Черные клинки. Небесная сталь - Евгений Перов

Ястреб

Кассандра не хотела просыпаться. Дневной зной давно ворвался в квартиру через распахнутое настежь окно, но она никак не могла заставить себя открыть глаза. Голова болела так, словно, пока она спала, кто-то вбил туда пару десятков раскаленных гвоздей. Мысли путались. Кассандра пыталась сообразить, что было ночным кошмаром, а что случилось на самом деле.

С робкой надеждой она взглянула на другую половину кровати. Рука сжала лишь складку простыни. К горлу подкатил противный комок, а вместе с ним и осознание реальности произошедшего накануне. Кассандра почувствовала, что сейчас расплачется. Она не плакала с той ночи, когда умер отец, уже сколько?.. Семь лет? Восемь? Она была старше Вайи на целых два года и всегда чувствовала ответственность за нее после того, как они осиротели. Кассандра просто не имела права проявлять слабость. Но теперь… Воздуха не хватало. Она резко села, глубоко вдохнув, и тут же застонала от усилившейся головной боли.

Собравшись с духом, встала босыми ногами на потертый деревянный пол и направилась к умывальнику. Пройдя меньше половины пути, упала на четвереньки, и ее вырвало тем немногим, что находилось в желудке. Организм отреагировал на столь радикальный способ очистки неожиданным приливом бодрости. Кассандра смогла легко проделать остаток пути.

Приведя себя в порядок и немного прибравшись, решила пройтись по городу. Находиться одной в пустой квартире было невыносимо. Воображение постоянно рисовало ужасающие картины истязаний, чинимых над Вайей.

Перекусив свежей булкой из пекарни на углу (в этот раз заплатив старому пекарю) и запив чашкой крепкого кофе, Кассандра отправилась по местам обитания Осы. Девочки нигде не было. Один из знавших ее беспризорников сказал, что она ушла из ночлежки еще затемно и с тех пор не возвращалась.

Не зная, чем занять себя, Кассандра направилась в район Храма. Она по-прежнему не собиралась думать над заказом евнуха всерьез, но решила, что не повредит немного изучить «объект». На всякий случай.

Выбравшись из трущоб Тиберима, Кассандра перешла по мосту через канал и оказалась на широком проспекте, ведущем к Центральному парку.

Неспешно прошла мимо увитых плющом стен Университета. Благопристойного вида юноши и девушки в длинных мантиях входили и выходили через решетчатые ворота во внутренний двор с зеленым газоном и рядами чудных кустов. Она сама была едва ли старше, чем эти студенты. Дураки! Тратят молодость, чтобы изучать никому не нужные письмена, начертанные сотни лет назад. А потом становятся напыщенными чинушами, занимают важные посты в правительстве и изо всех сил пытаются сделать жизнь простых людей еще тяжелее. Кассандра бросила еще один презрительный взгляд на юных светочей империи – и пошла дальше.

Вскоре показалась зловещая громада здания Корпуса дознавателей. Почти угольно-черное, ни одного окошка ниже четвертого этажа, с накрепко запертой массивной дверью, обитой железными гвоздями. По спине побежали мурашки, и Кассандра поежилась, несмотря на жару. Немало ее знакомых закончили свой земной путь в недрах этого пугающего сооружения. Она ускорила шаг.

Через несколько кварталов серых и ничем не приметных домов проспект пересекал площадь Ста фонтанов. Кассандра, как и другие прохожие, невольно залюбовалась танцем струек воды, с разной скоростью выпрыгивающих прямо из мостовой и уходящих обратно под землю по невидимым желобам. Все вместе складывалось в удивительную картину, прекрасную в своей хаотичности. Будучи детьми, они с Вайей частенько прибегали сюда летом, чтобы хоть как-то охладиться в жаркие дни.

Кассандра подержала под прохладной струйкой ладонь, затем смочила вспотевшие лоб и шею.

– Прочь с дороги, простолюдины! – раздался громкий крик.

Кассандра едва успела отпрыгнуть в сторону, как на место, где она только что стояла, со стуком опустились лошадиные копыта. Всадник был не один. Целых четыре наездника в украшенной перьями и золотом парадной форме освобождали путь для самой большой кареты, которую Кассандра когда-либо видела. Огромные, отделанные бронзой колеса высотой с человека, неспешно тарахтели по мостовой. Сам экипаж, в котором могла бы поместиться пара дюжин взрослых людей, стоящих во весь рост, был сделан из полированного темно-бурого дерева. Окна необычной повозки закрывали наглухо задернутые бордовые бархатные шторки.

– Император… император едет, – понесся шепот по толпе.

Люди тут же склонили головы, некоторые даже упали ниц перед процессией монарха.

– Старый ублюдок!.. – прошептала Кассандра себе под нос. – Из всех напыщенных кретинов ты – хуже всех.

Тем не менее она тоже поклонилась, хотя и не слишком глубоко.

Когда кортеж проехал, толпа вновь заполонила площадь, и Кассандре пришлось протискиваться сквозь пеструю людскую реку. Ей даже попалась пара бородатых гномов, растерянно крутящих головами и безуспешно пытающихся разглядеть фонтаны из-за спин более рослых людей.

Наконец она миновала популярное место и, выбравшись на открытое пространство, смогла спокойно вдохнуть грязный столичный воздух полной грудью. Вытерла пот со лба и купила у уличного торговца стакан воды. Вода оказалась теплой, но жажда была невыносима.

– Спасибо, – буркнула она торговцу, вернула стакан и продолжила путь.

Она начинала жалеть, что решила идти до Храма пешком: предстояло пройти еще больше половины расстояния, а одежда уже промокла насквозь, да еще и голова снова разболелась. К счастью, впереди замаячили зеленые кроны деревьев Центрального парка.

Кассандра присела передохнуть на скамейке возле озера, в тени раскидистой ивы. Неподалеку расположилась для пикника образцовая ангардийская семья: мужчина с пышными бакенбардами и военной выправкой, слегка полноватая румяная дама, а вокруг них вихрем носились двое мальчишек, которые схватили тряпичную куклу своей сестры и теперь бросали игрушку друг другу, заставляя девочку преследовать то одного, то другого.

Мысли Кассандры тут же вернулись к Осе. Вновь тревога закралась в сердце. Снова она почувствовала болезненный укол совести за то, что впутала ребенка в эту историю…

Девочка, по-видимому, устала от безуспешных попыток вернуть куклу, уселась на траву и начала плакать. Отец семейства прикрикнул на мальчишек, и тот, что повыше, вернул игрушку.

«Все будет в порядке», – успокоила себя Кассандра.

Солнце миновало зенит, когда из-за поворота выглянул сияющий купол.

Протиснувшись сквозь толпу спешащих по своим делам жителей Столицы и рассеянно вертящих головами туристов – зачем только эти идиоты прутся сюда со всей Ангардии?! – Кассандра вышла на мост с ажурными позолоченными перилами, ведущий к Храмовой площади.