика,— крикнул я.— Попрошу не волноваться. Потерпите еще немного общество этих негодяев. Сейчас мы обменяем вас на один бесполезный свиток.

—Клочок Мертаруса,— поправил меня копатель, лицо которого было скрыто черной маской.

—Остановитесь! Больше не шагу!— предостерег я их, подняв посох.

Они дошли до нагромождения камней и расположились полукругом. Диспозиция шайки копателей мне не понравилась. Во-первых, они стали так, что в случае необходимости я не мог накрыть магическим ударом сразу всех. А во-вторых, они позволили подойти себе слишком близко и у меня возникли сомнения: успею ли я сотворить даже простенькое заклятие раньше, чем кто-нибудь из ретивых ребят добежит до меня. Конечно, в запасе у меня имелось хорошее кунг-фу и кое-какие мелочи, рассованные по карманам. Но, честное слово, очень не хотелось кровопролития. И господин Дереванш в этой ситуации предпочитал быть ярым пацифистом. Я глянул на его бледное лицо, подрагивающее, выражающее какую-то особую, растерянную улыбку без малейших признаков агрессии. Затем я перевел взгляд на Элсирику, которую загораживали три крепеньких гильдийца. Губы писательницы тоже изогнулись в улыбке, но миролюбия в ней не имелось ни капли. У меня даже возникло опасение: а не захочет ли наша девочка свести с кем-нибудь счеты, едва освободятся ее руки.

—Для начала пропустите сюда госпожу Элсирику, только не развязывайте ей руки,— распорядился я, небрежно махнув человеку в маске (наверное, он был здесь главным представителем братства).

—Немножко повежливее с Третьим Мастером братства,— крикнул мне один из последователей Селлы.

—А то это чревато некоторыми неприятностями,— вторил ему другой, и я увидел, что в его руке появилась лопата, только не маленькая бронзовая, а лопата вполне серьезных размеров, которой можно и картошки накопать и убить кого-нибудь при желании.

Архивариус, похоже, окончательно сдрейфил и начал пятиться к обочине.

—Надеюсь Кусок Мертаруса при вас, и он подлинный?— заговорил человек в маске, которого называли Третьим Мастером.— Пусть ваш лысый друг принесет его мне!

Я решил, что больше не стоит медлить с обменом, и быстро извлек пергамент из потайного кармана. Тут же и Дереванш достал свой лоскут. Мастера братства на какой-то миг озадачило появление сразу двух Клочков Мертаруса, потом он разразился хриплым смехом.

—Идиот вы, господин архивариус!— с негодованием проговорил я.

—А вы!.. Что вы со своим влезли?!— взвизгнул Дереванш, убирая за спину свиток.— Тогда сам несите им свой.

—Милейший Мастер копатель, у меня настоящий пергамент,— сообщил я, делая шаг к человеку в маске.

—Давайте сюда оба!— потребовал он.

—Извините, но мы договаривались поменять только один свиток на одну Элсирику,— вежливо заметил я.— Если у вас имеется две Элсирики, то тогда мы предложим вам два свитка.

—Сейчас сделаем две,— рявкнул долговязый член братства, выхватывая меч.

Дереванш, выронив сумку, издал стон и схватился за голову, будто клинок занесли над его макушкой. Госпожу Рябинину планы долговязого тоже сильно растревожили. Непостижимым образом она вывернулась из рук конвоиров, врезала близстоящему гильдийцу ногой в пах и рванулась вперед. Третий Мастер даже не успел обернуться на звуки потасовки — Анна Васильевна снесла его, будто ретивая козочка калитку. Через секунду она стояла рядом со мной.

—Бежим, Булатов!— крикнула она.— Не вздумайте отдать свитки!

Я был бы рад бежать, однако план великой кенесийской писательницы казался маловыполнимым. Мы вряд ли успели бы достигнуть первого изгиба Фоленской дороги. Копатели догнали бы нас раньшк и, вероятно, там же и закопали.

Пришла пора выпустить на свободу магию. Я, сказав скороговоркой заклинание, направил навершие посоха в замешкавшихся братьев. Бронзовый шарик засветился ярко-голубым. Из него вырвались молнии, ослепительные, разветвленные, словно корни громового дерева. Часть их тут же ушла в землю, но некоторые успешно соединились с телами наших недругов. Четверо последователей Селлы покатились по траве, трясясь от неприятнейшего знакомства с электричеством. Еще двое застыли на месте — их крепко хватила мощь разряда, при этом падать они не хотели, но и передвигать ногами не могли.