Начальник для чародейки - Алиса Одинцова

— Спасибо, что поставили в известность, — в голосе начальника тайной службы проступил сарказм. Он точно был недоволен моим самовольством. — Надежный человек, как я понимаю, не Талейн.

— Талейн ищет сведения о жертвах мертвых воронок и будет занят этим, по крайней мере, до конца следующей недели. Задача не из легких, учитывая, что ему придется помотаться по архивам разных городов.

— Вы привлекли постороннего к нашему делу. Это может негативно отразиться на ходе расследования, не говоря уже о том, что так делать не по уставу.

— Сейчас я открою вам один секрет, который в Ордене заставляют усвоить еще в первый год обучения. Вы ничего не достигнете в магии, если будете действовать по правилам. Соответственно, вы ничего не добьетесь в расследовании магических преступлений, следуя уставу.

Эйрик посмотрел на меня недоброжелательно. Мне пришло в голову, что сейчас я учу жизни взрослого мужчину, который к тридцати годам умудрился достичь поста настолько близкого к Правителю, насколько это возможно.

— Когда я просила Ивара помочь с информацией, я не знала, что будет расследование.

Ну вот. Теперь я начала оправдываться. Да что со мной такое?!

— Вы подключили Ивара? — сразу же удивился Эйрик, как будто они с библиотекарем — давнишние собутыльники.

— А вы его знаете?

— Это наш внештатный сотрудник.

Наверное, скрип моих зубов раздался на всю столовую. Так вот как тайной службе удалось узнать, что ксианский ювелир скончался от асфиксии магического происхождения, а не вызванной действием яда. Больше всего я не любила, когда меня обводят вокруг пальца. Эйрик наблюдал мою реакцию с нескрываемым наслаждением.

— Не все же вам нас за нос водить, — подмигнул он.

Мне захотелось надеть тарелку ему на голову.

— Твоих… ваших рук дело? — вкрадчиво и очень тихо спросила я. Обычно такой тон заставлял моих собеседников покрываться холодным потом… в подземельях Ордена. Здесь, конечно, антураж совсем не тот, поэтому Эйрик даже ухом не повел. Только заулыбался еще шире. — Ну, знаете!.. Вы… Вы…

Мужчина благоразумно отодвинулся. Мало ли что придет в голову бывшей магичке.

— Мое невиданное свинство сможем обговорить позже, в Ксиане. Сейчас нам пора в обратный путь, если не хотим попасть в бурю.

За окном стремительно темнело. И не только потому, что время близилось к ночи. Свинцовые тучи затягивали небо, некоторые, что потяжелее, спускались вниз и плотным ковром стелились по долине. Монастырь, расположенный на склоне горы, оказался меж двух слоев облаков, как начинка в бисквите. Добраться до Бедаха мы не успевали.

Настоятеля просить не пришлось. Он сам предложил нам остаться на ночь, но одному из нас предстояло спать в комнате, где вчера «оздоравливался» Фейт. Амбре наверняка выветрилось, но отчего-то мне было бы неуютно находиться в том же помещении. Эйрик благородно взял это бремя на себя. С помощником главы Ордена он встречался всего несколько раз, года четыре назад, когда Фейт еще не занимал столь важный пост и периодически ассистировал мне в несложной работе.

Как и ожидала, к нашему приходу комнату начисто вымыли и проветрили. Монах, проводивший нас на место, посоветовал сразу запереть ставни и предупредил, что с непривычки заснуть под шум ветра бывает сложно. Если станет скучно, можно спуститься на первый этаж постройки и зайти в небольшую импровизированную библиотеку. Магических светильников в монастыре нет, но свечи можно жечь в любом количестве — послушники делают их в избытке и даже окрашивают в разные цвета для галереи и последующей продажи.

Окна моих покоев выходили на склон горы. Кровать оказалась жесткой, но я спала на такой большую часть своей жизни и привыкла. Когда меня ребенком взяли в Орден, первые годы обучения прошли в Третьей Башне. Она расположена на маленьком островке, куда попасть можно только через стационарный телепорт на побережье материка. Эта Башня была около трехсот (!) футов в высоту и своими сводами попирала само небо. Незабываемое зрелище для новоприбывших адептов. Более сообразительные понимали, что отсутствие пространства для строительства предполагало тесные комнатушки, прежде всего для учащихся. В моей помещалась только кровать и письменный стол. Учителя тоже не шиковали. Больше всего меня возмущала общая ванная, причем не было разделения на мужскую и женскую половину. Как только человек начинает обучение в Ордене, он перестает быть просто мужчиной или женщиной, он становится магом. Поэтому среди магов не было места обычным людским чувствам вроде смущения, а на общественную мораль и нормы поведения они смотрели свысока. Помню, как после первого прыжка из Башни в город мы с Аэлмаром сидели в библиотеке и посмеивались над жалкими людишками, всеми этими джентльменами и леди. Джер тогда остался на постой в одном из борделей, что также послужило темой для шуток. Соха — дородная заведующая читальней — постоянно цыкала и даже грозилась подпалить нам задницы, если не прекратим шуметь. Тогда я была счастлива. Казалось, весь мир лежит у моих ног, а рядом всегда были надежные друзья. Не знаю, в какой именно момент жизнь так круто изменилась. Возможно, когда я попала в совет Ордена, а может, все было не так с самого начала. Людям ведь надо во что-то верить, даже магам.

Я вспоминала об этом, глядя вторым зрением, как небо пронизывают энергетические потоки, стягивают тучи к высоким вершинам и закручивают их в темные спирали. Такого явления в природе нет. По ту сторону хребтов Эйдирсгул над каменистым обрывом стояла Первая Башня. Туда определяли самых способных адептов для обучения левитации. Сказать, что было страшно, — не сказать ничего. В свой первый полет в бурю я почти не могла дышать от волнения. Не справишься — разобьешься о скалы. Для экзамена учителя создавали бурю особенно сильную. Обычно это было перед самым началом зимы, в конце ноября. Тогда я не смогла поймать восходящие потоки, чтобы подняться над скалистым выступом. Пришлось импровизировать и на лету корректировать направление ветра. Экзаменаторы — учителя и старшие адепты — поставили мне за этот нечестный маневр «отлично» с особой отметкой. Это было почетно и угрожающе одновременно, потому как с того момента ко мне начали присматриваться в совете.

— Все еще злобствуете? — прервал мои воспоминания Эйрик. Он вошел без стука. У меня научился.

— Нет. — На самом деле мне было не на что обижаться. Информатор — обычная практика для тайной службы. Я слабо представляла Ивара доносчиком по своей воле, так что, скорее всего, его принудили сблизиться со мной, когда заметили, сколько времени я провожу в библиотеке. Нет, злиться надо только на себя, что мне не пришло в голову задаться вопросом, с чего бы обычный библиотекарь не остерегается дружить с магессой из совета. Дура. Если бы я до сих пор работала на Орден, Ивара следовало бы убрать. Но сейчас мы вроде как на одной стороне. Может, посмеемся вместе над моей глупостью и будем делать вид, что по-прежнему приятели.

— Это разумно. Кстати, завтра я надеюсь застать Ивара в живых, — это был скрытый вопрос.