Ведьмин дар - Кирилл Кащеев

– Зачем же вы позволили привезти ту умирающую ведьму на остров? – спросила ошеломленная Ирка. – Зачем решали, кому из ваших ро?бленных достанется дар?

– Я ничего не решала! Я просто тянула время! Старуха-ро?жденная должна была унести свой дар в могилу! Но не могла же я прямо сказать своим девочкам, что не позволю ни одной из них принять его! А если б они от разочарования забыли обо всем и на меня кинулись?

– Ото страх! – тряся необъятным животом, расхохоталась Стелла. – Разве ж ро?бленные можуть против хозяйки пойти? На тэбе з твоею ж силою? Им же, дурехам, хуже! На веки вечные видьмами быть перестанут и все, что с твоей силой набрано, одразу ж воротят!

– Чудесно! И я останусь одна, без ро?бленных! Ты бы того и хотела! Я своих девочек годами собирала: умных, хватких, дочек влиятельных родителей… Я на них силу тратила!

Брызгая слюной, ведьмы орали друг на друга, и Ирка почувствовала, что наваждение прошло. Никакой здесь не сталинский трибунал, самые обыкновенные скандальные тетки и продажный мент. Что он против ведьмы? Подтолкнув Таньку, Ирка принялась медленно отступать к дверям.

Одним стремительным движением майор вдруг выхватил тяжелый десантный нож. Танька в ужасе вскрикнула… Нож с размаху вонзился в столешницу, а майор, с неожиданной для его немалого веса легкостью, перекувыркнулся через стол. Тяжелое тело пролетело у Ирки над головой. Отрезая девчонок от двери, огромный, с теленка ростом волк приземлился на все четыре лапы.

Зверюга глухо рыкнула, обнажая в оскале невероятные клыки, потом тело дрогнуло, потекло… Ирке показалось, что она слышит скрип трансформирующихся костей… И вот уже возле двери, небрежно прислонившись к косяку, стоял крупный немолодой милиционер.

– Знаешь, сестренка, в чем беда всех ведьм? – спросил майор у Ирки. И сам ответил: – Ведьма кого хочешь со свету сживет, но ей причиндалы ведьмовские да время потребны… А нашему брату доли секунды хватит – челюсти сомкнуть. – И он зловеще ухмыльнулся.

– Ты, вовкулака, хвост не задирай, без зубов останешься! – оборвала его Стелла и тут же сладенько улыбнулась девчонкам: – Куда ж вы, девоньки, заторопились? Хватит вже и того, що от мертвяков пишлы!

– Значит, это вы мертвяков подняли! – Ирка начинала понимать. – Чтоб они Таньку вместе с даром закопали!

Оксана Тарасовна пожала плечами:

– Потихоньку, полегоньку, но я бы обманула своих глупых девчонок! Но тут явились вы, и твоя подружка умудрилась перехватить старухин дар! И что вас принесло?

– Да мы и не знали бы про ваш шабаш, если б вы приглашение не прислали! – в отчаянии огрызнулась Ирка.

– Мы не присылали! – в один голос ответили ведьмы.

– Мы теж не знали, що в городе ще одна ро?жденная есть! – добавила Стелла. – Як на мэне, так и Оксанка вже лишняя!

Оксана Тарасовна одарила Стеллу презрительным взглядом – похоже, она считала, что лишняя тут как раз сама Стелла, – и снова повернулась к девчонкам.

– Не знаю, кто прислал вам приглашение, девочки, но он оказал вам плохую услугу, – тихо сказала она. – Мне жаль. Если бы ты попросилась ко мне в ро?бленные, я бы тебя взяла. Но позволить тебе стать равной, стать как мы – не-ет! – Оксана помотала пальцем у Таньки под носом. Перевела взгляд на Ирку. – А ты… Мы не стали бы связываться с настоящей ро?жденной – себе дороже может выйти. Но ты кинулась спасать свою подругу – и сейчас ты в наших руках. Беспомощная, беззащитная. Глупо не воспользоваться случаем. В этом городе и так слишком много ведьм. Эй, сюда! – возвысив голос, позвала Оксана Тарасовна.

Дверь кабинета распахнулась. Низко пригибаясь, внутрь протиснулась четверка высоченных широкоплечих парней. Несмотря на летнюю жару, все они были в куртках с закрывающими лица капюшонами.

– Кути-кути-кути, – вдруг заворковала Оксана Тарасовна, ласково присвистывая и прищелкивая пальцами. – Косточки, сладкие косточки…

Из-под капюшонов послышалось глухое ворчание, прорезиненная ткань соскользнула с голов… Девчонки дружно заорали, и даже майор тихо, грозно зарычал, а волосы у него на затылке встали дыбом…

Вместо лиц под капюшонами прятались собачьи морды! Черные, жадно принюхивающиеся носы, оскаленные клыки, уши торчком – и единственный глаз посреди лба!

– Песиголовцы! – в ужасе прошептала Танька. – Они людоеды! Людей орехами откармливают и жрут!

– Уникальные экземпляры! – с гордостью подтвердила Оксана Тарасовна. – Последние в своем роде! Хоть в Красную книгу заноси!

– Опять! То ярчуками меня травили, теперь песиголовцами! Кого точно никогда не заведу – так это собаку! – простонала Ирка.

– Таки ж не заведешь! – злорадно подтвердила Стелла. – Фас, песики! Жрите от пуза!

– А ну стоять! – неожиданно рыкнул майор, демонстрируя изготовившимся к прыжку чудищам волчьи клыки.

– Ты рехнулся, волк? – злобно взвизгнула Оксана. – Спорить с нами вздумал?

– Это ты рехнулась! – прорычал майор и уже другим, примирительным тоном добавил: – Если б я вас, ведьм, во всем слушался, до сих пор бы в камышах спал и телят резал. Нюхом чую, мои парни возвращаются. – Майор кивнул в сторону окна. – А у меня в отделении песиголовцы детей жрут? – Он пожал плечами. – Мне с ведьмами ссориться резона нет, только давай уж все по уму. Пока пусть девчонки в камере посидят. К ночи вы машину подгоните – и делайте что хотите!

Ведьмы злобно зыркали на майора болотно-зелеными глазищами, но с нижнего этажа уже и впрямь слышались громкие мужские голоса. Схватка песиголовцев с ОМОНом явно не входила в их планы. Ведьмы неохотно кивнули:

– Учти, приедем сразу, как стемнеет. У песиков уже слюнки текут!

Ирка с ужасом поняла, что это правда – струйки голодной слюны сочились из собачьих пастей.

Следом за майором песиголовцы поволокли к камерам обессилевших от ужаса подруг. Втолкнули внутрь. Слабенькая, забранная решеткой лампочка освещала пустую камеру: умывальник, двухэтажные нары в углу. Тяжелая дверь лязгнула, закрываясь.

Танька в отчаянии кинулась к двери и тут же отскочила.

– Тут что-то есть. – Она опасливо ткнула пальцем в замок.

– Уже чувствуешь? – равнодушно усмехнулась Ирка. – Ведьмы заговор наложили. Чтоб мы не выбрались.

– Переломить сможешь? – деловито поинтересовалась Танька.

– Чем, головой? – заорала Ирка. – Заговор двойной, а у меня ни трав, ничего! – Она в отчаянии рухнула на покрытую старым матрасом койку.

Танька присела рядом.

– Это я виновата, – прошептала она. – Если бы я не заставила тебя взять меня на шабаш…

Ирка повела плечом. Какая разница, кто виноват, все равно теперь они обе погибнут. Глупо и мерзко, в желудках последних песиголовцев. И никакого выхода! Просто обезуметь можно! Ирка саданула кулаком в стенку.

– Стучат! – сообщила Танька.