Милость богов - Ольга Яновская

– Мир велик, – ответил тот. – Где-нибудь и нам найдётся место... Пойдем в какой-нибудь большой город подальше отсюда. Там наймусь к кузнецу, а Неждана пущай домом занимается – самое место для женщины.

Русак закряхтел, порылся за пазухой и с довольной улыбкой извлёк тяжелый кошель. Подбросив его так, чтобы раздался сладкий звон монет, целитель вложил его в руку оторопевшего Богдана.

– Удачи вам, – буркнул Русак, – с таким-то богатством вы наверняка найдёте тихое местечко. Может, откроете лавочку или таверну. Здесь хватит для начала... Может, и женихов приветите.

– Откуда? – оторопело спросил Марк.

– Ясно откуда. Доброму барону это золотишко ни к чему теперь. А нам он задолжал поболе.

– Спасибо, – с чувством сказал Богдан. – Не ожидал от тебя.

– Я и сам не ожидал. Вот так походишь с вами и не узнаешь себя. Станешь благие дела направо и налево творить, словно какой-нибудь добрый дух.

– Кто? – поморщился Марк.

– Ну, это не важно.

Богдан и Неждана кивнули и неторопливо зашагали прочь, словно не желая покидать компанию. Наёмник, Русак и молчаливый ларг долго смотрели им вслед, но те ни разу не оглянулись. И только когда брат и сестра скрылись из виду, Марк сказал:

– Вот и распалось наше чудное семейство.

Он решительным шагом пересек большак и углубился в лес. Одежда воина сильно пострадала после посещения замка. Куртка где-то осталась. Рубаха из крепкого холста и штаны густо заляпаны кровью, выпачканы сажей. Только оружие блистало чистотой, меч и нож наточены. Да сапоги защищали ноги от пыли и камней дорог. Тюремщики побоялись стащить их с узника, знали, с кем имеют дело. Такой и голыми руками пришибёт, ему-то терять было нечего, и так казни ждал.

Сзади плёлся Русак. Он постоянно отставал, и ему приходилось переходить на бег, чтобы догнать воина.

– Хозяин, а как же еда? Поесть бы. Тебе, ясное дело, людская пища не требуется, воинским долгом сыт, а мы с ящеркой не отказались бы от простого угощения. – Русак глянул на ларга, как бы ища поддержки, но тот, как обычно, молчал.

Марк хмыкнул, чувствуя голодное урчание в животе. Воинский долг иной раз может заменить мясо, но сил от него не прибавится.

Он ничего не ответил, просто продолжил свой путь. Русак же обреченно двинулся за ним. Вскоре отыскалась маленькая поляна.

– Ждите здесь, – распорядился наёмник и бесшумно исчез в зарослях.

– Хороший у нас господин, – растянул губы в довольной улыбке Русак.

Запасливый целитель успел-таки вчера кое-что прибрать из баронского добра, не считая денег, отданных Богдану. Русак совсем не собирался в замок, но соблазн оказался слишком велик. Теперь в прихваченной там же котомке мирно лежали чистая куртка и добротные штаны. С тяжким вздохом Русак спрятал одежду на самое дно и пояснил змею: «Хозяину отдам. Не может же он в том тряпье ходить. Люди увидят его и скажут, что я плохой слуга, о хозяине не забочусь. Нас из любой таверны или корчмы выставят, как попрошаек». При этом он не забыл и себя, теперь и у него обнова – потертый, но крепкий плащик.

Русак постелил его прямо на влажную траву и растянулся под кустом, с хрустом потянулся, сунул в рот травинку и вскоре безмятежно задремал. Рядом прошуршал ларг и устроился на ветке, свесив хвост.

– Хорошо бы костёр развести, – наставительно заметил он. – Слышишь? Ты, кажется, нанимался слугой к Марку?

Русак заворчал что-то неразборчивое, но змей был прав. Когда вернётся Марк с добычей (а никто не сомневался, что так и будет), он вряд ли обрадуется, если застанет обоих спутников преспокойно дрыхнущими. Чего доброго, действительно прогонит. Пойди потом докажи, что собирался только чуть-чуть передохнуть.

Русак сложил костёр и долго возился с трутом и огнивом. Но влажные ветки никак не хотели разгораться, тлели слабым дымком.

Ларг терпеливо наблюдал за стараниями целителя. Наконец, вздохнул и спустился.

– Отойди, горе луковое, – бесцветным голосом сказал он. – Давай-ка я попробую.

Русак хмыкнул и с готовностью отодвинулся.

– Поглядим, как ты справишься, – недовольно пробурчал он.

Змей приподнялся над землёй, раскачиваясь, словно тростинка, распахнул пасть и несильно дыхнул. Полыхнуло жаром, как из огненной реки. Русак отшатнулся, упал на спину и поспешно отполз в сторону. Стоило промедлить и штаны вместе с хозяином попали бы в огненный вихрь.

Пламя вспыхнуло и осело, пригибаясь к земле, вспыхнуло с новой силой, разгорелось и принялось с хрустом уничтожать хворост.

– Надо же, сами догадались или кто подсказал? – раздался голос наёмника.

К змею и Русаку присоединился Марк, он бросил двух зайцев и жирную куропатку, подкатил небольшое бревно и сел поближе к костру.

– Сами, – гордо ответил Русак, с опаской косясь на ларга.

Русак достал нож и принялся ловко свежевать зайцев. Наёмник лениво поднялся и направился обратно в лес.

– Ты куда? – с тревогой спросил Русак.

Но Марк промолчал. Нужна была глина, чтобы запечь куропатку, и воин знал где её искать. Он обратил внимание на крошечный ручеек, почти незаметный среди травы и направился туда.

Ноздри Марка вздрогнули, словно он уже уловил сладкий аромат запеченной, истекающей горячим соком птицы, и прибавил шаг.

За спиной хрустнула ветка, но наёмник даже не обернулся, он давно услышал звук крадущихся шагов Русака. Тот всерьёз полагал, что передвигается бесшумно, а по мнению Марка, медведь ходит тише.

– Чего тебе? – резко бросил наёмник, обернувшись, и едва не столкнулся со слугой.

– Я это... помочь может нужно? – смущенно пробурчал тот. – Да и лешак может встретиться.

– Сейчас глину принесу, а ты ступай обратно.

Русак расплылся в улыбке и вломился в кусты, как вепрь.

– Как вам удалось разжечь костер? Все вокруг сырое после дождя.

– Это наш змей дыхнул. Ну прямо как дракон или сам Ящер. Только вряд ли хозяин Подземного мира явится, чтобы с нами путешествовать, – со вздохом сказал Русак.

Одного зайца отдали ларгу, и он тут же проглотил его целиком. Шустрая тварь опять была в обличии огромного змея. Видимо, так удобнее есть. Второго зайца Русак насадил на прут и повесил над костром.

Марк палочкой выкатил из огня затвердевший глиняный ком и ударил по нему кулаком. Осколки осыпались вместе с перьями, обнажая розовое тельце. Наёмник разрезал куропатку пополам и кивнул слуге, который следил за ним голодными глазами. Русак жадно схватил горячее пахучее мясо, стал рвать его руками, обжигался и шипел, глотал большими кусками.

Марк ел быстро, жадно, на зубах хрустели косточки. Он мигом уничтожил свою половину и примерился к кролику. Рядом засопел Русак, также поглядывая на почти приготовленного зверька.