Четвертое крыло - Ребекка Яррос

—Тебе даже не придется готовиться к экзаменам, да?

Остальные первогодки стояли возле нас, а кадеты второго и третьего курсов выстроились в одну линию чуть в стороне.

У них определенно было преимущество, учитывая, что у каждого уже был за плечами как минимум год боевой подготовки.

—Меня готовили к тому, чтобы быть писцом.— Я пожала плечами, и корсет отМиры слегка замерцал.

Не считая чешуек, иногда блестевших на свету из-под камуфляжной сетки, он был абсолютно идентичен туникам, что нам выдали вчера на центральном складе. Все девушки теперь были одеты одинаково, но покрой одежды мог отличаться в зависимости от предпочтений владелицы. А вот парни в основном обходились без рубашек, так как считали, что за рубашку может ухватиться противник во время поединка. Лично я не оспаривала их логику, а просто наслаждалась видом… само собой, с уважением, и это уважение предписывало мне пристально смотреть на маты своего отряда и игнорировать остальные в огромном тренировочном зале, который занимал весь первый этаж учебного корпуса.

Одна из стен состояла полностью из дверей и панорамных окон, все они были открыты, чтобы впустить свежий воздух, но все равно в зале стояла духота. Под корсетом у меня по спине катились капли пота.

Этим вечером в зале находилось три отряда из каждого крыла. И — повезло мне, ничего не скажешь,— Первое крыло направило в зал третьи отряды, в состав одного из которых входил Джек Барлоу. Так что он таращился на меня с того самого момента, как я вошла.

—Значит, учеба тебя не парит,— сказала Рианнон, поднимая брови.

Она тоже выбрала кожаный жилет, но у нее он был другого покроя: топ с открытыми плечами, который сверху доходил до ключиц и крепился на шее широким воротником.

—Прекратите кружить, как партнеры по танцу, и атакуйте!— приказал профессор Эметтерио.

Он стоял по ту сторону спарринг-площадки и вместе сДаином и его заместительницей Сианной наблюдал за спаррингом Аурелии иРидока. Слава богам, наДаине была рубашка. Мне не хотелось лишний раз отвлекаться, когда наступит моя очередь.

—Вот это меня парит,— сказала яРианнон, кивая на мат.

—Правда?— она одарила меня скептическим взглядом. Ее косы были собраны в узел на затылке.— Я думала, раз тыСорренгейл, то будешь серьезным противником в рукопашном бою.

—Не совсем.

В моем возрасте уМиры имелся двенадцатилетний опыт занятий рукопашным боем. У меня же за плечами было всего шесть месяцев тренировок. Конечно, то, что я была хрупкой, как фарфоровая чашка, имело гораздо большее значение, но все же, все же.

Ридок бросился кАурелии, но она уклонилась, выставила ногу и сделала ему подножку. Ридок пошатнулся, но не упал. Он резко развернулся, сжимая в руке кинжал.

—Сегодня без оружия!— завопил профессор Эметтерио. Он был только четвертым профессором из всех, кого я успела здесь увидеть, но определенно пугал больше остальных. Или это предмет, который он преподавал, заставлял меня воспринимать его компактную фигуру гигантской.— Мы вас только оцениваем!

Ридок, ворча, убрал клинок — как раз вовремя, чтобы отразить правый хук Аурелии.

—Брюнетка наносит удар,— сказала Рианнон с уважительной улыбкой, а потом посмотрела на меня.

—Как насчет тебя?

Я спросила в тот момент, когда Ридок ударил Аурелию по ребрам.

—Дерьмо!— Он качнул головой и сделал шаг назад.— Не хотел причинять тебе боль.

Аурелия схватилась за ребра, но вздернула подбородок:

—Кто сказал, что ты причинил мне боль?

—Смягчая удары ты оказываешь ей медвежью услугу,— сказал Даин, складывая руки на груди.— ВСигнисене, на северо-восточной границе, ее не пощадят просто потому, что она женщина, если она упадет со своего дракона в тылу врага, Ридок. Ее все равно убьют.

—Давай!— крикнула Аурелия и поманила Ридока пальцем.

Естественно, большинство кадетов всю свою жизнь тренировались, чтобы войти в квадрант. Особенно Аурелия. Она ловко ушла от нападения Ридока и развернулась, чтобы нанести ему быстрый удар в область почек.

Ох.

—Я имею в виду… охренеть,— пробормотала Рианнон, еще раз взглянув наАурелию, прежде чем снова повернуться ко мне.— Я неплохо дерусь. Моя деревня находится как раз на границе сСигнисеном, так что мы довольно рано учимся защищаться. С физикой и математикой тоже проблем не будет. Но история…— Она покачала головой.— На истории мне крышка.

—За заваленную историю тебя не убьют,— сказала я. Ридок бросился наАурелию, швырнув ее на ковер с такой силой, что я вздрогнула.— А вот я, наверное, умру на этих матах.

Она обвила его ноги своими и ловко подтянула к себе, а потом оказалась сверху, нанося удар за ударом ему в лицо. На маты брызнула кровь.

—Думаю, я мог бы дать несколько советов, как выжить на занятиях по боевой подготовке,— сказал Сойер, стоявший с другой стороны отРианнон. Он провел рукой по густой щетине, которая слабо прикрывала его веснушки.— А вот история — не мой конек.

На ковер вылетел зуб, и у меня подступила к горлу тошнота.

—Достаточно!— крикнул профессор Эметтерио.

Аурелия скатилась сРидока, встала и прикоснулась пальцами к разбитой губе, разглядывая кровь. Затем она протянула руку, чтобы помочь ему подняться.

Ридок встал с ее помощью.

—Сианна, отведи Аурелию к целителям. Нет необходимости терять зуб во время оценочного поединка,— велел Эметтерио.

—Есть предложение,— сказала Рианнон, встречаясь со мной взглядом.— Давайте помогать друг другу. Мы поможем тебе с рукопашной, если ты поможешь нам с историей. Похоже на хорошую сделку, Сойер?

—Вполне.

—Договорились,— один из третьекурсников вытер ковер полотенцем, и я нервно сглотнула.— Но я думаю, мне от этого больше выгоды, чем вам.

—Ты еще не видела моих попыток запоминать даты,— пошутила Рианнон.

Позади от нас кто-то вскрикнул, и все мы повернулись, чтобы посмотреть, что случилось. Джек Барлоу локтем сжимал шею другого первокурсника. Парень был мельче и худее Джека, но все равно весил добрых пятьдесят фунтов, по моим прикидкам.

Джек дернул вверх, продолжая сжимать шею противника.

—Этот парень такой засра…— начала было Рианнон.

Тошнотворный треск ломающихся костей прозвучал на весь зал, и первокурсник обмяк.

—Помилуй нас Малек,— прошептала я.

Джек бросил тело парня на пол. Я задалась вопросом, не поблизости ли живет бог смерти, и как часто придется взывать к его имени. Мой обед рванулся наружу, и я стала вдыхать носом и выдыхать ртом, чтобы подавить тошноту. Жаль, что здесь я не могла засунуть голову между коленями.

—Что я говорил?— заорал профессор, бросаясь к ковру.— Ты сломал его гребаную шею!