Третье Правило Волшебника, или Защитники Паствы - Терри Гудкайнд

— Магия связывает народ Д’Хары с магистром Ралом. Когда магистр умирает, эта связь переходит к его наследнику — если тот наделен даром. — Улик пожал плечами. — Узы — это и есть магия. Все д’харианцы их чувствуют. С самого рождения. И благодаря этим узам мы узнаем магистра. Когда магистр Рал рядом, мы ощущаем его присутствие. Так мы вас и нашли. Чем меньше расстояние, тем сильнее чувствуются узы.

Ухватившись за спинку стула, Ричард резко наклонился вперед.

— Ты хочешь сказать, что все д’харианцы чувствуют мое присутствие и знают, где я нахожусь?

— Нет. Это нечто большее. — Улик сунул палец под нагрудник и с наслаждением почесался. Он явно не знал, как объяснить лучше.

Бердина поставила ногу на лавку и, облокотившись на колено, пришла ему на помощь.

— Видите ли, прежде всего мы должны узнать нового магистра Рала. Узнать и признать его власть. Признать не путем какой-нибудь церемонии, а скорее в душе. Мы можем и не хотеть признавать этого человека, как было в предыдущем случае, но, если он магистр, тут уже никуда не денешься. Это выше нас.

— Иными словами, это некий род веры.

Лица всех присутствующих просветлели.

— Да. Именно так это лучше всего объяснить, — кивнул Иган. — Как только мы признали его власть, до тех пор, пока магистр Рал жив, мы связаны с ним узами. Когда он умирает, новый магистр Рал занимает его место, и тогда мы уже связаны узами с ним. Во всяком случае, именно так должно быть. Но в этот раз что-то пошло не так, и Даркен Рал, или его дух, каким-то образом удержал часть себя в этом мире.

Ричард выпрямился.

— Врата. Шкатулки в Саду Жизни — врата в нижний мир, и одна оставалась открытой. Но когда я вернулся две недели назад, то закрыл ее, и Даркен Рал отправился в подземный мир — теперь уже навсегда.

Улик потер ладонь о ладонь, и мышцы на его руках вздулись буграми.

— Когда Даркен Рал умер в начале зимы, вы произнесли речь перед Дворцом. Многие д’харианцы, которые слышали вас, поверили, что вы — новый магистр Рал. Но некоторые — нет. Кое-кто по-прежнему связан узами с Даркеном Ралом. Должно быть, так случилось потому, что эти врата, о которых вы говорите, были открыты. Такого раньше никогда не бывало. Во всяком случае, я никогда ни о чем похожем не слышал. Вернувшись, вы не только уничтожили при помощи вашего дара дух Даркена Рала, но и нанесли поражение восставшим офицерам, которые не признали вас. Изгнав дух Даркена Рала, вы разорвали узы, связывавшие его с ними, и убедили всех во Дворце, что вы — магистр Рал. Теперь они верны вам. Весь Дворец. Они связаны узами только с вами.

— Как и должно быть, — решительно закончила Райна. — Вы обладаете даром. Вы волшебник. Вы — магия против магии, а д’харианцы, ваш народ, — сталь против стали.

Ричард поглядел в ее темные глаза.

— Об этих узах, об этой истории насчет магии против магии и стали против стали я знаю меньше, чем о том, как быть волшебником, а о волшебстве я не знаю почти ничего. Я не знаю, как пользоваться магией.

Мордсит некоторое время смотрели на него, а затем рассмеялись, словно он удачно пошутил.

— Я не шучу. Я не знаю, как пользоваться своим даром.

Холли хлопнула его по плечу и указала на Гратча.

— Вы управляете животными, в точности как Даркен Рал. Мы этого не можем. Вы даже с ним разговариваете. С гаром!

— Ты просто не понимаешь. Я спас его, когда он был еще совсем маленький. Я вырастил его, только и всего. Мы с ним подружились. Это не магия.

Холли снова хлопнула его по плечу.

— Может, для вас это и не магия, магистр Рал, но никто из нас на такое не способен.

— Но...

— Сегодня на наших глазах вы стали невидимым, — сказала Кара. Она уже не смеялась. — Вы будете утверждать, что и это не магия?

— Ну да, полагаю, это магия, но не совсем та, что вы думаете. Вы просто никак не поймете...

Кара выгнула бровь.

— Магистр Рал, для вас такие штучки обычное дело, потому что вы наделены даром. А для нас это магия. Неужели вы предполагаете, что любой из нас может сделать то же, что и вы?

Ричард провел ладонью по лицу.

— Нет, вы этого сделать не сможете. И все-таки это не то, что вы думаете.

Райна одарила его тем взглядом морд-сит, который обязывал к повиновению. У Ричарда моментально отнялся язык. Хотя он не был больше пленником морд-сит и эти женщины теперь стали его союзницами, обучение эйджилом быстро не забывается.

— Магистр Рал, — произнесла Райна, и ее тихий голос наполнил все помещение, — в Народном Дворце вы сражались с духом Даркена Рала. Вы, обычный человек, сражались с духом могущественного волшебника, который вернулся из мира мертвых, чтобы уничтожить всех. У него не было тела, это был призрак, существующий только благодаря волшебству. С ним вы могли сразиться лишь с помощью своей собственной магии.

Она перевела дух и продолжала:

— Во время битвы вы метали молнии, и эти молнии, порожденные магией, уничтожили восставших генералов, которые желали победы Даркену Ралу. В тот день все, кто еще не был связан с вами узами, стали ими связаны. За всю нашу жизнь во Дворце не витало столько магии, как в тот день.

Она наклонилась к Ричарду, по-прежнему не спуская с него своих темных глаз, и голос ее зазвучал громче:

— Это была магия, магистр Рал. Нас всех должен был поглотить мир мертвых, но вы нас спасли. Вы выполнили свою часть договора. Вы были магией против магии. Вы — магистр Рал. Мы отдадим свои жизни за вас.

Ричард внезапно осознал, что левой рукой судорожно сжимает рукоять меча и буквы слова «Истина» почти до крови врезаются ему в ладонь.

Усилием воли он отвел взгляд от глаз Райны и оглядел остальных.

— То, что вы говорите, — правда, но все не так просто, как вам кажется. Существует нечто большее... Я не хочу, чтобы вы считали, будто я делаю что-то, потому что знаю, как нужно делать. Просто так получается, вот и все. Даркен Рал всю жизнь учился магии, он знал о ней едва ли не все. Ваша вера в меня чересчур сильна.

— Мы понимаем, — пожала плечами Кара. — Вам нужно больше узнать о магии. Что ж, учиться всегда полезно. Вы лучше послужите нам, если будете знать больше.

— Нет, вы не понимаете...

Кара ободряюще положила руку ему на плечо.

— Много вы знаете или мало — не имеет значения. Никто не в силах узнать всего. Это ничего не меняет. Вы — магистр Рал. Мы с вами связаны узами. — Она сжала ему плечо. — Даже если бы кто-нибудь из нас захотел изменить это, то не смог бы. Это невозможно.

Ричард вдруг успокоился. На самом деле он не хотел их отговаривать. Их верность и помощь могли ему пригодиться.

— Вы помогли мне раньше и сейчас, на улице, возможно, спасли мне жизнь, но я не хотел бы, чтобы ваша вера в меня была больше, чем я того заслуживаю. Не хотел бы вас разочаровывать. Я хочу, чтобы вы шли за мной потому, что мы делаем благое дело, а не потому, что нас связывают какие-то узы. В конце концов, это — рабство.