Песнь огня - Розария Мунда

ЛИ

Утром второго дня Реставрации Клевера я присутствовал на заседании первого Тайного совета Иксиона Грозового Бича как Защитник Каллиполиса вместо Атрея. По пути сюда я смыл его кровь с рук в туалете. Государственные служащие были повешены во внутренних двориках, через которые я проходил, все из Золотого сословия и большинство из них – низкого происхождения. Один из них, молодой горец с волосами цвета соломы по имени Деклан, однажды танцевал с Энни на празднике. В рассветном свете на его раздувшемся лице видны трупные пятна.

Либо он провалил тест на преданность новой власти, либо стал жертвой теста на преданность, который прошел кто-то другой. Но послание выглядело вполне очевидным: новый режим не нуждался в паразитах низкого происхождения, которые так высоко поднялись.

Я вошел в Зал Советов, чувствуя, как сжимается мой пустой желудок. Иксион встретил меня на пороге:

– Кузен! Рад, что ты смог прийти. Как прошел твой визит к Защитнику?

– Весьма назидательно.

– Я так и думал. – Иксион протянул руку женщине, стоявшей рядом с ним, ее вуаль была откинута назад, покрывая длинные волосы. – Позволь представить тебе Ее Божественное Высочество, Фрейду Бассилеон.

Знания придворного этикета, которые я приобрел к началу Революции, не были обширными, и за долгое время я многое позабыл. Когда я отвесил поклон, который, как я считал, был уместным при знакомстве, улыбка бассилеанской принцессы показалась мне более чем удивленной. Лицо молодой женщины, явившейся с целью превратить Каллиполис в вассальное государство, не выглядело властным – лицо в форме сердца, светло-каштановые волосы, заплетенные в длинную косу, и лучившиеся улыбкой глаза, однако в ее движениях и осанке сквозила уверенность человека, привыкшего к повиновению. Невозможно забыть, что своей улыбкой она управляла голиафаном и целой империей.

– Лео сюр Пэллор, – гортанно произнесла она на драконьем языке. – Тот, о ком мы так много слышали.

– Ваше Божественное Высочество! – Бассилеанская почтительность, резко контрастирующая с каллиполийской традицией поклонения давно умершим богам, раздражала. На губах Фрейды по-прежнему виднелась улыбка.

Иксион занял привычное место Атрея во главе стола, Фрейда устроилась по правую руку от него, и Иксион жестом пригласил меня сесть слева. Убранство комнаты мало изменилось, лишь знамя Реставрации с тремя драконами, кружащими вокруг черного клевера, сменило революционного дракона на высокой стене. Единственный огромный дракон-грозовик с серебряным гребнем примостился снаружи на балконной балюстраде Огненной Пасти: грозовик Иксиона, Нитер.

На моем запястье по-прежнему не было браслета, и я не мог призвать Пэллора.

Члены только что сформированного Тайного совета Иксиона начали входить в зал. Некоторые из них – определенно давние члены Ордена Черного Клевера, например, Ричард Тиндейл и Люциан Ортос. Однако я сильно удивился, когда увидел среди них тех, кто выглядел не столь воодушевленно: генерал Холмс в замешательстве оглядел символы новой власти на стене, прежде чем занять место; Миранда Хейн, министр пропаганды, с синяком на смуглом лице, прятала дрожащие руки в коленях; Дора Митрайдс, одна из главных представительниц знати Яникула, сделала Иксиону неловкий реверанс, хотя ее губы напряженно поджаты. Вэл Лазаре, предводитель Отверженных и дядя Мегары Роупер, тяжело опустился в кресло рядом с Дорой, которая, с отвращением взглянув на него, отодвинулась подальше.

Интересно, подумал я, им угрожали или подкупили? Или они просто уловили направление изменившегося ветра и выбрали новый курс?

Надеялись ли они, как и я, что еще можно что-то изменить в лучшую сторону, действуя изнутри?

Последним явился Пауэр сюр Итер, громко смеявшийся над тем, что ему только что сказал Эдмунд Грейхизер. Заметив меня, он вскинул бровь. В отличие от меня, ему разрешили оставить браслет, чтобы призывать своего дракона.

Когда все собрались, Иксион начал свою речь:

– Первый Защитник нездоров. В его отсутствие Лео и я будем руководить Каллиполисом: Лео как ваш временный Защитник, а я стану вашим новым Первым Наездником.

Холмс мгновенно среагировал на эти слова, выразив свое недоверие:

– Вы не наш…

Но тут же опомнился и залился краской. Однако было уже поздно. Губы Иксиона скривились:

– Напомните мне еще раз, каким должен был быть результат теста вашего сына? Железо или хотя бы Бронза? Люциан сказал мне, что вы были весьма удивлены вчера этой новостью. – Когда Холмс ничего не ответил, Иксион, сцепив пальцы, положил ладони на столе перед собой. – И да. Вы только что представили наш первый пункт повестки дня. Так называемая Первая Наездница Каллиполийского флота Антигона Фархоллсерф, которая, кажется… скрылась под покровом ночи.