Дети луны: лунария - Виктория Задорская

Когда голод берет верх над человеческим Я, часто память не записывает воспоминания. Она будто остается в стороне от всего процесса, чтобы потом не травмировать владельца совершенным. Пожалуй, на этот раз случилось нечто похожее. Я еще раз потеряла счет времени, забыв кто такая Лилит Портер. Была только волчица, которая куда-то бежала. То кого-то догоняла, то от кого-то убегала. У волчицы не было совести или стыда, она не чувствовала тревоги и глубинной грусти. Ее жизнь сокращалась до нескольких базовых ощущений, которые руководили всем поведением: есть, пить, испражняться, отдыхать, двигаться. На этом все. Другой жизни не существовало.

Но в этот процесс вмешались. Женщина, от которой веяло полынью и медом, звала к себе. Не знаю, что на меня нашло, но я послушалась и пришла. А потом уснула…

* * *

Проснулась, увидев знакомые стены и потолок. Этот дом я бы не спутала ни с каким другим. Этот особый аромат свежей выпечки. Это трещание дров в камине, эти широкие диваны и кухня соединенная с гостиной. Не думала, что когда-нибудь снова попаду сюда.

— Проснулась? — к медвежьей шкуре, на которой я лежала, подошла Шайла Октан.

Женщина не изменилась абсолютно, словно лицо замерло во времени и перестало стареть.

— Да, — кивнула, чувствуя неприятное гудение в висках. — А что собственно случилось?

Как ни напрягала память, но не могла вспомнить, как попала в дом Октанов. Вспоминала, как шла в школу, как сидела на уроке, как… Неожиданно сознание подбросило отрывки небольшой перепалки с Лидией. Господи… Я же превратилась. Ужасная догадка стрелой пробила сердце. Я могла… О, нет… Я же…

Видимо, мой ужас и вопрос настолько красноречиво были написаны на лице, что Шайла только грустно вздохнула и кивнула.

— К сожалению, дорогая. Но она тебя спровоцировала, поэтому не обвиняй себя сверх меры. Волки — создания опасные и провоцировать их это всегда плохая идея…

— Она… Она мертва?

— Нет, но девушка очень пострадала. Ноги пришлось ампутировать. Школьница в реанимации.

Неожиданно в голове возникло несколько жутких и страшных воспоминаний. Как зубами вгрызалась в ноги, как на парты брызгала кровь, будто из фонтана, как в ушах раздавался пронзительный визг и проклятия… Как потом я выпрыгнула через окно, проламывая его своим телом и помчалась в лес… Ох, какая трагедия. Я хоть Лидию не убила, но изуродовала так, чтобы лучше бы бедная умерла, а не мучилась всю жизнь в инвалидной коляске.

— Пока не начала себя корить, хочу подчеркнуть, что ты вовремя спохватилась и таки сдержала себя. А это большая редкость, поскольку дикая волчица полностью захватила твое сознание на тот момент.

Заклинательница пыталась успокоить меня в этой кошмарной ситуации, но получалось у нее плохо. Я практически отгрызла девушке ноги, поэтому как можно не корить себя! И хотя Лидия сучка и стерва, но даже худший человек на этой планете не заслуживал подобную судьбу в столь юном возрасте.

Боль и ненависть к тому, кем я стала затопили сердце. Хотелось вырвать себе все волосы. Хотелось побежать к обрыву чтобы скинуться с него. Утопиться, лишив мир от одной гигантской проблемы.

— Не забудь отдать ей браслет, — услышала с дивана голос Люпина.

Шайла, будто проснувшись ото сна, сразу потопала на кухню и открыв ящик, вытащила оттуда мамин браслет. Маленькие цветочки лунарии приветливо зазвенели в руке женщины и блеснули оранжевым оттенком, отразив свет от костра.

— Держи и береги его, дорогая, — женщина положила его рядом со мной и загадочно улыбнулась.

Казалось ее совсем не беспокоило, что я сделала. Будто она была свидетелем сотен и тысяч подобных случаев.

— Для чего он мне? — горько улыбнулась. — Глупая безделушка.

— Не говори так, — возразил Люпин. — Эта игрушка уже дважды тебе спасла жизнь.

— Что? Вы что имеете в виду?

Минуту супруги молчали, переглядываясь между собой, а затем Шайла присела рядом и грустно вздохнула.

— Ой, милая. Это длинная история, но у нас есть время тебе ее рассказать.