Фантомная боль - Владимир Брайт

– Карпин попросил Вену надавить на Ригу, чтобы латвийские коммандос перехватили состав на подходе к Смоленску и вывезли Ярцеву в безопасное место.

– С какой стати ему так печься о заложнице?

– Аналитический отдел считает…

– Паркер, меньше всего на свете я хочу выслушивать бредовые теории, лишенные всякого смысла. Всем известно: наши аналитики – ни на что не годные идиоты.

– Разумеется, сэр, – почтительно склонил голову секретарь, всем своим видом выражая согласие с мнением шефа.

Хотя на самом деле думал иначе.

– Может быть, Карпин знает о Ярцевой что-то, чего не знаем мы?

– Не исключено.

– Интересно будет с ним пообщаться, если сумеет вырваться из ада. Маловероятно, но, как говорится, чего не бывает в жизни…

– Да, сэр.

– Хорошо. Пусть Рига высылает команду захвата. Что бы ни задумали русские, девчонка нужна нам живой. Сопровождающий ее конвой зачистить. Двойные агенты, тройные агенты… Нам хватает забот и без этого.

– Сэр… – секретарь хотел напомнить, что речь идет о людях, но не стал.

Выжившего из ума старика не переубедить. За полтора месяца работы в затхлой дыре, пропитанной манией былого имперского величия, Паркер достаточно хорошо изучил характер Грея, чтобы не строить иллюзий насчет человеческих качеств шефа.

– Да?

– Еще что-нибудь?

– Через пятнадцать минут мне нужен генерал Леман. Свободны.

– Так точно, сэр!

– «Так точно, сэр!» – покачал головой старик, глядя вслед подтянутой фигуре удаляющегося секретаря. – Молод, глуп, излишне самоуверен. Зато честен – этого не отнять…

Как и того, что жизнь становится намного проще, если умеешь читать мысли собеседника. Не исключено, что и без этого дара потомок Тюдоров смог достичь своего сегодняшнего положения. Только цена восхождения к вершине власти оказалась несоизмеримо выше.

И не факт, что он смог бы ее заплатить…

До прихода генерала старик успел бегло ознакомиться с досье Карпина, обратив внимание на пару странных деталей, а именно:

а) отсутствие ярко выраженной мотивации для перехода на другую сторону;

б) досье было слишком «правильным». Всего понемногу, в строго выверенных пропорциях. И хорошего (ценный агент) и плохого (не идеален, зато не вызывает подозрений).

Как правило, маленькая ложь рождает большое недоверие. Применительно к данному случаю ни о какой «маленькой» лжи речи не шло. Идиоты из аналитического отдела, прозевавшие Карпина, не понимали очевидных вещей – он в принципе не мог быть двойным агентом. Люди с таким складом ума не довольствуются вторыми ролями. Они сами привыкли дергать за ниточки, ведя собственную игру. А если делают вид, что продаются кому-либо с потрохами, то и в этом случае оставляют за спиной открытую дверь – запасной выход на случай непредвиденных ситуаций.

– Встреча с достойным противником на своей территории? Хорошо бы встретиться с этим русским. Узнать, что у него на уме…

– Сэр, – у Паркера была дурная привычка появляться в самый неподходящий момент. – Генерал Леман ждет.

– Зовите…

Грей недолюбливал военных, считая их болванами, с мнением которых приходится мириться в силу веских причин. Шестидесятитрехлетний Арон был исключением из правил, выгодно отличаясь от коллег тем, что не только умел думать, но и к тому же блестяще просчитывал варианты на несколько ходов вперед.

Четыре часа назад, узнав о предстоящем штурме Москвы, серый кардинал пригласил генерала, чтобы обсудить дальнейший план действий. Несмотря на то что у Лемана не было времени на подготовку и он не мог знать (только догадывался), о чем пойдет разговор, генерал пришел на аудиенцию не с пустыми руками, предложив свое видение ситуации, совпавшее с точкой зрения лорда.

Командование русских вряд ли останется умирать на улицах обреченного города. Когда положение станет безвыходным, они уйдут под землю, спрятавшись в бункерах. Мелкие объекты не принимались в расчет, их было слишком много. В одном только метро столько служебных помещений, где можно, забаррикадировавшись, затаиться на пару недель, что и не сосчитать. Зато о крупных было известно практически все.

К декабрю 2038 года английская разведка располагала информацией о трех подземных убежищах с автономной системой жизнеобеспечения на территории анклава: «Фитиль», «Берег», «Ковчег». Причем первый из этой тройки пришел в упадок настолько, что его смело можно было исключать из списка, если бы не одно «НО»: русские всегда славились умением пускать пыль в глаза. Не исключено, что свой главный секрет они спрячут в том месте, где его будут искать в последнюю очередь. Начать поиски нужно будет именно с «Фитиля».

По идее, с кадаврами не должно возникнуть особых проблем: их поведение предсказуемо. Подобно морскому отливу, дикие орды покинут Москву, как только сожрут всех, кого смогут. Учитывая огромное количество тварей, это произойдет в считаные часы. После чего в городе останутся немногочисленные разрозненные группы охотников, рыщущих в поисках выживших.

В создавшейся ситуации у руководства Мурманска не останется выбора. Им придется послать спецкоманду в уничтоженный анклав. Чтобы добраться до ядерного чемоданчика прежде, чем это сделают англичане.

У русских будет неоспоримое преимущество – они знают, в каком из убежищ находится их человек. У англичан – фора во времени.

Расстояние от Варшавы до Москвы 1150 километров. Два с половиной часа пути для самолета-амфибии, способного взлетать и приземляться на воду. Горючего хватит в оба конца. У поляков есть пара десятиместных «Вейстеров 483-АF». Из ста двадцати сотрудников английского представительства в Польше три четверти военные: два местных пилота, семнадцать британских коммандос и один русский, выступающий в качестве проводника и парламентера на переговорах, если в них возникнет необходимость.

Полтора часа на сборы. В три ночи команда поднимется в воздух, около шести утра будет в Москве. К тому времени кадавры должны будут оставить пустой город.

Техника последнее время – на вес золота. Тем не менее убедить Варшаву сдать в аренду пару «Вейстеров» не составит труда. Лондон всегда имел рычаги воздействия на ближайших союзников.

Самым слабым звеном плана был проводник – Сергей Андреевич Вяземский, проходящий по документам разведки как «Вязь».

– У нас есть что-нибудь на него? – поинтересовался старик, не любивший «играть втемную».

– Семья погибла в Москве, – генерал отвечал коротко, по существу. – В Лондоне осталась дочь от первого брака.

– Поддерживают отношения?

– Да.

– Он может оказаться двойным агентом?

– Маловероятно. Прежде, чем попасть в Варшаву, прошел многоуровневую проверку. К тому же у нас его дочь.