Не вспомню - Джессика Броуди

– Мне не совсем понятно, что это такое.

Дзен слегка усмехается, словно действительно все обо мне знает.

– В первый раз мне тоже самому пришлось объяснять тебе смысл этого понятия.

В первый раз?

Значит, такое со мной уже происходило?

Я мгновенно вспоминаю о записке, что лежит сейчас в верхнем ящике туалетного столика.

«Верь ему».

– Ты объяснял мне смысл слов?

– Я объяснял тебе и многое другое.

– Но почему?

– Сейра, – в его голосе снова звучит взволнованная настойчивость, и он слегка начинает тянуть меня за руку, – пойдем со мной! Прямо сейчас. Обещаю ответить на все твои вопросы. Но здесь небезопасно.

– Почему? – упрямо переспрашиваю я, не обращая внимания на его призыв. – Почему ты должен был мне все объяснять?

Парень потирает подбородок, бросает взгляд через плечо, а потом с глубоким вздохом отвечает:

– Потому что они строго следили за подбором слов, которые тебе следовало знать. Думаю, для них это был один из способов держать тебя под контролем.

– Для кого именно? – требую подробностей я, вырывая руку из его пальцев. Мой гнев достиг критической точки, и я не в силах больше сдерживать его. – О ком ты говоришь?

Но и юноша, как кажется, уже не может управлять своими эмоциями, и потому его ответ звучит почти резко. Властно. И громче, чем ему самому хотелось бы.

– Я говорю о людях, которые сделали тебя такой! – Он жестом обводит меня.

– Какой же?

– Только не делай вид, что ничего не заметила. Я ведь все знаю. Ты не такая, как все. Ты особенная, Сейра. Уникальная. У тебя есть способности, которых лишены другие люди. Разве ты сама этого не чувствуешь?

Чувствую. Еще как чувствую!

Но сейчас это последнее, о чем мне хочется думать.

Мой мозг как будто пылает в огне. Я закрываю глаза, а кончиками пальцев начинаю массировать себе виски.

– Я не хочу быть уникальной, – шепчу я. – Мне нужно стать обычным человеком. И найти свою семью.

– Но ты не сможешь стать обыкновенной, – втолковывает он уже гораздо мягче. – Думаю, ты уже это поняла. И еще, насколько мне известно, семьи у тебя нет.

Я открываю глаза и делаю два шага назад.

– Что такое ты говоришь? – спрашиваю я на удивление спокойно.

– Сейра. – Юноша снова подходит ближе и кладет руки на мои плечи. Мне тяжело его прикосновение, столько в нем беспокойства и волнения. – Когда я впервые встретил тебя, ты жила в лаборатории.

Лаборатория: здание или часть здания с оборудованием для проведения научных экспериментов, испытаний или исследований.

Дзен продолжает без остановки:

– Тот комплекс принадлежал компании, которая называется «Диотех». Это огромная корпорация, разрабатывающая новые технологии. Ты была частью одного из их проектов. А они занимаются всем – от аэронавтики до научных разработок в таких областях, как…

Он осекается и лишь кивает в мою сторону. А потом вдруг решает, что дальше разговаривать здесь не может.

– Послушай. Я временно живу в доме номер тысяча девятьсот пятьдесят два по Брэдбери-драйв. Комната триста два. Давай встретимся там, и я все тебе объясню!

Я качаю головой, закрываю уши ладонями, но ничто не в силах заглушить его голос. Я озираюсь, думая, что можно было бы посчитать. Число керамических плиток в полу? Но их слишком мало.

– Нет! – отвечаю я затем с яростью. – Ты лжешь! Это все одна большая ложь!

Дзен снова тянется к моей руке, но я отдергиваю ее так быстро – так неестественно быстро, – что мой собственный взгляд не улавливает движения.

– Сейра, пожалуйста! – умоляет он.

– Не называй меня так! – почти кричу я. – Это не мое имя. А ты… Ты не моя родственная душа! Ты никто! Я тебя знать не знаю! Не понимаю, зачем ты рассказываешь все эти ужасные вещи, но только я не желаю их больше слышать. Прошу, просто оставь меня в покое!

Я разворачиваюсь и направляюсь к выходу, полная решимости немедленно найти Хезер и как можно скорее убраться отсюда. Жду, что за спиной послышатся его шаги, но слышу лишь тишину. И преодолеваю искушение оглянуться и посмотреть на его реакцию.

А затем молчание нарушает его голос, серьезный и страстный:

– Не допускаю я преград слиянью[5]…

И прежде чем я успеваю осмыслить его фразу, прежде чем понимаю, что происходит, мои губы словно сами приходят в движение. До меня доносится собственный голос, но так, будто он исходит откуда-то снаружи. Это нечто отдельное от меня. Чувство такое, что слова вырвались не из моих уст.

– Двух верных душ!..

Я застываю на месте, вновь и вновь мысленно прокручивая в голове странные слова. Что они означают? Откуда они? Почему я их знаю?

Неужели я цитирую… по памяти?

Я поворачиваюсь, чтобы снова посмотреть на юношу. На того, кто зовет себя Дзен. Кто считает меня своей родственной душой.

У него горят глаза.

– С возвращением, Сейрафина!