Леди в странствиях - Яна Тройнич

— Дура, идиотка. Забыла всю свою жизнь, а помнишь о каком-то поцелуе.

Потом упала на постель, но сон не шел. На душе было муторно. Мучило какое-то неприятное предчувствие. Что-то сегодня должно случиться.

Так и вышло. Под утро я сумела провалиться в сон, но меня разбудило рычание собаки и шум под окном. В дверь требовательно застучали. Послышался голос Лайса:

— Быстро одевайтесь, сеньора, и открывайте.

Голос был грубый и злой.

Я медленно поднялась, раздумывая, что делать. Могу, конечно, и посопротивляться, но, судя по звукам, сеньор здесь не один, как бы Харан не пострадал. Да и драться с Лайсом я не желала. Ладно, посмотрим, чего он хочет.

Я успокоила пса и открыла дверь. Сеньор схватил меня за руку и потащил к выходу. Во дворе он посадил меня на лошадь и вскоре мы оказались в его поместье. За время пути мужчина не сказал ни слова. Я и не ожидала, что он водворит меня обратно таким грубым образом. Лайс втолкнул меня в мою комнату так, что я чуть не свалилась на пол. Потом повернулся и молча направился к двери. Когда он уже закрывал ее за собой, я не выдержала и решила возмутиться. Но так как дверь уже вот-вот должна была захлопнуться, у меня хватило времени только на одно слово: «Дурак»!

Дверь тотчас же распахнулась, и Лайс вернулся. Он мгновенно оказался рядом со мной. В руке его был зажат хлыст, и я подумала, что сейчас он меня ударит. Неужели наши отношения вступают в новую стадию: от обид — к ругани, а затем и к дракам?

Но я ошиблась.

Сильные руки легли мне на плечи, и мужчина умоляюще прошептал:

— Простите мне мое поведение, сеньора. Я так испугался за Вас. Вы очень неосторожны: люди Крэйса до сих пор вас ищут, да и в трактире с Вами могло случиться все, что угодно. В следующий раз предупредите меня, и я сам отвезу Вас, куда хотите. А как только все успокоится, провожу, куда прикажете.

Как мне хотелось верить ему. Сеньор уговаривал, умолял, обещал. Не сразу, но я все простила и нашла оправдания для сеньора: он ведь очень переживал, что я пропала. Нервничал. Вот и помчался со всех ног меня искать.

В спальне я увидела несколько новых платьев. На столе лежали дорогие украшения. Сначала я вспыхнула: ну, накупил, пусть сам все и носит! А потом мне это немного польстило: значит, Лайс думал обо мне.

За окном светало. Кажется, сегодня мне уже не уснуть. Я подошла к дверям. Вдруг опять запер? Нет, дверь легко открылась. Я спустилась в парк и села на скамью. Смотрела на звезды и размышляла о своей странной судьбе. Куда же она меня заведет?

Весь следующий день сеньор был со мной. С этого дня я не могла его узнать: куда и делись все любовные заморочки. Он опять стал прежним сеньором Лайсом. Мне с ним было хорошо и комфортно. Он почти не покидал меня, старался чем-то занять, рассказывал множество интересных историй.

Единственное, что ему немного не нравилось, так это мой кинжал, который я постоянно носила на поясе. Сеньору казалось, что я не доверяю ему или сомневаюсь в том, что он может меня защитить.

— Сеньора Елка, ну зачем Вам оружие? Все равно любой мужчина легко справится с Вами.

Я фыркнула:

— А Ваш охранник сам решил прилечь отдохнуть у меня под окном?

Сеньор смутился и не нашел, что ответить.

Вечером мы сидели на берегу реки. Любовались отраженными в ней луной и звездами, серебристыми рыбками, выпрыгивающими из воды.

Лайс вздохнул:

— Думал, поживу здесь на этот раз подольше. Но герцогу захотелось устроить рыцарский турнир. Хочешь — не хочешь, а надо ехать. Хотя я с большим желанием остался бы с Вами.

Турнир… Кажется, я уже бывала на турнирах. Нарядные дамы и кавалеры, доблестные рыцари, сражающиеся за любовь, сшибающиеся с лязгом боевые кони. Наверное, Лайс не из худших бойцов.

Я мечтательно сказала:

— Хотела бы я увидеть Вас сражающимся.

Сеньор быстро взглянул на меня, но промолчал.

Я закусила губу. Опять забыла, Елка, что сеньор не свободен. Скорее всего, он будет там со своей женой. Вряд ли он потащит ко двору постороннюю даму. Что ж, переживем и это.

А на следующий день к Лайсу приехали друзья. Сначала он нахмурился, но быстро взял себя в руки. Я же была очень рада знакомым.

В этот раз стол накрыли в саду. Из подвалов принесли старое вино. Я с опаской посматривала на хозяина: еще свежа была в памяти прошлая вечеринка. Но, кажется, сегодня сеньор не собирался много пить.

Вскоре нам было очень весело. Казалось, что за столом собрались не пятеро человек, а все двадцать. А на меня все с большим интересом посматривал сеньор Бэйр. Вернее, не совсем на меня, а на пояс с кинжалом. Наконец, он не выдержал:

— Сеньора, зачем Вам это?

— Вы что, сеньор, серьезно не знаете, зачем?

— Зачем оружие мужчинам — знаю. А вот даме?

Мне стало смешно: почему мужчины чуть выпьют, так начинают задавать глупые вопросы? Но придется ответить, а то ведь не отстанет.

Я нагнулась к его уху и прошептала несколько слов. Сеньор сначала закашлялся, затем покраснел, затем… захохотал во все горло:

— Ну и язычок у Вас, сеньора Елка.

Я буркнула:

— Не люблю, когда спрашивают глупости.

Я думала, что сеньор обидится, но он стал хохотать еще пуще.

В это время в конце аллеи появился всадник. И судя по виду — не слуга. Хозяин тоже его заметил и, кажется, совсем не обрадовался.

— Кого еще черт несет? — зло произнес он.

Зато остальные сеньоры вновь дружно захохотали:

— Так ты часовых выстави вокруг, чтобы гостей отгоняли. Или глаза завязывай, чтобы не пялились на твою сеньору.

Ну и вино тут у них… Подозрительное какое-то. Все-то их смешит.

Всадник оставил коня в некотором отдалении от нас и дальше пошел пешком.

— Неужели что-то случилось? Зачем прибыл Мэтт?

Я с любопытством спросила:

— А кто такой Мэтт?

Сеньор ответил:

— Мой паж. Но зачем он приехал?

Паж остановился рядом с нами, поприветствовал сеньоров, затем взглянул на меня и… залился краской.

Господи! Я уже шокирую людей, — я хихикнула.

А юноша, почти мальчик, растерянно смотрел на меня, не зная, как поступить.

— Привет, Мэтт, я — леди Елка.

Да, кроме этих двух слов и сказать-то мне о себе больше нечего. Не помню.

Мэтт покраснел еще больше и вежливо поклонился.

Оказалось, что герцог завтра собирает всех своих вельмож по какому-то важному делу. Лайс проворчал:

— Ну, у него все дела важные. Жить не может без этого.