Рабыня космического монстра - Светлана Лазарева

Открыть глаза удалось только со второй попытки. Мне было плохо и сознание не хотело ко мне возвращаться. Все тело нестерпимо ныло и ломало, а еще очень хотелось пить. Боль пульсировала и разливалась по всему телу, выкручивая вены леденящим холодом. От нестерпимой боли мутился рассудок, реальность ускользала, меня засасывало в черную дыру.

«Держись, Алена! Держись…хотя бы для того, чтобы понять, что происходит…»

Я отчаянно боролась с подкатывающей тошнотой и жаром, расползавшимся по всему телу. То жар, то холод… б — р — р, кажется, меня изрядно трясло.

— Держись, еще немного и станет легче, — голос Сареса немного испугал. — Ты молодец! Крепкая девчонка, выдержишь! Должна выдержать… или мы оба здесь сдохнем, — слышался в его голосе страх, бешенство и злость. Лучше бы сказал что — то оптимистичное. — Сейчас я сделаю тебе еще одну инъекцию, и будет легче. Обязательно будет легче.

«Вот они… спасительные инопланетные технологии», — пронеслась в голове мысль. Озвучить ее я не смогла, но довольно бодренько кивнула. Сарес придвинулся теснее, наклонился ко мне и ободряюще погладил по голове. Я почувствовала его руки у себя на запястье, и неожиданная боль пронзила все тело. Казалось, тысячи иголок впились в руку, ноги прострелило жаром и стало… и вправду легче.

— Потерпи. Рана затягивается. Здорово тебя зацепило. И неожиданно.

Лекарство действовало, и я смогла пошевелить пальцами ног, а еще пусть тихо и слабо, произнести:

— Почему?

— Почему неожиданно?! — Сарес понял меня правильно, и я медленно кивнула. — Потому что ни один высший схилк не поднял бы свой зад ради обыкновенной земной девчонки — рабыни. А значит, в тебе что — то есть ценное и нужное. Я был уверен, что схилк не допустит, чтобы тебе причинили вред. Да и убить нас могли раз сто, но этого не случилось… сам не понимаю, почему. Что есть в тебе такое, чего нет у остальных?

Мне стало совсем весело. Боль отступила на задний план. Похорошело за считанные минуты.

— Пять литров чистейшей крови и несколько килограммов отборных костей, а еще я круто целуюсь, — хмыкнула, поражаясь своей откровенности.

— Ты поцеловала высшего схилка? — подавившись словами, произнес Сарес.

— Ну, тогда я не знала, что он высший схилк, — улыбнулась я, — и не знала, что их нельзя целовать. А он был милашкой, — хмыкнула довольно, вспоминая. — А что, это подвиг?

— У них запрет на прикосновения. Руки отрубают… или вроде того. Какое наказание за поцелуи — не знаю. Не помню, чтобы кто — то…жаждал их целовать.

Я отчаянно покраснела. Воспоминания о жарких объятиях всколыхнули кровь. Кажется, я наобнималась на полное лишение всех конечностей.

— Слезь с меня, а? — без перехода произнесла я. — Хочу посмотреть на мир. Кстати, мы скоро прибудем к цели? У меня начинает развиваться клаустрофобия.

— Ты находилась в отключке восемь земных часов. Так что, осталось совсем немного, — и Сарес худо-бедно устроился рядом, вытягиваясь вдоль моего тела в струнку. Лежал он бочком, плотно прилегая ко мне, но и этого было достаточно, чтобы устроиться с «удобствами».

Я перевернулась на живот и уставилась в огромное панорамное окно прямо аккурат по центру. Пожалуй, нет на Земле человека, который не мечтал бы отправиться в путешествие на космическом корабле. И я мечтала когда — то… но не сейчас, сейчас я очень хотела домой, к маме.

— Почему мы до сих пор живы? В смысле, почему нас еще не схватили?! Я так понимаю, капсула не имеет стационарного управления?

— Медицинскую капсулу сложно отследить. Она не имеет опознавательных знаков, маячков и дрейфует в пространстве, как космический мусор, по собственному усмотрению. Чаще всего «пассажир» находится в состояние стазиса, что уменьшает потребление пищи и кислорода. Многим формам жизни для жизни кислород не нужен… Эту функцию я отключил, поэтому мы все еще в сознании.

— А что мешало схилкам отправить за нами погоню? Наверняка, в их распоряжении целый флот.

— Мы сейчас как капля в море. Радары кораблей отыскать нас среди космического мусора не в состоянии. Мы дрейфуем бесцельно, пока не притянемся либо планетой, либо другим кораблем.

— Что будет дальше? — произнесла тихо — тихо, рассматривая черноту космоса.

— Дальше будет дальше… — произнес Сарес. — Я расскажу тебе чуть позже. Сначала нам надо попасть на корабль и свалить отсюда куда — нибудь подальше. Где — то через пару земных часов мы будем на месте, и тогда ты докажешь собственно свою пригодность…

— Докажу чего?

— Подходишь ли ты мне или стоит высадить тебя на ближайшей планете и помахать ручкой.

— Значит вот так?

— Пойми, детка, схилк не отстанет. Не зря же нас не расстреляли на взлете! Поверь мне на слово, ваши «поцелуи» только начинаются.

— Ты говоришь об этом так спокойно!