Жрица голубого огня - Илона Волынская

У нее осталась единственная техника работы с Огнем из древних свитков, которую она не пробовала и даже не собиралась – потому что не верила, что такое вообще возможно, считала бредовой идеей тысячедневной давности. Никто и никогда не сможет удержать в себе столько Огня, как там написано! Никто и никогда… Но если у нее Огня окажется меньше, чем у Кэтери с «Трижды шелковой», – ей не отбиться!

Ну, она ведь читала, как это делается! Яростным усилием отогнав от себя видение обугленных тел своих подружек-перводневок, Аякчан протянула руки – и по локти окунула их прямо в Пламя чаши, словно прачка в воду. Огонь, жгучий, каким… может быть только Огонь, сверкающими дорожками побежал вверх по рукам и… прыгнул ей в лицо! Сапфировое пламя ударило в нос, как вода неумелому пловцу, хлестнуло по глазам. Аякчан не выдержала и отчаянно закричала, но ринувшийся в распахнутый рот Огонь загнал крик обратно в горло. Перед глазами плыла сплошная синева. Волосы поднялись дыбом. Бушующий поток Огня хлынул в нее, заполняя мучительную пустоту. Пламя взвилось волной, накрывая девочку, – и враз исчезло в ней. Пошатываясь, окутанная голубым ореолом Аякчан стояла у совершенно пустой чаши.

Она смогла! Она втянула в себя запас Огня, которым запросто можно целый День обогревать небольшое селение, – и она жива! И ей… Хорошо!

Аякчан открыла глаза – широко, так, что даже белки исчезли, залитые сапфировой голубизной. Не удержавшись, неприлично отрыгнула – изо рта у нее вырвался трепещущий синий язычок Пламени. Бросила прощальный взгляд на сложенные на столике свитки – те, что ее всему научили. Но ей не унести их с собой. И кинулась обратно к стене – за ней вился «хвост» Голубого пламени. Больше не оглядываясь, она проскочила сквозь стенку обратно – и тут на мгновение остановилась, ошарашенно глядя на абсолютно целый монолит льда. Как это… как это она? А, не сейчас!

Аякчан прыгнула к ведущей наверх лестнице…

Невидимый аркан захлестнулся у нее на поясе и потащил обратно. Ах ты… Избыток Огня бушевал в ее теле, просился наружу. Над пальцем девочки выметнулось тончайшее лезвие Огненного ножа. Аякчан коротко полоснула по стягивающей талию петле… Зло зашипев и разбрасывая вокруг себя потоки золотистых искр, сверкающий клинок прошел невидимую привязь насквозь… Держащий Аякчан аркан остался невредим. Рывок… Девочку сдернуло со ступеней и швырнуло под ноги ухмыляющейся Солкокчон.

Ах так! Значит, Невидимую Огненную Привязь не разорвать! Ничего, она действует, только пока наложившая ее жива и находится в сознании! Одним прыжком Аякчан взвилась на ноги, мгновенно стряхнула избыток Огня в ладонь – и швырнула в лицо Солкокчон. Не убирая с губ ухмылки, «Трижды шелковая» вскинула руку – и вся, с ног до головы, окуталась сияющим сапфировым щитом. Боевой шар Аякчан ударился о неожиданную преграду и отскочил, просвистев над головой, так, что аж волосы скрутились от жара.

Аякчан зарычала от ярости. Ничего, у нее хватит Огня, чтоб проломить три такие защиты…

«А что потом? – очень холодно поинтересовался кто-то в ее душе. Казалось, это ее собственный голос – но гораздо взрослее и… неприятнее. Похожий на голоса Айгыр, Королевы и Солкокчон, вместе взятых, только еще ехиднее и увереннее. – Попробуй хоть иногда не вести себя как дура! Зачем тратить Огонь, если с тобой собираются сделать именно то, чего ты сама хочешь, – выпустить из школы?»

А и правда, чего это она?

Аякчан пошатнулась и рухнула к ногам наставницы. Пусть думает, что тот шар был последним – Солкокчон не должна заметить, что девчонка, которую она считает беспомощной, полностью восстановила свой Огнезапас!

– Так-то лучше, – удовлетворенно процедила Солкокчон, за невидимую привязь вздергивая Аякчан на ноги. – Слушай меня внимательно, ты, дочь восьминогого авахи! Два Дня ты мягко спала, сладко пила-ела за счет Храма – пришла пора отдавать долги! Храм не может допустить, чтобы подземные людоеды выедали его подданных целыми селениями!

Ухватив Аякчан за руку, она поволокла ее к выходу. Молчаливая Кэтэри со всех ног поспешила за ними. На ладони у нее переливался готовый Огненный шар – спиной девочка чувствовала его жар. Аякчан покорно позволила вывести себя на двор.

Озаренная светом луны, на белом квадрате школьного двора топталась Синяптук. Под мышкой наставница держала взрывчатое стальное яйцо, а вся ее фигура излучала такой страх, что Аякчан даже удивилась – почему это Синяптучка не сбежала? Впрочем, тут же поняла – почему. Неподалеку, словно не замечая перепуганной толстухи, но при этом многозначительно поигрывая шипастым каменным мячом на железной цепи, прохаживалась школьная богатырка. От каждого удара ее мяча о землю Синяптук нервно вздрагивала и втягивала голову в плечи.

– Старшая наставница Солкокчон! – завидев выходящую из дверей школы «Трижды шелковую», Синяптук кинулась к ней, кренясь от тяжести стального яйца. Толстые губы жалко подрагивали, широкая плоская физиономия была налита страхом. Казалось, еще мгновение, и Синяптук завизжит, как пойманный за хвост поросенок. – Мне сказали… сказали, что я должна… – Слов у нее не хватило, и она только выставила стальной шар вперед.

– Ее Снежность лично… понимаете, лично!.. избрала вас, наставница Синяптук! – строго сказала «Трижды шелковая». И ласково похлопала приземистую толстуху по макушке. – Вся наша школа гордится вами!

– Э-э… лично? – рот Синяптук обалдело приоткрылся. – А откуда она меня знает?

– Она видела, как энергично вы действовали во время коварного нападения черного кузнеца! – пришла на помощь Кэтэри.

– Да? – Отвислые щеки Синяптук зарозовелись от удовольствия, она даже трястись перестала. – Королева видела, как я растаявшую башню в ведерко собирала?

– Вы замечательно собирали башню в ведерко! – с чувством согласилась Солкокчон. – А уж как тряпкой орудовали! Точно так же вы сотрете мэнквов с лица Сивира!

– Ну… мэнквы, это все-таки другое… – промямлила Синяптук. Видно было, как тщеславие борется в ней со страхом. – У меня занятия сразу после общего подъема… Домашние задания еще проверить…

– Восхитительно! Такая преданность своему делу! – вскричала Солкокчон. – Я непременно буду писать Королеве, как наставница Синяптук, вернувшись после победоносного истребления мэнквов, сразу же отправилась вести занятия! Уверена, вы получите не только Ледяную звезду героини, но и звание заслуженной наставницы земли Сивирской!

– Ледяная звезда… Заслуженная наставница земли Сивирской! – как в бреду, повторила Синяптук.

– Средней земли, – уточнила Кэтэри, словно боясь, что Синяптук собирается претендовать на почести еще и в Верхней и Нижней землях.

– Мы вам и помощь дадим, – пропела «Трижды шелковая», выталкивая Аякчан вперед. – Вот! Кажется, вы с этой ученицей уже сработались – создавая материал синяптон? Не годится всесивирской героине тяжести таскать! – И, выдернув у толстухи взрывчатое яйцо, перебросила его Аякчан.

Девочка поймала и едва не свалилась под такой тяжестью. Аякчан почувствовала, как удерживающая привязь перелетает от старшей наставницы к ничего не понимающей Синяптук, намертво приковывая ее к толстухе.