Фактор агрессии - Василий Орехов

Рихтер покачал головой. Юшенг внимательно слушал его, покручивая тлеющую сигару в пальцах.

– Что касается того, что пираты могли получить от кого-то в таком солидном количестве уже готовые образцы «близнецов» для атаки на наш флот, то это бред в кубе. В этом случае придется допустить предательство целого гарнизона или армейской группировки, от командующего до биомехаников. Причем все предатели должны отдавать себе отчет, что они смертники, потому что первая же проверка обнаружит необъяснимое отсутствие в штате подразделения большого количества драгоценных симбиотических систем. За подобное – только трибунал, причем с заранее понятным результатом. Такое масштабное списание довольно редкой военной техники просто невозможно осуществить незаметно, обойдя на всех уровнях сложную систему армейского контроля. Честно говоря, я даже готов поверить в предательство или безумие командующего одним из флотов, но в предательство или безумие большого количества имперских офицеров под его командованием поверить не в состоянии. Вся структура имперских военных сил выстроена таким образом, чтобы надежно предотвратить попадание в руки противника современных образцов вооружения, все опирается на постоянный тройной контроль. Наше могущество в первую очередь основано на невероятном превосходстве над врагами в биотехнологиях, а превосходство в биотехнологиях покоится на строжайшем учете и секретности.

Командор стряхнул пепел со своей сигары, сердито нахмурился. Фань вопросительно поднял бровь.

– Но самое главное даже не в этом, – пасмурно продолжал Папаша Людвиг. – Наша техника запрограммирована на подчинение только имперским специалистам. Варварские эксперименты мятежников над собственными организмами под предлогом «свободы без границ» и столетия существования порознь с нами внесли в их хромосомы разительные изменения. Ты же прекрасно это знаешь. Мы по-прежнему люди, а они – полуживотные с невероятным количеством мусора в ДНК. «Любовнички» просто не будут подчиняться посторонним укротителям, пробы которых разительно отличаются от генетического кода имперцев. А уж стрелять по своим… Это совершенно невероятно. Значит, в рамках твоей версии необходимо допустить также переход на сторону противника большого количества наших укротителей и биотехников… Бред, бред и бред. Не говоря уж о том, что о таком вопиющем случае массового дезертирства сразу стало бы известно.

– А внести в геном изменения при репликации – если все-таки предположить наличие у противника своих генных инженеров высокой квалификации?

– Легче разработать новый. Кому такое по силам и средствам, кроме Империи? Мятежные колонии питаются объедками с нашего стола.

– Разве что Черному Доктору… – осторожно проговорил полковник.

– О Черном Докторе уже несколько лет никаких сведений, – задумчиво произнес адмирал-командор. – Мы даже не знаем, жив ли он. В таком преклонном возрасте любой день может стать последним.

– Поговаривают, что он давно переписал свое сознание в мозг человекообразного некробиота…

– Давай оперировать фактами, а не слухами, – раздраженно отмахнулся Рихтер. – Внешняя разведка такой информацией не располагает. И самое главное, Доктор перешел на нелегальное положение еще в то время, когда эти артиллерийские системы даже не разрабатывались, он уже давно не имеет доступа к нашим секретным исследованиям. В результате данная версия неизбежно возвращает нас к предположению о массовом предательстве в Адмиралтействе и о передаче умному противнику некоторого количества стратегических сведений или готовых образцов – иначе невозможно объяснить, каким образом у этого маньяка получились биоморфы, столь сходные по тактическим характеристикам с нашими.

– Тогда у меня нет объяснений, – признался Юшенг.

– А решение?

– Бомбардировка Арагоны с границы гравитационной зоны. Будь у них хоть сотни симбионтов, оттуда они нас не достанут. А мы их накроем без труда.

– Как ты думаешь, почему я до сих пор не отдал такой приказ? – спросил адмирал-командор после долгого молчания.

– Видимо, у вас были какие-то соображения на этот счет? – предположил очевидное помощник.

– Ты удивишься, но я сам не знаю почему, – огорошил его Рихтер. – Попытки выстроить любую стройную картину по событиям на Арагоне неизбежно рушатся. Слишком много взаимоисключающих факторов – особенно если к произошедшему сегодня приплюсовать совершенно немотивированное и бессмысленное нападение на Мистера Мармадьюка… – Командор дотянулся до пульта на своем столе и активизировал нейрокомпьютер. – Позволь, я прокручу тебе свою последнюю беседу с адмиралом Потоцкой.

Кабинет наполнился шумом нуль-помех, затем раздался встревоженный голос командующего флотом:

«Адмирал Потоцкая! Что происходит? Докладывайте о ситуации!»

«Мы несем серьезные потери, – ответила контр-адмирал. – Похоже, мы атакованы регулярными войсками, как минимум равными нам по силе и боевой подготовке…»

«Похоже?! Что это за форма доклада? Нельзя ли поточнее?!»

«Связь с поверхностью полностью утрачена. По орбитальным снимкам понятно лишь одно: на планете идет бойня с применением самых современных армейских биоморфов, в которой стремительно гибнет наш десант. Вражеские комбатанты прямого рукопашного контакта вклинились в ряды имперского десанта и, кажется, одерживают верх».

«Что вы можете доложить без «похоже» и «кажется»?!»

«Совершенно точно могу доложить, что мы теряем десантные корабли. Крейсера на орбите еще держатся, но вражеские тетроидные батареи с поверхности бьют не хуже наших «близнецов». Согласно всем оперативным данным, столь современного оружия в этом захолустье быть не может! Я распорядилась начать орбитальную бомбардировку».

«Бомбардировку подтверждаю! Создайте мощный огонь прикрытия, нанесите вражеским батареям максимальный ущерб, срочно эвакуируйте десант с поверхности и ждите дальнейших указаний! Повторяю, срочно эвакуируйте десант! Это приказ, слышите?!»

Возникла странная пауза, которая все тянулась и тянулась. Юшенг вскинул на шефа удивленный взгляд.

– Но почему она…

– Тш-ш-ш!

Потоцкая заговорила снова, теперь ее голос был холодным и жестким:

«Гражданин адмирал-командор, внизу наши легионеры и техника. Мы не можем бросать на произвол судьбы столько…»

«Вот именно! – прорычал Рихтер на записи. – Как поняли приказ? Немедленно эвакуировать с поверхности легионеров и технику! Выполняйте приказ, адмирал! Не слышу!»

«Есть, сэр. – Повисла очередная томительная пауза, в продолжение которой полковник успел досчитать до пяти, а потом снова раздался голос Потоцкой – на сей раз совершенно тусклый и убитый: – Всем капитанам кораблей ударной и десантной группировки Четвертого флота. Отставить огонь по наземным целям! Занять стационарные орбиты и ожидать дальнейших указаний!..»

– На этом связь прервалась – видимо, прямым попаданием был поврежден флагманский ретранслятор, – проговорил Папаша Людвиг, задумиво пуская дым в потолок. – Либо его просто отключили.