Полет опасных желаний - Ольга Вешнева

Утром, хлопая тяжелыми со сна веками, я брела в направлении кухни. Меня почти шатало, я разве только не придерживалась за стену, как после бурной вечеринки. Мои мысли застряли в очень уютном пространстве между серенькой, словно этот длинный коридор, реальностью и ярким, многоцветным царством сновидений. И даже больно бить себя по рукам, которые тянулись снова и снова прикасаться к Айри, лаская его великолепное тело, и шлепать ладошкой по губам, готовым вновь слиться с его губами в страстном поцелуе, было бессмысленно. Потому что все запомненное моим воспаленным сознанием происходило не наяву. Но от того не выглядело менее реалистичным. Пытаясь избавиться от последствий пленительного наваждения, я лишь сильнее поддавалась им. Дошла до того в своих размышлениях, что сама почувствовала себя рабыней нелианца, которую он приобрел за горсть фруктовых конфет, или, вероятнее, мороженых креветок.

Войдя на кухню, я закашлялась от запаха гари. Вентиляция работала во всю мощь, аж до свиста, но дым выветривался медленно.

Тамсин чихал и вздыхал, стоя возле стола с подносом в руках и несчастным взглядом взирая на обугленную рыбину. Точнее, на то немногое, что от нее осталось после извлечения из духовки: голова, опаленный хвост, хребет и ошметки жирной красной плоти, держащиеся на ребрах.

Малиса сидела нога на ногу, откинувшись на спинку стула, и прикрывала нос кончиком хвоста, напоминая благородную даму с пышным веером со старинного портрета. Дремер ссутулился, опираясь на сложенные перед собой на столе руки, и выглядел невозмутимым. Но я прекрасно знала, дело не в его стойкости, а в качестве встроенного в носоглотку дыхательного фильтра.

– Никогда не нужно доверять даже самой расхваленной технике так, как собственной голове, – сокрушался наш донельзя расстроенный кок. – Вы только посмотрите, друзья, в какой страх превратилась шикарная рыба! Она должна была стать украшением стола! Скажите, что мне теперь делать? Очень жалко выбрасывать. А зверья никакого на корабле нет, кому бы можно было ее скормить, даже, пронесите нас, ветры космические, не надо нам такой напасти, дерельских корабельных паразитов.

– Успокойся, Тамс, – кашлянув, сказала я. – Разделим рыбу на всех и съедим, что получилось. Мы народ простой и неприхотливый. У нас на борту нет капризных принцев и принцесс.

– Хочу оспорить твое последнее утверждение, Кэсси, – Малиса резко встала, вышла из-за стола и приготовилась развернуть голографический экран из своего коммуникатора. – Нет принцев, говоришь. Друзья, давайте вместе это проверим.

Усмехнувшись, она активировала развернутый над столом экран, и мы все застыли в изумлении.

– Меня зовут Айри Анрейми, я сын Релти Анрейми, правителя Нелии, – надменно вскинув голову, властно провозгласил молодой красно-рыжий нелианец в костюме пилота, стоящий под присмотром четырех мощных мордатых телохранителей на городской площади в окружении народной толпы.

– А-а-а! – завопил Тамсин, страшно выпучив глаза, и наше внимание переключилось на него.

– Что случилось? – с укором вопросила его жена.

– Ничего страшного, любовь моя, – почесывая толстый зад, пролепетал Тамсин. – Я снова прищемил свой многострадальный хвостик. На этот раз – дверцей кухонного шкафа. Она неудачно захлопнулась.

– Как ты умудряешься всюду, куда не надо, совать свой хвост? – удивилась Малиса. – Ведь он у тебя в десять раз короче моего! Я свой никогда не прищемляю, всегда подбираю вовремя.

– Теперь рыба точно пропала, – Тамсин указал пальцем на выпавший у него из рук и перевернувшийся поднос.

– Да, мы не станем слизывать остатки рилама с пола, – проворчал Дремер.

– Ребята, со своими и рыбьими хвостами разберетесь в свободное время, – я призвала команду к дисциплине. – Считайте, у нас экстренное совещание. Мал, объясни, что значит эта выдержка из галактических новостей? У нас на корабле фактически находится в заложниках наследник нелианского престола? Будущий лидер самой опасной хищной расы галактики?

Дремер крепко выругался. Тамсин утер пот со лба и перестал вздыхать, весь обратившись во внимание.

Малиса остановила трансляцию, приблизив лицо главного фигуранта действа.

– Я решила на ночь загрузить изображение нашего пленника в систему распознавания личности. Зарядила ее на подробный анализ всех доступных в галактической сети новостных нелианских выпусков. Легла спать. Утром встала и сама чуть не отдавила себе хвост, узрев полученный результат. Для нас многие нелианцы кажутся на одно лицо. Но искусственный интеллект намного внимательнее органического мозга, привыкшего к определенному расовому типажу. С почти стопроцентной вероятностью, при учете поправок на другой тип и спектр освещения, световые блики и помехи съемки при помощи дрона, система утверждает, что наш Айри – единственный чистокровный потомок правителя Нелии.

– Я просто не могу в это поверить, – нервно взъерошила волосы и приступила к другой дурной привычке, отламыванию отросших ногтей по мелким кусочкам.

– А я как раз могу поверить. Причем легко. Подумайте, все сходится! – Малиса стукнула правой рукой по краю стола. – Вот почему наш пленник ведет себя ненормально для среднестатистического нелианца. Принца с первых дней жизни, если не еще в кабинке инкубатора, учили работать на публику. Благодаря многолетней муштре он может легко и непринужденно говорить с инопланетными существами, которых его сородичи воспринимают лишь в качестве вкусной добычи. Теперь понятно, откуда у него эти странные манеры избалованного ребенка! Как и рассуждения о курсах валют, налогах и экспортных товарах… А еще Айри Анрейми – пилот высочайшего класса, неоднократный призер галактических соревнований. Проанализируйте все это сами, каждый в своей голове, и вы поймете, насколько мы с поисковой системой правы.