Дар жизни - Галина Гончарова

А вот мой спутник чем дальше, тем больше раздражал меня.

Господин Крамар сначала потащил меня к столам, где нагреб мне на тарелку столько пищи, сколько я за ден не съедаю. Потом нагреб себе раза в два больше. А под конец попытался со мной и двумя тарелками уединиться в темном переулке, спугнув целующуюся парочку и едва не вывалив мне на платье жирное мясо. Я едва увернулась, а кусок жареного мяса вместо моего платья осчастливил бродячую кошку. И глядя на то, как жадно лекарь расправляется с содержимым своей тарелки, я поняла, что ничего общего у нас не будет.

Неприятно на это смотреть.

А уж особенно, когда мужчина пытается вести расспросы, деля внимание между мной и жареной курицей.

– А где вы учились лекарскому делу, госпожа Ветана?

– У нас в деревне жил лекарь, господин Крамар. Он и учил меня, ему нужна была помощница.

– Мне тоже нужна помощница, госпожа Ветана…

– Не сомневаюсь, вы обязательно найдете себе ученика, господин Крамар.

– Ох, госпожа Ветана… Тойри, я могу вас так называть?

– Боюсь, что это могут понять превратно, – покачала я головой. – Не стоит давать людям пищу для сплетен.

– Вы так рьяно относитесь к своей репутации, госпожа Ветана! Это заслуживает уважения, – Крамар чуть скривился, но крыть было нечем. Я вежливо улыбнулась.

– Что кроме чести есть у бедной девушки?

– Но вы-то не обычная девушка. Вы очень красивая девушка, и талантливая. Хотя ваш талант еще нуждается в огранке, – заверил меня лекарь. – госпожа Ветана, а не хотите ли поработать у меня в подручных? Обещаю, в оплате не обижу.

Я едва не фыркнула.

Да, сейчас меня это предложение уже не прельщает, но это – сейчас.

А где ты был, такой умный, когда по приезде в город, я металась по лекарям, в желтом городе, предлагая взять меня хотя бы травницей, ну хоть за несколько серебрушек в месяц? Спасибо госпоже Лимире, вложила ума.

* * *

Я как раз выхаживала дочь госпожи Лимиры, а заодно искала себе место работы и проживания. Выходило пока плохо.

Комнатушку можно было снять и за несколько серебрушек в месяц, но там я рисковала расстаться с девственностью, и как бы не с жизнью, в таких трущобах они находились. А я защитить себя не смогу, даже не пойму, в какой ситуации надо бросать все и бежать, а в какой и поговорить можно.

А на что-то приличнее у меня денег не хватит. Можно продать что-то из взятых с собой побрякушек, но как бы я поступила на месте своего жениха?

Да так же.

Искала бы пропавшие вместе с невестой драгоценности, чтобы по ним вычислить ее путь. То есть – мой.

Бабушки в живых нет, мать и отец мной почти не занимались, у них всегда находились более важные дела. Балы, скачки, визиты…

На что годны обычные аристократки?

Вести дом, блистать на балах и тратить деньги мужа. А я-то могу зарабатывать сама. И должна зарабатывать сама. Я обязана справиться.

Госпожа Лимира смотрела на мои метания дня четыре, а потом принялась за расспросы.

– Работу ищешь, дочка?

– Ищу, госпожа Лимира.

– И не соглашается никто?

– Не соглашается.

– А оно и неудивительно.

Я не спросила – почему, но госпожа Лимира поняла все без слов и принялась объяснять мне простые вещи.

– Вот смотри, ты девушка молодая, красивая…

– Госпожа Лимира!

– Ты не спорь со мной, я жизнь повидала. Есть в тебе нечто такое…

Воспитание наружу лезет. Как ни забивай в себе аристократку, все равно напросвет видно.

– Значит, придется не столько работать, сколько парней от тебя гонять. Это во-первых. А потом ты еще замуж выйдешь, да уйдешь. Время и силы, чтобы тебя обучить потрачены, а где отдача? А никакой. Это во-вторых.

– да не уйду я никуда! И учить меня не надо, я все умею!

– А им-то это откуда знать? Есть тут и третья опасность. Если ты абы к кому попадешь в подмастерья, будет хозяин пользоваться твоим талантом, ты медяки получишь, а он – золотые. Нужно тебе такое?

– Будто у меня выбор есть…

– Есть. Мы с дочкой побеседовали тут немного… Домик тот помнишь? Который Таниль подгрести хотела?

– Да, госпожа Лимира.

– Долго Карисе еще в себя приходить?

– Да уж не меньше года. Яд я почистила, но она слабенькая. Ей сейчас ни тяжести носить, ни болеть лишний раз, ни перетруждаться… здоровье постепенно восстанавливаться должно, не с налета.

– Вот. На год я здесь останусь, с дочкой поживу, с зятем. С детьми понянчусь, опять же. Жить буду – с ними, а домик сдадим тебе.

Я захлопала глазами.

– Госпожа Лимира, да у меня и денег-то нет.

– У тебя чутье лекарское есть, и руки золотые. Я-то знаю. Ты осмотрись вокруг, за окнами что?

– Город.

– Желтый город. Ты думаешь, здесь хороших лекарей много? Кто поопытнее и посмышленнее, давно в Зеленый город перебрались, за услуги ломят – не подступишься. Ты, если дорого брать не будешь, вмиг себе клиентов наберешь, люди потянутся.

– Думаете?

– Точно знаю. Да и что ты теряешь, если попробуешь?

Я подумала.

– С арендой хотя бы месяц подождете?

– И два подождем, и три, – рассмеялась госпожа Лимира. – Я-то людей вижу, ты девочка хорошая, обязательная. Последнее отдашь, с себя рубашку снимешь, лишь бы в должниках не ходить.

– Но эти-то три месяца тоже прожить надо?

– Да уж проживем как-нибудь, не последнюю корочку хлеба доедаем.

Домик мне понравился с первого взгляда. Я арендовала его, повесила вывеску и принялась ждать пациентов. А госпожа Лимира принялась активно сплетничать обо мне.

Там словечко, тут два – и к концу второго месяца потянулись первые больные.

Лечила я хорошо, брала недорого, так что ко мне и возвращались, случись что. Я достаточно быстро отдала долги, обновила гардероб и даже стала позволять себе кое-какую роскошь, вроде пухового одеяла. Ненавижу холода и сырость, это единственное в Алетаре, что мне не нравится. Поэтому – теплые одеяла даже летом и теплый плащ и сапоги зимой.

Может, магу жизни и сложно заболеть, здоровье у нас на зависть многим, но это уже нервное. Ненавижу мерзнуть…

* * *

Праздник продолжался. На площадь выкатили бочки с вином, и начались танцы. Наевшиеся люди особого рвения не проявляли. Музыканты играли что-то медленное, Крамар подумал – и предложил мне руку. Учитывая, что пальцы он после курицы не вымыл, пришлось покачать головой. Мол, потом. Поела, отдохнуть хочу.