Грешники. Книга 1. Корпорация «Кольцо» - Александр Чубарьян

— Ну что, Толян? Думаю, ты уже догадался, что мир, в котором ты сейчас находишься, искусственный, и находится вне земного времени и пространства. Проект, созданный корпорацией «Кольцо». Секретный проект. Матричное копирование нейронной сетки, с брейн-программированием и последующим трансфером сюда, на войну. В общем, мы с тобой, как и все остальные, участвуем в эксперименте. Живем по военным законам, установленным хранителями проекта. И поступаем соответственно. Но в отличие от остальных, нам удалось сохранить свою память. А значит, у нас есть шанс не только обрести свободу, но и получить кое-что гораздо более ценное, чем горсть изумрудов или трешка на Большой Дмитровке. Хе-хе… Толян, Толян. Знаю, поначалу тебе трудно пришлось. Адаптироваться в новом мире, не зная правил, без защиты новичка, с вечно что-то недоговаривающим командиром… но это все в прошлом. Пришло время получать приз. Ты уже наверняка экспериментировал с линзами и знаешь, что они могут влиять на переменные пространства и времени. Хроноспазм, телепортация, вот это вот все. Админресурс. Часть функционала доступна всем, часть избранным, а часть — никому. Тебе, Толян, надо стать той частью, которой будут доступны все возможности линз. И тогда… тебе не понадобится армия, города, долины. Все и так будет твоим. Все, начиная от гремучей змеи в пустыне, и заканчивая городами админов, называющих себя хранителями. Подними челюсть с пола, Толян. И налей что-нибудь выпить, прежде чем я перейду к самому главному. Что-то я разболтался, но… Толян, ты не поверишь, после стольких лет одиночества мне ужасно хочется поговорить с тобой. Даже если я не смогу тебя услышать. Так вот. Насчет линз. Мне удалось объединить три линзы в одну уникальную, но я не успел провести достаточно экспериментов, чтобы разобраться с ее функционалом. Линза находится там, где любой будет сожран. Любой, кроме тебя. Лагерь безумцев, Толян. Линза, позволяющая через хроноспазм зацикливать время и делать все, что угодно, находится в лагере безумцев. А теперь слушай внимательно, и ничего не говори вслух. Тссс... Широта — это номер квартиры, в которой живет Тоня. Тихо. Молчи. Долгота — это цифры, написанные на мусоропроводе на твоем этаже. Не произноси координаты вслух, не говори никому. Помни, что здесь нет друзей, а есть только враги. И они пойдут на все, чтобы остановить тебя. Так что сделай это, Толян. Возьми мир под свой контроль. А теперь прощай, и до новых встреч. Ах, да! Гумилев! Надеюсь, ты тут. Если ты поможешь нашему общему другу достичь своей цели, он выполнит мое обещание. Пока-пока.

Паша помахал на прощание, экран плазменной панели погас, и в командном центре наступила тишина. Тягучая и глубокая, как дым сальвии в декоративных горшках-курильнях.

Я перевел взгляд на Гумилева, тот поспешил ответить прежде, чем прозвучал вопрос:

— Простите, Великий Магистр. Я не должен был показывать эту запись до тех пор, пока у вас не будет самой сильной армии. За это Павел Дуров обещал вернуть память. О моей прошлой жизни.

— Он не Павел Дуров! — рассерженно бросил я. — Это Паша, мой друг! Паша… — Тут я запнулся, пытаясь вспомнить его фамилию. — Он… короче, у него другая фамилия. Где он сейчас?

— Я не знаю, — пожал Гумилев плечами. — Он ушел незадолго до того, как вы здесь появились. Предупредил о вашем появлении, и велел включить вам эту запись, когда у вас будет самая сильная армия в мире. Еще… еще он просил сдерживать вас от контактов с соседями.

— Почему?

— Он сказал, что предают только друзья, поэтому лучше, если вы будете действовать в одиночку, — ответил Гумилев. — После этого он ушел.

— Куда? — спросил я.

— Он не любил рассказывать, чем он занимается за пределами города.

У Гумилева был несколько виноватый вид. А еще он хотел, чтобы я вернул ему память, или хотя бы рассказал, что для этого надо сделать. Но я понятия не имел, как ему помочь.

Я почувствовал дикое желание разбавить сознание чем-нибудь растормаживающим. Какой-нибудь дикий коктейль, чтобы привести мысли в порядок.

— Запрос на дипломатический визит от Егора Егоровича, — внезапно сообщил механический голос.

— Отклонить, — бросил я автоматически, и только в следующую секунду до меня дошло, что на связь вышел тот самый неуловимый хранитель. Тем не менее, я повторил. — Отклонить. Ответь, что я свяжусь с ним позже. Приготовить мотоцикл.

Я собирался ехать в лагерь безумцев, где Паша оставил чудо-линзу. Но перед этим решил задать пару вопросов Гумилеву: