Принц и Виски - Варя Медная

– Инспектора из столицы? – похолодела я.

– Успокойся, он ничего не найдёт. Маньяка-то на самом деле нет.

– Есть, – помрачнела я. – Этот маньяк – я. И да, он ничего не найдёт, потому что к тому времени вместо города останется чёрная дыра на карте.

– Тем больше причин найти побрякушку и успокоить Неспящего Красавца, – хлопнула она меня по плечу и задумалась. – Что же это за Кольцо такое, умираю от любопытства… Слушай, а вдруг обручальное? Прикинь: Варлог, весь из себя такой благородный принц, собирался жениться на какой-нибудь бедной простушке, но их семьи были против. – Нетта увлеклась, глаза заблестели. – Влюблённые сбежали из дома, преследуемые её братьями-головорезами, еле-еле нашли священника, который согласился их повенчать, фата невесты уже шевельнулась от «согласна», и тут бах! Заклятие, все дела, шестьсот лет в разлуке, и теперь он просто хочет докончить начатое. В одной статье про призраков говорилось, что их держат на земле неразрешённые проблемы. Тогда это даже романтично!

– Варлог не призрак, – отрезала я. – И его приказ звучал не как «Принеси мне кольцо, чтобы я сделал предложение своей девушке», а «Достань Кольцо, дабы я захватил власть над всем миром!». И из того, что я узнала о нём и его предках от Охотника, романтикой тут и не пахнет. Да-да, не смотри на меня так, признаюсь, поцелуи принца плавят мозг почище задачек по математике, а с такой внешностью его порвали бы рекламщики нижнего белья, но нельзя забывать, что он враг. Отсюда возвращаемся к Касинелю. Как его представить местному обществу? Может, ему закосить под туриста? Есть другие идеи?

Нетта посмотрела на Охотника, всё ещё болтавшего о чём-то с Чезаре, прищурилась и предвкушающе ухмыльнулась:

– Вообще-то есть. И гораздо лучше.

* * *

– Лунетта, ты по-прежнему убеждена, что это хорошая идея? – Касинель посмотрел вниз, на свои голые ноги, и крепче вцепился в мою куртку, вновь обёрнутую вокруг его бёдер.

Утро встретило нас на дороге за воротами Мистиктауна. Подруге плохо удалось придать лицу сочувствующее и добродетельное выражение.

– Да! – с нескрываемым наслаждением провозгласила она и жестом фокусника сдёрнула куртку.

Чезаре поскорее оттеснил её, закрыв от нас обнажённого Охотника, и протянул ему удостоверение, для которого пожертвовал кожаную обложку от своих водительских прав.

– Главное, действуй, как договорились, а во всех сложных ситуациях ссылайся на посттравматический синдром.

Касинель помял в руках документ и кивнул ему, глядя при этом на меня.

– Мы будем рядом, – пообещала я, прижимая к груди его одежду. – Встретим сразу, как пройдёшь через ворота.

План Нетты был прост до гениальности – выдать Касинеля за того самого инспектора, чьё появление ожидалось только в конце недели. Сперва бурные споры вызвала та часть нашей легенды, где на него близ Мистиктауна напали грабители и отобрали машину, одежду и все документы, кроме удостоверения, которое ему удалось спрятать. Где – не уточняется. С такой же долей правдоподобия можно было заявить, что его похитили инопланетяне или королева. Но под конец мы сошлись на том, что орудующий в округе маньяк подготовил почву для подобных невероятных событий. Разработанная версия разом решала проблему личности Касинеля и развязывала нам руки в расследовании, ведь перед слугой закона открываются двери, закрытые для простого туриста.

Проблему с удостоверением помог уладить Чезаре посредством ноутбука, цветного принтера, бумаги теслин^[3] и плёнки для ламинирования из мастерской Лоцмана вкупе с теорией шести рукопожатий^[4], соединившей его с хакером из графства Хартфордшир. Компьютерщику понадобилось ровно семьдесят восемь секунд, чтобы проникнуть в базу сотрудников столичного управления по особым делам, скачать и переслать нам образец документа и внести небольшую путаницу в ждущий подписания приказ о назначении в Мистиктаун инспектора. В завершение миссии он заказал морковные пончики с корицей всем работникам управления в качестве премии от шефа и одобрил коллективную петицию об установке кофейного аппарата, на который вот уже пять лет не могли выделить деньги. Чезаре, в свою очередь, обещал собрать для него перчатку, как у Дарта Вейдера, и на этом наше сотрудничество успешно завершилось.

Последние наставления для Касинеля отзвучали, и мы с друзьями поспешили проникнуть в город другим путём и спрятаться в проулке, откуда открывался хороший обзор на сторожку господина Капелюша. В ней сейчас мерцал голубоватый телевизионный свет: привратник смотрел утренние новости. Вот уже более тридцати лет он приходил на свой пост не позже восьми утра, но ворота открывал ровно в девять.

Чезаре сверился с башенными часами, приложил ладони ко рту и крикнул кречетом. Почти тотчас ворота сотряс удар, от которого что-то внутри сторожки брякнулось, разбилось и мяукнуло.

Я на миг прикрыла глаза. Не так, отнюдь не так должна стучать в ворота испуганная жертва дерзкого дорожного ограбления.

Дверь будки распахнулась, и выбежавший господин Капелюш приник к смотровому окошку. Отшатнулся, снова приник, промокнул лысину платком в красно-синюю клетку, задал новоприбывшему вопрос высоким от напряжения голосом, получил ответ, опять протёр лысину, поправил бордовый галстук-бабочку и потянул за верёвку, запуская механизм.

Ворота начали величественно растворяться, щель ширилась, впуская яркий поток утреннего света, на фоне которого проступил силуэт высокого мускулистого мужчины с развевающимися волосами.

* * *

Была у Друзилы Гримсен такая традиция: в первую среду каждого месяца она приходила к самому открытию в салон «Кудряшки», где они с Пикси делали стрижку, покраску и укладку. Пикси не возражала против экспериментов со своей шевелюрой, а вот сама Друзила уже много лет придерживалась идеального для коротких волос «сессона», который вполне устраивал её своей функциональностью и при этом смотрелся весьма эффектно.

Вот и сейчас она осталась довольна результатом, внимательно оглядев себя в ростовое зеркало с лампочками по бокам, как у театральных див (сходству способствовало накинутое на угол боа из розовых перьев).

– Вы сегодня просто конфетка, дорогуша, – озвучила её мысли привалившаяся к косяку хозяйка заведения, крупная блондинка в леопардовой кофточке и с голографическими тенями на веках, и глубоко затянулась сигаретой.

Друзила послала своему отражению лёгкую улыбку и взбила ладонью волосы:

– Сколько мы с Пикси тебе должны, Бэла?

Второй традицией было пройтись мимо сторожки и поздороваться с господином Капелюшем, поэтому, покинув салон, Друзила направилась прямиком к воротам, по пути размышляя о насущном. В последнее время ей отчаянно не хватало Цели. Да, у неё имелись обязательства в Совете, плюс приходилось заботиться о Пикси, ещё и эта суматоха с принцем требовала принятия решительных мер, но времени всё равно оставалось предостаточно. Таланты и энергия простаивали, что угнетало её деятельную кипучую натуру.