Герцог. Путь в неизвестность - Рустам Панченко

Хотя вопрос был задан спокойным и уважительным тоном, барона выдавали глаза. В них прыгали озорные бесенята, и это говорило о многом.

– Извините меня, но еще не успел заболеть той болезнью, которая имеет такие симптомы, – сокрушенно вздохнул, принимая правила игры.

– Мне приятно слышать об этом, Кевин. Извини за такое обращение, но в своей жизни часто сталкивался с молодыми людьми, которые болеют этой болезнью в очень тяжелой форме. Ко мне можешь обращаться просто, зови меня или Иен, или Ветеран.

Удивленно уставился на него.

– Да меня здесь все знают как Ветерана. И я уже привык к такому обращению. Между прочим, прозвище придумал твой отец.

– Хорошо… Иен, – выдавил из себя.

Этот человек изменился на глазах. Он как-то подобрел, что ли.

– Знаете, о чем я хотел поговорить с вами, Иен?

– О Миранде, – не задумываясь ни на минуту, ответил он.

– О ком? – не понял собеседника.

– А разве не о своей невесте ты хотел поговорить со мной? – удивился барон.

– Спасибо. Вы уже ответили на один вопрос, – поблагодарил его.

Иен удивленно поднял бровь.

– Да, как-то так вышло, что все о ней говорили как о моей невесте. Спросить имя у отца стеснялся. А у слуг спрашивать, наверное, было бы неправильно. Вы можете мне хотя бы вкратце описать ее?

– Запросто. Вот такой величины, – он поднял руку, где-то мне по грудь, – рыжее, мелкое, вредное, доставшее всех недоразумение.

Действительно, краткая и довольно емкая характеристика.

– Вы меня удивили, Иен, – хмыкнул на такое описание.

– Я прекрасно пойму тебя, Кевин, если ты мне сейчас скажешь, что еще молод, и когда мы договаривались с твоим отцом, тебя не спрашивали, поэтому ты не считаешь нужным выполнять эту договоренность…

Барон явно чего-то не договаривал. И притом не договаривал чего-то самого главного.

– А еще я должен подумать о том, что семья невесты очень бедна и не имеет больших земельных наделов…

– Ну, да… – протянул он, опуская голову и пряча глаза.

Приподнятое настроение начало улетучиваться прямо на глазах.

– Иен, скажите мне, почему вы побратались с моим отцом? – переключил его на другую тему.

– Много раз мы спасали друг другу жизни, – ответил он после некоторых раздумий. – Мы были должны друг другу по гробовую доску.

– А почему вы, невзирая на то, что я только что сказал, до сих пор верили, что брак состоится?

– Артуа всегда исполнял свои обещания! – практически закричал Иен. – Даже если ему это было невыгодно. Кроме того, – уже тише добавил он, – мы были больше чем побратимы. Мы были почти братьями.

– А почему вы считаете, что я столь неблагодарный подонок, что смогу пренебречь желанием моего отца?

Правда, до свадьбы еще дожить нужно. Лет десять, а может, и больше мне гарантированы.

Ему нечего было ответить на мои слова, и он опустил голову. Я его понимал. С точки зрения политической и экономической целесообразности брак с его дочерью мне ничего не давал, а в чем-то даже вредил.

– Иен, – начал говорить тихим и уверенным голосом, – я очень уважаю моего отца. Его желание заключить данный союз для меня – обязательное. Разве только вы сами откажетесь от этого брака. Сейчас я подтверждаю, что это соглашение остается в силе.

Зачем я это тогда сказал – не знаю. Но, вероятно, так было правильно. На глаза дворянина навернулись слезы. Наверное, он не ожидал такого поворота событий, тем более не ожидал такого благородства от мелкого выскочки богатого дома.

– Кевин, я пойму, если… – начал он заходить на новый круг.

– Иен! Я сказал! – забил последний, имеющийся в моем распоряжении аргумент.

– Спасибо, Кевин. Я думал, что мне придется собирать вещи и топать куда-то с Мирандой зарабатывать на кусок хлеба. Вы дали нам небольшую надежду. Мы с Мирой еще поборемся.

– Иен, проясните мне, пожалуйста, ситуацию, о которой вы говорите. Меня ведь до сих пор считали слишком молодым, чтобы посвящать во все, что происходит вокруг.

Тяжело вздохнув, он начал говорить:

– Вскоре после смерти твоей матери заболела моя жена. Я потратил все деньги, чтобы спасти ее. Лечение было очень, очень дорогим. Я заложил все свои земли… Да я бы душу продал, только она оказалась никому не нужной. Ничего не помогло. Она умерла… Мы с Мирой остались вдвоем. Так и живем.

Вот жук, а о подставе не сказал ни слова. К чему бы это?

– А что с залогом? Вы его погасили?

– У меня нет таких денег… – прошептал барон, – и вряд ли будут, – добавил еще тише.

– Почему вы не обратились к отцу за помощью? Он бы помог.

– Помог. Но я… Да не мог я тогда нагружать его еще и своими проблемами. А потом как-то… Да выкручусь…

– Понятно, – подытожил я. – И какая сумма нужна для погашения долга и возврата земель?

– Да не надо мне ничего от тебя, Кевин. Я не плакать пришел сюда, – начал он накручивать.

– Зато мне надо. Мне нужна жена, которая получила нормальное образование и воспитывалась в нормальных условиях. Мне нужно, чтобы она стала мне опорой в управлении домом и герцогством, а не забитой крестьянкой. Мне нужно, чтобы моего тестя уважали и с ним считались, а не относились, как… Я лучше промолчу. Итак, какая сумма должна быть уплачена по закладным и остальным долгам?

Я уставился, надеюсь, что сердито, на Иена. Не знаю, как это смотрелось со стороны, но он заговорил:

– Почти… Три тысячи…

Когда была названа сумма, я облегченно вздохнул. Иен уставился на меня и перепуганно добавил:

– По закладным две тысячи сто пять.

– Фу! Я уже перепугался. С этим помогу.

– Ты не понял. Это сумма в золотых! – почти выкрикнул Иен.

– Я так и подумал, – удивился его нервному поведению.

– Ты хоть понимаешь, насколько велика эта сумма? Ты еще ничего не заработал в своей жизни, а уже разбазариваешь деньги, – начался новый виток наездов.

– Да на днях заработал, – успокоил будущего тестя. – На помощь будущему родственнику хватит.

Ветеран уставился на меня удивленно и с недоверием.

– Можешь спросить Учителя. Он тоже там был. Когда нужны деньги?

– До конца действия закладных осталось три дня.

– Как и где их можно оплатить?

– В городе. В банке.

– Значит, завтра отправимся в город и решим данную проблему.

Нет! Все-таки здесь что-то вроде средневековья. А как еще можно объяснить, что такой шкет, как я, ведет себя не по-детски, а ему все подчиняются? Если бы читал об этом в книжке, сказал бы, что так выглядят рояли.