Согреть ледяное сердце - Юлия Галл

— Ричард…

— Алексей. Дай мне объяснить. Знаешь, почему глава семьи всегда становится командором? Не смотри на меня, если бы я хотел погоны, то был бы командором через минуту. Уровень моей брони не меньше, а знаний и возможностей даже больше. Черные стражи призваны быть защитниками. И моя броня, как наследника, поднята на высший из возможных моему положению уровень. Выше только Ривирам и пара стражей из боевых командоров. Мы те, кто встает между нашими любимыми и теми, кто хочет навредить им.

Именно поэтому мы всегда воспитываем семейные ценности, важность дома и его членов. Каждый из нас желает и стремиться стать сильнее и быть полезным для других. Ты понимал, что твое место в семье не будет выше моего, и я переживал, что ты не рискнешь перейти этот рубеж. Потому и торопил твой выбор, твое решение, желания о будущем. Но появление Александры… она стала причиной раскрытия твоего потенциала. Ты нашел того, кого хочешь защищать. Твоя броня… это не первый уровень, который ты поднимешь, поверь, то, как растет сейчас твой энергофон, говорит о скачке явно на три четыре уровня в ближайшее время.

— Это можно как-то остановить?

— Нет.

Алекс молча жевал и думал о Ричарде. Когда родители погибли, брат должен был принять права наследования и стать лордом. Тогда все говорили, что он должен принять звание командора. То собрание Алексей помнил очень хорошо, и не из-за споров, а то, как крестный все это остановил. Он тогда встал и рявкнул на весь зал: пусть встанет тот, кто считает себя сильнее Ричарда. Кто считает, что он как командор, сильнее целителя? В тот момент никто не поднялся. Никто…

Алексей думал, что это просто из уважения к брату и Ривираму, но если броня у брата действительно командорского уровня, то и его рост действительно не будет ограничен нынешним.

— Как целитель, я могу тебе сказать, что сейчас любое волнение за Александру будет усиливать твою броню, пока ты не достигнешь пика своих возможностей. Гибель родителей, печаль, что мы не смогли их защитить и помочь, наложила на нас и нашу броню свой отпечаток. Мы сами, на уровне подсознания, будем стремиться к силе, чтобы такой ситуации не повторилось.

— Но Саше ничего не угрожает!

— Но уровень твоей брони растет.

Братья замолчали. Алексей уже догадывался, к чему сведет все Ричард. Что поездка на Аракилон неизбежна, но Саша… как оставить ее?

— Я решил поцеловать ее, когда мы поедем на море, — неожиданно выдал он брату свое намерение. — И, если она примет его, если дыхание не обожжет ее, я признаюсь, что являюсь черным стражем.

— Возьми мой кристалл заживления, на всякий случай, — посоветовал Ричард, принимая решение Алекса сменить тему для разговора. — Расскажешь о ней?

— О-о, — глаза брата засветились, и на лорда Авалоса обрушился поток восторгов по поводу девушки. Младший брат то описывал ее внешность, то перепрыгивал на ее манеру поведения, то начинал говорить о своих впечатлениях, то о встречах, и тут же метался по поводу планов, как он хочет провести время с Сашей и куда ее отвезти. Энергия в это время просто бурлила в нем, и Ричард осторожно распустил свой дар.

Живая энергия брата клубилась в воздухе, пронизывая чувства и ощущения Ричарда влюбленностью Алекса. Она легким маревом пьянила голову, раскрашивала мир в яркие краски, делала все простым и возможным.

Лорд нахмурился, ставя ограничитель на свои и чужие эмоции. Алекс под давлением чувств может многое упустить.

— Все-все, довольно, — улыбнулся он брату. — Я не буду вмешиваться в ваши отношения, но поездка на Аракилон…

— Я думал, ты поймешь меня, — насторожился Алекс. — Я не хочу оставлять ее, а эта практика она…

— Не нужно проговаривать мне то, что я знаю. Но, как глава дома, как твой старший брат, я хочу потребовать с тебя клятву.

— Клятву? — растерялся Алекс.

— Если к моменту отъезда твоя броня поднимется больше, чем на один уровень, то, что бы не случилось, ты поедешь на Аракилон.

— А если нет, — хмыкнул Алекс, расслабляясь, понимая, что не собирается напрягаться и провоцировать рост брони.

— Останешься на земле, поищу тебе учителя тут.

— Договорились. Я, Алексей Авалос, приношу клятву своему лорду и старшему в семье, что поеду на Аракилон, если моя броня поднимется за последнюю неделю на два и больше уровней.

Броня иголками прошлась под кожей, принимая клятву, теперь она сама проследит, чтобы клятва была сдержана.

— Прости, я не хотел применять такие методы.

— Все хорошо, Ричард. Если тебе так спокойней, — отмахнулся брат. — Ты мне лучше скажи, что ты думаешь о Саше.

— Сложный вопрос, может, познакомишь нас? Нет ничего лучше личной встречи.

— Быстрый какой, но я подумаю, кстати, спасибо за флай.

— Не за что, я распорядился, чтобы туда положили два костюма для поездки.

— Спасибо.

— Куда вы собираетесь?

— Я скину тебе маршрут, надеюсь, не буду натыкаться на твоих партизанов.

— На моих точно нет, за Аванти говорить не буду.

— Не страшно, я ей другой маршрут дам.

— Если хочешь, можешь остановиться в нашем гостевом доме.

— Спасибо, но я уже присмотрел нам гостиницу. Саша не сильно любит роскошь, вечно ее опасается.

— Хорошо, как приедешь, хочу тебя увидеть и узнать, как все прошло, договорились?

— Ладно, тебе уже пора?

— Да у меня важная встреча, опаздывать точно нельзя. У тебя экзамен в 12?

— Да.

— Готов?

— Я по тактике еще лет пять назад был готов, все, что не понял, давно у крестного и Гира уточнил. Не переживай. Авалосы никогда не проваливали экзамены.

— Хорошо, верю тебе. Ты сейчас в гараж?

— Да, хочу флай сразу забрать, мы поедем завтра рано утром.

— Хорошо. Скажи Фердинанду, чтобы твой пирог упаковали, угостишь ребят в корпусе.

— Если сам все не съем.

— Хорошо, но думаю, Боб ждет его с не меньшим желанием.

— Да он вообще обнаглел, ты не поверишь, сожрал все наши запасы сладкого! Нервничает перед экзаменами! У тебя, кстати, слабительного нет? Дим уже строит коварные планы мести.

— Слабительного нет, — засмеялся Ричард, — а вот успокоительное есть, и таблетки для улучшения пищеварения.

— Ты слишком добрый, брат.

— Я просто вспоминаю, как сам сдавал экзамены. Рив жаловался, что боится спать со мной в одной комнате, так как с голодухи я мог и его покусать.

— Ты знаешь, я его понимаю, — засмеялся Алекс, — взгляд у Боба последнее время очень кровожадный. Боюсь, приеду в следующий раз без рук и ушей.

— А пирог тебе на что? Главное, вовремя ему его скармливай.