Первая исповедница - Терри Гудкайнд

– Но как такие люди могли восстать на нас? Как именно человечество страдает от тирании магии? Добрые духи! Мы говорим о волшебниках, умеющих применять магию. Они не были тиранами.

Если вся команда Храма, сотни людей, работала на врага – это невообразимый ужас. Никто, даже Барах, не подозревал такого. А поскольку никто не подозревал – как по-вашему, действительно ли Лотейну удалось поймать и казнить всех предателей, до последнего?

– Сложно представить столь разветвленный заговор здесь, в Цитадели, тем более среди таких доверенных людей. Но я уверен, что Лотейн добился от этих людей признания, прежде чем казнить их, и вычислил прочих.

– Вы сказали, что трое ваших людей умерли здесь таинственной смертью, – напомнила она.

– Это так, – ответил Лорд Рал.

– Барах оставил мне записку. Свое последнее обращение. Он написал мне, что моя судьба здесь. И попросил меня быть мужественной и найти истину.

– Истину? Какую истину?

Магда печально вздохнула.

– Не знаю.

– Почему вы решили, что записка на самом деле важна? Может, Барах, зная ваш нрав, просто хотел дать вам знать, что вы в его сердце.

– В записке он указал, что мне следует защищать свой разум.

Лорд Рал сбавил шаг.

– Защищать разум? То есть от сноходцев?

Магда бросила на него косой взгляд.

– Вы сами сказали.

Когда он повернулся и посмотрел на нее, прядь его длинных светлых волос упала на плечо.

– Так вы думаете, он хотел, чтобы вы остались здесь?

– Да. Он написал, что моя судьба здесь. Барах был боевым чародеем. Наделенным даром пророчества. Думаю, он знал, что надвигается беда, и хотел, чтобы я выяснила, какая именно.

Пока они проходили мимо мраморных колонн, поддерживающих сводчатый потолок, расписанный сценами великих событий, Лорд Рал обдумывал это.

– Но Барах был боевым чародеем. А вы… э… вы – нет. Что можете вы, чего не мог он?

– Попробуйте угадать, сколько раз я пыталась найти ответ на этот вопрос.

Лорд Рал буркнул что-то в том смысле, что понимает ее положение.

– Выходит, вы знать не знаете, что следует искать? – спросил он.

– Я полагаю, что должна искать истину.

– Но какую?

– Может быть, истинные причины, почему Барах покончил с собой.

Лорд Рал на время задумался. Затем жестом выразил разочарование.

– Возможно, впечатления опасного путешествия в мир мертвых потрясли его до глубины души и он утратил всякую надежду.

Магда снова окинула его взглядом.

– Никто из команды Храма не покончил с собой после возвращения. Никто не казался потрясенным. А Барах был сильнее любого из них.

Лорд Рал, сложив руки за спиной, шагал за ней следом и размышлял.

– Барах никогда ничего не делал без веской причины, – наконец произнес он.

– Именно. Думаю, он преднамеренно убил себя. Для него это, вероятно, был единственный способ осуществить нечто чрезвычайно важное. Барах, по-видимому, расстался с жизнью по обдуманной, веской причине. Мне нужно выяснить, какова эта причина. Думаю, он хотел, чтобы я искала ответ на этот вопрос.

Мне нужно остаться и выяснить правду, что бы ни творилось вокруг. Похоже, я единственная, кого волнует, почему он покончил с собой. Возможно даже, я единственная, кто способен найти ответ. Как бы то ни было, Барах, похоже, верил, что я сумею. По сути, своей последней просьбой он возложил на меня на эту задачу. Он велел мне жить так, как могу только я.

Когда они вступили в длинную галерею, Лорд Рал скользнул взглядом по красным знаменам, висящим над ними.

– С чего вы начнете?

– Пока не знаю.

Некоторое время он молча шел по темно-красному ковру с вытканными названиями сражений, затем наконец поднял взгляд и улыбнулся. Улыбка была не радостная, а скорее грустная и мрачная.

– Понимаю. Этим людям повезло, что вы сражаетесь за них. Но вам следует знать кое-что. Вы здесь не единственная, кто защищен от сноходцев.

Магда хмуро взглянула на него. Они проходили между огромных черных колонн.

– О чем вы? Совет отверг вашу помощь.

Он заложил руки за спину и, прежде чем ответить, подождал, пока они окажутся за пределами слышимости других людей.

– Я предвидел такую возможность, поэтому по прибытии сюда в первую очередь отправился к тем, кто защищает нас, – к военачальникам и волшебникам, – и описал им обстановку. Военные очень хорошо понимают угрозу и знают цену действенной защите.

– Вы коварный человек, Лорд Рал.

Он ухмыльнулся, довольный собой.

– Я не настолько глуп, чтобы отдать всех нас в руки Совета. Поэтому сначала я обратился к некоторым могущественным людям здесь, в Цитадели.

– И они поклялись вам в верности?

– Не все. Но некоторые осознали истинный масштаб опасности и произнесли слова посвящения, как вы. – Он тихонько хихикнул. – Хотя никому из них не пришлось для этого истекать кровью.

Магда смущенно улыбнулась.

– Барах иногда называл меня упрямой.

– С нами войсковые командиры Рендалл и Морган, – сказал он. – Им подчиняются войска в Эйдиндриле и его окрестностях. А также Грандвол, он командует внутренней гвардией.

Магда одобрительно кивнула.

– Я знаю их. Хорошие люди. А что насчет волшебников?

– Поскольку речь идет о магии, они пытаются понять истинные масштабы угрозы и, следовательно, мудрость такого решения. Некоторые не приняли моего предложения, но многие приняли. А значит, у нас немало союзников, способных продолжать свою работу не опасаясь, что сноходцы уничтожат их труды.

Магда вздохнула.

– Тем не менее, не все согласились принять вашу защиту. Возможно, мне удастся убедить их.

Когда они подошли к мускулистым телохранителям, ожидавшим Альрика Рала в конце галереи, он повернулся к ней.

– Мне нужно заняться делами. Здесь я сделал все, что мог, теперь иные вопросы настоятельно требуют моего внимания.

Магда посмотрела в его голубые глаза.

– Прежде чем вы уйдете, скажите кое-что.

– Если смогу.

– Совет и Обвинитель правы? Вы рветесь к власти? Именно о власти вы на самом деле печетесь и ею руководствуетесь в действиях? Ради власти вы создали защиту, действующую именно таким образом, чтобы люди поклялись вам в верности? Скажите мне правду.

Он зацепил большие пальцы за пояс с оружием и некоторое время пристально смотрел Магде в глаза. Его решимость не дрогнула.