Перстень без камня - Анна Китаева

— Мои люди уже ищут, — сказал королевский почтальон.

— Через четыре часа мы сможем использовать магические методы поисков, — заметила дор Зеельмайн.

Снежная дева выглядела еще более замороженной, чем обычно, однако на щеках ее проступили пятна румянца. Кажется, сударыня военный советник Севера была запредельно зла.

— Это если воры соберут перстень, и магия начнет действовать, — сдержанно сказал Орвель.

— О! — Кристеана запнулась. — Хм… Ну да, для начала они могут не включить магическое поле в срок…

— А могут и наоборот, включить раньше времени, — подхватил Йемителми. — Или, что больше похоже на правду, включить вовремя, но не выключить его через сутки. Поскольку мы не знаем, кто они и каковы их цели, давайте не строить предположений, пока не получим больше данных.

— Акулий клык! — не выдержал Орвель. — А что я скажу собравшейся публике? Появлюсь без перстня… Кстати! Вы ведь должны были заготовить подделки?

— Держи.

Военачальник Юга протянул Орвелю перстень. Синий опалесцирующий камень плотно сидел в оправе из темного металла. На первый взгляд перстень не отличался от подлинного.

Кристеана дор Зеельмайн бледно усмехнулась.

— Ловите, кузен!

Орвель подставил сложенные ладони, и второй перстень несильно стукнулся об первый. Перстни были одинаковые. Копии талантливо повторяли внешность оригинала. Во всяком случае, издалека любой из них будет смотреться убедительно.

— Прекрасная работа, — сказал Тарсинг. — И чудесные камни. Опалы, надо полагать?

Дор Зеельмайн кивнула. Ун Бхе прорычал нечто утвердительное.

— Какая-то магия в них заряжена? — деловито спросил король.

— Только заклятие отторжения, — ответил южанин. — Чтобы перстень не ускользнул вместе с твоей одеждой, Орви, когда ты превратишься в свою родовую зверюгу.

— Ничего существенного, — откликнулась северянка. — Заклятие отторжения, само собой. И еще… в магическом поле у камня будет чуть больше блеска.

— Я выберу наугад, — решил король. — Второй отправится в тайник.

Он положил перстни на стол перед собой. Голубые опалы таинственно мерцали. Тускло поблескивал темный металл. Каких-нибудь пару часов назад на этом самом месте лежал подлинник. Орвель испытывал странные чувства. Королевский перстень украден… Он все еще не мог в это поверить. Как такое могло произойти? Однако произошло. Тарсинг поменял поддельные перстни местами — раз, и еще раз, и еще, чувствуя себя дешевым фокусником.

— Вот этот, — он взял левый и надел его на безымянный палец правой руки.

Спохватившись, тотчас снял перстень и поддел ногтем камень, чтобы его вынуть. Камень не вынимался.

— Нажми на правый нижний зубчик, — посоветовал Мбо. — Он чуть пружинит. Если это мой перстень, конечно.

— Или на левый верхний, — заметила Кристеана. — Если перстень мой.

Орвелю послышалась в ее голосе нотка нервного смеха. Он бросил на северянку острый взгляд и обнаружил, что она холодна и невозмутима, как всегда. Померещилось, конечно. Кристеану дор Зеельмайн невозможно было представить смеющейся. Тем более, что положение дел не располагало к веселью.

— Я разберусь, — заверил их Орвель и рассовал перстни по карманам. — Спасибо, блистательная сударыня. Спасибо, великолепный сударь. Если ничего не случится раньше, встретимся на празднике.

* * *

Выйдя от короля, военачальник Юга стремительно прошел в свои апартаменты и закрылся там. Свита Мбо Ун Бхе заметила, что он в бешенстве, но не удивилась. Между тем, военный советник был взбешен не напоказ. Он был действительно вне себя — настолько, что почти не видел ничего вокруг. Мир заливала алая пелена ярости.

Хлопнув дверью и не озаботившись ее запереть — все равно никто не сунется! — южанин с рычанием схватил первое, что подвернулось под руку, и запустил в стену. Подвернулся длинноногий пуфик. Сиденье от удара вылетело, буковая рама перекосилась, но пуфик встретил беду достойно и на кусочки не развалился. Доламывать беззащитную мебель великолепный Мбо не стал. Он рухнул в кресло и сдавленный рык вырвался из его глотки:

— Как ты могла?!

Умом южанин понимал, что Кристеана в первую очередь верна Ледяной Короне, а уж затем ему; что прежде всего ее заботят государственные дела Северной империи. Но понимать — это одно, а чувствовать — совсем другое. Яростные чувства Мбо хлестали через край души и грозили затопить рассудок. Южанин кое-как терпел то, что любимая женщина выступает его противником в официальных переговорах — в конце концов, то была игра по определенным правилам, и жесткость правил смягчала суть противостояния. Официальные противники — не обязательно враги на самом деле, хотя они с Кристеаной убедительно играли роли врагов. Но сейчас…

Закулисная интрига, силовой шантаж, обман на обмане — и Крис ни словом ему не обмолвилась. Какой предательский удар!

Распахнулась дверь. Мбо Ун Бхе вскочил, готовый обрушить гнев на неосторожно вторгшегося.

Дор Зеельмайн возникла на пороге, как воплощение ледяного бешенства. За ее плечом мелькнули перекошенные лица адъютантов Мбо, и тотчас пропали, отсеченные захлопнутой дверью.

— Как. Ты. Мог. — Кристеана вколачивала каждое слово, как тяжеленную сваю. — Так со мной поступить?!

— Это ты меня спрашиваешь? — от бешенства слова Мбо обращались даже не в рычание, а в странное басовое клокотание в глубине глотки. — Ты? Лживая дрянь!

— Подлец!

— Обманщица!

— Интриган!

Северянка остановилась посреди апартаментов. Глаза ее метали ледяные молнии.

— Как ты посмела сюда прийти? — рявкнул Ун Бхе.

— Я тебя уничтожу! — выкрикнула дор Зеельмайн.

Обведя комнату безумным взором в поисках орудия, Кристеана подняла с пола нижнюю часть разломанного пуфика — раму с ножками, но без сиденья, — и замахнулась на Мбо. Южанин отпрыгнул в сторону.

— Ты виновата! — возмутился он. — И ты же нападаешь?!

— Это я виновата?! Ты негодяй!

Кристеана обрушила на Мбо чудовищный удар. Уклоняясь, южанин присел и схватил сиденье от пуфика. Следующий нешуточный удар он принял на сиденье, как на щит. Жалобно затрещал прочный бук. Одна из ножек отвалилась. Сиденье в руках южанина выдержало.

Кто-то попытался осторожно открыть дверь. Взревев, Ун Бхе одним прыжком оказался у двери, повернул ключ, для верности развернул поперек двери кресло — и успел увернуться от запущенной в него ножки.

— А вот теперь я тебе покажу, — оскалил он подпиленные клыки.

— Посмотрим!

Кристеана взглянула на остатки пуфа, разломала их об колено и бросилась на Мбо с ножками в обеих руках. Южанин сделал вид, что снова попытается закрыться сиденьем, как щитом — но в последний миг бросил его в северянку. Она увернулась и ударила справа, Мбо принял удар буковой дубинки на плечо, а через мгновение он прорвался внутрь обороны Крис и схватил ее в объятия.