Расхитительница - Евгения Шагурова

— Мама?

Я знала этот голос. И пусть он немного изменился, ни с каким другим в жизни не перепутала бы. Моментально потеряв интерес к жертве будущей расправы, повернулась и с удивлением принялась разглядывать остановившуюся напротив девушку. Старые потертые кеды, серые джинсы в обтяжку, мешковатая пайта черного цвета с какой-то белой надписью, затянутые в пышный хвост рыжие волосы и огромные наушники на полголовы.

— Ника? Это и в правду ты?

— Как раз то же самое собиралась спросить, — спуская гаджет на шею и подходя ближе, отозвалась девушка. — А ты совсем не изменилась.

— Спасибо, дочка. Жаль, не могу того же сказать про тебя.

— А это кто? — спросила она, быстро потеряв ко мне всякий интерес и взглянув на стоявшего рядом мужчину.

— Тот, по чьей вине я столько отсутствовала, — начала, возвращаясь к былому раздражению. — И сейчас он все тебе объяснит, правда, Лар?

Но, обернувшись, увидела совсем не то, что ожидала. Хорошо зная взгляд, которым маг в настоящий момент рассматривал стоявшую перед ним девушку, я начала ощущать тихую панику.

— О да. Еще как объясню, — отозвался тот.

— Ты не посмеешь, — уверенная, чем сейчас все это закончится, я не придумала ничего лучше, как кинуться на мужчину, чтобы остановить его и… опоздала. Едва заметный взмах руки, и ноги намертво приросли к земле, а тело моментально начало неметь, делая из меня живую статую.

— Лар. Не вздумай, — выкрикнула, обреченная безвольно наблюдать за тем, как он подходит все ближе к моей дочери и, глядя прямо в глаза, касается ее лица.

— Она уже не маленькая. Сама решит, что ей делать. Правда, рыжик? — отозвался этот мерзавец, вовсю принявшись за обольщение.

— Правда? — зачарованно переспросила девушка, все это время, словно загипнотизированная, неотрывно глядя на мага.

— Ника, не надо. Ты не знаешь, кто он такой. Дочь, прошу, послушай меня…

— Двенадцать лет прошло, мам. Поздно.

— Не-е-ет, — из последних сил попыталась закричать я, видя, как она вкладывает свою руку в протянутую ей мужчиной ладонь и исчезает. Но вместо этого у меня получился лишь глухой хрип. Стоило им обоим исчезнуть, как заклинание начало слабеть, подвижность возвращаться, а ноги снова слушаться.

— Черт. Черт. Черт. Чтоб тебя. Гад. Сволочь. Ну попадись мне только, Лар. Я тебя…

— Кларисса?

И снова удивление. Я, замерев, смотрела на мужчину, а он на меня, и с каждой секундой мы оба все лучше понимали, кто такие. Были. Друг для друга когда-то.

— Привет, Виталик, — холодно поздоровалась я, сразу отметив про себя, как сильно он успел постареть.

— Это действительно ты?

— А то кто ж. Ну, как дела? Как поживаешь?

— Да вот…

— Виталик, ты там долго еще? Сыну спать пора.

Мы одновременно обернулись на окликнувшую его женщину с крошечным мальчишкой под руку.

— Уже иду, Машуль.

— Ничего не говори. Знать не желаю. И ни о чем не спрашивай, — выпалила, когда он повернулся и, набрав побольше воздуха, уже собрался мне все объяснить.

— Как скажешь, — не без облегчения в голосе отозвался собеседник. Быстро оглянувшись по сторонам, спросил: — Ты Нику не видела?

— Видела. Правда недолго.

— А куда она пошла, не знаешь? — задал свой следующий вопрос бывший муж, даже не соизволив поинтересоваться, как дочь отреагировала на мое возвращение.

— Знаю.

— И куда же?

— Замуж. Во всяком случае, очень на это надеюсь. В противном случае я его точно убью.

— Ла-а-адно, — посмотрев на меня, как на умалишенную, и на всякий случай отойдя подальше, отозвался мужчина. — Как встретишь, передай, что мы дома, ладно?

— Виталь, ты идешь или нет?

— А тебе-то хоть есть куда?.. — не обратив на зов никакого внимания, снова неуверенно поинтересовался собеседник.

— Да. Давай, топай уже. Тебя ждут, — найдя в себе силы произнести это на удивление спокойно, отозвалась я.

— Угу. Но ты, если что, заходи. Квартира та же.

— Виталик.

— Да иду я, — раздраженно выкрикнул в ответ тот и, кивнув мне напоследок, произнес: — Ну, пока. Рад был повидаться.

— Ага. Иди-иди. А я пока тут постою. А лучше посижу. И подумаю.

Устало опустившись на ближайшую скамейку, выдохнула и, закрыв лицо руками, попыталась успокоиться. Но куда там.

"Проклятье. И что мне теперь делать?"