Вечность - Мэгги Стивотер

Я захлопнул за собой дверь.

ГРЕЙС

Мертвая, я плавала в воде, которая была глубже меня и шире меня.

Я была

пузырями на губах

илом во рту

черной звездой

мгновением

еще мгновением

а потом стала

«Грейс».

Мертвая, я плавала в воде, которая была холоднее меня и сильнее меня.

«Держись».

Тепло его тела проникало под кожу

разрывало ее

«Пожалуйста, если ты меня понимаешь»

Я выворачивалась наизнанку

Все вокруг было желто-золотым, это золото разливалось по моей коже

«Держись».

Я

старалась

держаться

Я

старалась

КОУЛ

Когда я вернулся, в яме стояла зловещая тишина, и я был почти уверен, что найду Сэма с Грейс мертвыми. Когда-то я поймал бы это чувство и написал песню, но те времена давно прошли.

К тому же Сэм с Грейс были живы. Сэм вскинул голову, когда я подобрался к краю промоины. Волосы у него в беспорядке прилипли к голове; обычно такое поправляешь машинально, но у Сэма, разумеется, обе руки были заняты. Плечи его ходуном ходили от холода, подбородок он прижимал к груди. Если бы я не знал, что у него в руках, никогда бы не догадался, что этот маленький черный силуэт — живой волк.

— Поберегись! — предупредил я.

Сэм вскинул глаза, и я сбросил в яму оба контейнера. Он поморщился: брызги разлетелись во все стороны с такой силой, что попали даже на меня. Ледяные капли на коже заставили живущего во мне волка поднять голову, но это ощущение было мимолетным и рассеялось практически сразу. Странно было в такой миг вспомнить о том, что в конце концов я все-таки превращусь обратно в волка. Для этого мне не придется вкалывать себе какую-нибудь дрянь или ставить над собой очередной эксперимент. Я просто не смогу это предотвратить.

— К-коул? — произнес Сэм в замешательстве.

— Забирайся на контейнеры. Может, хватит даже одного. Она тяжелая?

— Нет.

— Тогда попробуй передать ее мне.

Нетвердой походкой он двинулся к ближайшему контейнеру, который покачивался на поверхности воды. Чтобы воспользоваться им как ступенькой, нужно было загнать его под воду и перевернуть дном кверху. Не выпуская из рук Грейс, Сэм попытался ухватиться за край. Ее голова безвольно мотнулась в сторону. Было совершенно ясно, что с Грейс на руках ему с контейнером не справиться, а отпустить Грейс значило утопить ее.

Сэм остановился, безучастно глядя на бултыхающийся в воде контейнер. Руки у него тряслись под тяжестью тела Грейс, в остальном же он был совершенно неподвижен. Слегка склонив голову набок, он посмотрел не то на воду, не то на что-то в ее глубине. Плечи его были устало опущены. Виктор научил меня распознавать смысл этого. В переводе на любой человеческий язык — «сдаюсь».

Иногда ты сидишь сложа руки и предоставляешь, действовать другим, а иногда принимаешься сам командовать парадом. Но, по правде говоря, отсиживаться так эффектно у меня не получалось никогда.

— Осторожно! — предупредил я и, не дав Сэму опомниться, не то слетел, не то съехал в яму.

На краткий миг я был полностью дезориентирован, не понимая, сколько еще буду лететь и когда готовиться к столкновению с водой, потом проехался рукой по отвесному склону и в следующее мгновение с головой ухнул в грязную жижу.

— Твою мать! — ахнул я, потому что вода оказалась обжигающе холодной.

На чумазом лице Сэма отразилась неуверенность, но все же до него дошло, что я задумал.

— Лучше т-тебе п-поспешить.

— Думаешь? — спросил я.

Впрочем, Сэм был прав: холодная вода уже тянула ко мне свои пальцы, уже пыталась пробудить дремавшего внутри волка. Я наклонил первый контейнер, и под весом хлынувшей в него воды тот пошел ко дну. Вслепую, пытаясь удержать поднимающего внутри меня голову волка, я развернул контейнер кверху дном и утопил его в ил на дне. Подтянул к себе второй, подождал, пока он наполнится водой, взгромоздил его боком поверх первого. Поймал плавающую рядом крышку, накрыл контейнер сверху.

— Держи, чтобы не развалилось, — сказал Сэм. — Сейчас я возьму ее поудобнее и…

Он не закончил, но все было понятно и без слов. Он перехватил Грейс половчее и поставил ногу на нижний контейнер. Я поддержал его свободной рукой. Его кожа была точно той же температуры, что и вода. Грейс у него на руках была похожа на мертвую собаку. Сэм забрался на верхний контейнер. Конструкция опасно пошатнулась; если бы не я, контейнеры перевернулись бы под тяжестью.

— Живее, — прошипел я.

Господи, какая же холодина; я никак не мог к ней привыкнуть. Такими темпами я очень скоро превращусь в волка, а это в мои планы не входило, во всяком случае прямо сейчас. Я ухватился за край контейнера. Сэм уже балансировал на верхнем, плечи у него находились на одном уровне с краем ямы. На миг он закрыл глаза, шепнул «прости» и выбросил безжизненное тело волчицы из ямы на сухой песок. Она пролетела всего несколько футов, но я видел, что это причинило ему боль. Он обернулся ко мне. Его все еще била дрожь.

Во рту появился знакомый привкус, предвестник превращения.

— Вылезай сначала ты, — сквозь стиснутые, чтобы не лязгали, зубы выдавил Сэм. — Не хватало только еще тебе превратиться в волка.

Вовсе не я был сейчас главным, вовсе не мне было совершенно необходимо выбраться из этой ямы, но Сэм произнес это таким тоном, что возражать не приходилось. Он сполз с контейнеров и грузно плюхнулся в воду рядом со мной. Все внутренности у меня связались в узел размером с мою голову; он то ослабевал, то снова натягивался. Такое впечатление, будто от солнечного сплетения изнутри к горлу пытались прорваться чьи-то пальцы.

— Полезай, — велел Сэм.

Кожа на голове натянулась и пошла мурашками. Сэм протянул руку и сжал мою челюсть с такой силой, что стало больно. Он взглянул мне в глаза, и я ощутил, как волк внутри меня принял этот вызов, подчиняясь инстинктивному жесту, который придал приказу Сэма властности. Этого Сэма я не знал.

— Полезай, — приказал Сэм. — Живо!

Мне оставалось только подчиниться. Я полез на контейнеры. Меня начало корежить, но пальцы уже нащупали край ямы. С каждой секундой я чувствовал себя все больше человеком и все меньше волком, несмотря на то что мой собственный запах преследовал меня, запах почти превращения. Меня обдавало им при каждом повороте головы. Немного помедлив, чтобы собраться с силами, я ползком выбрался на берег. Двигался я не так сексуально, как обычно, но все равно был доволен. В нескольких шагах от меня лежала на боку Грейс. Шевелиться она не шевелилась, но дышала.