Замуж за Черного Властелина, или Мужики везде одинаковы - Юлия Славачевская

— Стало быть, все же было!

Чего-то я в их укладе жизни целиком и полностью запуталась. Или объясняю невразумительно?

— Да нет же! Ничего не было. Ну продемонстрировал мужчинка «нефритовый пестик», ох-хо-хо! Так не дотянулся же, маленьким тот оказался. Пришлось ногами. — И я поделилась частностями, но совершенно зря потратила слова. Кондрад уловил смысл, но пустил побоку детали.

Нашу милую беседу прервал Цесариус. Он принялся намазывать мою кожу мазью, и снова меня вертели туда-сюда. В конце перевязки жертву средневековой науки снова запеленали как мумию и отнесли в постель.

— Ты куда? — застопорила я пылающего праведным гневом, Властелина. — А кто обещал инфой поделиться?

Тяжело вздохнув и кинув на меня взгляд, который следовало истолковать как «разве не видишь — я занят, и все равно мельтешишь под ногами», — Кондрад вернулся и уселся в ногах. Устало вопросил:

— Что конкретно тебя интересует?

— Мне кажется, я имею право знать, как и почему я очутилась во власти придурка-шизофреника с манией величия. Или это секрет государственной важности?

Потерев рукой лоб, Кондрад принялся рассказывать:

— Секрета в случившемся нет, исключительно лишь стечение неблагоприятных обстоятельств и моя глупость. Понимаешь, ты в высшей степени необычна: твое поведение, манера вести себя, умения привлекают повышенное внимание. Находятся люди, желающие поставить все это себе на службу и возвыситься за твой счет. Когда я перед нашей стычкой самонадеянно решил, что ничего серьезного произойти не может, и не оставил точных распоряжений, то ситуация вышла из-под контроля. Видя, что я ранен и потерял сознание, мои люди растерялись. Решили — меня убивают, и стали стрелять на поражение, думая спасти мою жизнь. А в то время как мои бараны столпились вокруг меня, лорд подсуетился и потихоньку с помощью доверенных лиц выкрал тебя. Поскольку никто из моих сопровождающих сильно не беспокоился, останешься ли ты жива, то никого потеря и не взволновала. Скорее наоборот.

Уже позднее, когда я пришел в себя и взялся расследовать итоги поединка, ни у кого не находилось внятного ответа. Поиски затянулись: не было ни свидетелей, ни мотивов твоего внезапного исчезновения. Тебя везли потайными тропами, сторонясь людных мест. Первоначальную часть пройденного вами пути три дня спустя мы с большим трудом разыскали с помощью собак. После реки след затерялся. — Он развел руками и покачал головой. Продолжил: — Разведка доложила — охотники видели странный караван. Дальше я провел инспекцию всем ближайшим крупным гарнизонам. Поиск сужался. Еще неделя-другая, и я бы нашел тебя сам, вот только… на том свете. — Кондрад поежился. — И если бы не помощь Кайла, то просто физически не успевал спасти. Я ответил на твой вопрос?

— Еще два уточнения. Первое — откуда там взялись его люди, и второе — какую участь он мне готовил?

— В замке многие располагали сведениями, куда и за кем я еду. Шпионы донесли ему. Лорд предполагал извлечь выгоду для себя, по возможности похитив из моих рук принцессу по дороге обратно. Для этого он велел следовать за нами в отдалении кучке преданных воинов. Что касается дальнейшей твоей судьбы… Ты не аристократка, не имеешь связей с известными фамилиями, не принцесса… Думаю, тебя ждала традиционная роль телохранительницы-куртизанки, участь своего рода сексуальной экзотической игрушки, — просветил меня Кондрад.

М-дя, неудачи преследуют всех, но догоняют лишь неудачников. Как меня угораздило попасть под раздачу? Заняться самокопанием и самовыкапыванием мне не дали, подошедший Цесариус заставил выпить чашку травяного настоя, мотивируя необходимостью восстановления сил. Эта горькая дрянь подействовала неожиданно быстро, и уже в полудреме я полюбопытствовала у раздраженного Властелина:

— Что ты с ним теперь сделаешь?

— Ничего такого, что он не сделал с тобой, — поделился планами Кондрад.

Я хмыкнула:

— Тоже продемонстрируешь лорду «грозное оружие»?

Я провалилась в сон, не дождавшись ответа, и потому не разглядела толком кровожадную усмешку, которая обещала хозяину Гайно все удовольствия этого мира.

На следующий день меня перебазировали в роскошную спальню, укомплектованную шикарной кроватью. Последняя огорошила меня гигантскими размерами. По самым скромным прикидкам, на сем монстре удобно улеглись бы по меньшей мере пять человек средней комплекции, и при этом вряд ли смогли бы коснуться друг друга. В общем, я потерялась на бескрайних просторах этого шедевра средневековой мебельной индустрии.

Все последующие за переселением события и открытия породили у меня безудержный хохот, который причинял неудобства, но остановиться я была не в состоянии.

Судите сами: на колоссальное витражное окно установили кованую декоративную решетку, видимо полагая, что я мигом встряхнусь, взбодрюсь и в коматозном состоянии устрою через окно экстренный спуск на простынях (давайте угадаем с трех раз, кто же это так решил подстраховаться?).

Я, конечно, девушка спортивная, кто ж спорит, но настолько еще не сбрендила. При непрекращающейся слабости мне лишь доблестных свершений не хватало. И подвиг Гастелло в моем исполнении тоже что-то не впечатлял.

Кайла поселили тут же, в пустующий будуар, и проинструктировали самым взыскательным образом по поводу меня и прилагающихся к моей невинной рожице мелких пакостей с большими последствиями. Кайл безотложно проникся и принялся бдеть, реагируя на малейший шорох со стороны кровати. Но значительнее всего уморили даже не эти предосторожности, а повеление Кондрада на случай посещения мной туалета.

Сначала я поинтересовалась:

— Поскольку я уже в сознании, могу я навестить заведение, скрытое за во-он той дверкой?

Естественно, меня туда немедленно отнесли, помогли выпутаться из бинтов, усадили и стали дожидаться окончания процесса. При столь пристальном наблюдении процесс как-то не желал проистекать гладко и интенсивно, видно, стеснялся со мной на пару.

— Хм, Кондрад, ты бы не мог оставить меня одну?

Последовавший безапелляционный отказ:

— Нет! — вверг меня в неподдельное изумление, вызвав вытекающий логичный вопрос:

— Почему?

— Потому что ты еще чрезвычайно слаба, и велика вероятность потери сознания и падения, — пояснил мужчина, не ослабляя надзора.

Уразумев бесполезность спора, смирилась с неизбежным злом, лишь попросив:

— Ну, хоть отвернуться ты можешь?

Мою просьбу, подкрепленную умоляющим взглядом, удовлетворили, всем обликом демонстрируя недовольство и бурча под нос о капризах и выкрутасах. По завершении меня завернули и водворили на кровать. Затем, приказав Кайлу приблизиться, адресовались ко мне:

— Значит, так! На будущее, если у тебя возникнет потребность вновь посетить туалет, сообщи об этом Кайлу безотлагательно. — Кондрад перенес внимание на застывшего от усердия телохранителя: — Услышав ее просьбу, тебе вменяется в обязанность разыскать меня и поставить в известность.