Сердце сокола - Вера Эн

А вот теперь и Алехо сжал кулаки. «Подлая гаротта» предполагала не только само удушение, но и предварительное унизительное «путешествие» осужденного по всему городу в повозке, привязанным к позорному столбу и осыпаемым руганью и оскорблениями. Алехо и в голову не приходило, что его величество решится применить подобную меру наказания к своему кузену, но закон действительно никто не менял и в случае доказательства вины герцога Веларде того ждала именно такая участь.

Сантьяго чуть побледнел, однако выдержал взгляд короля.

— Более чем осознаю, ваше величество, — твердо и уже без всякого вызова ответил он. — И если вы сочтете такое наказание единственно приемлемым, я приму его так, как подобает мужчине из рода Веларде. Надеюсь, и вы не запятнаете честь своей фамилии слабостью и малодушием. Иначе я искренне пожалею, что вашему бывшему наставнику не удалось завершить то, что он столь славно начал.

Рейнардо резко выдохнул и, оттолкнувшись руками от стола, прошелся по кабинету. Алехо машинально искал что-нибудь тяжелое, чтобы кинуть им в Сантьяго и заставить его замолчать. Тот словно бы поставил себе целью отправиться из королевских покоев прямиком в тюрьму и был весьма близок к тому, чтобы добиться желаемого.

— Выходит, я напрасно поверил тебе, Сантьяго? — наконец проговорил Рейнардо и снова пристально посмотрел на кузена. — Решил, что брат никогда не предаст брата и что твое слово чего-то стоит?

— Вы слишком большое значение придаете родственным узам, ваше величество, — чуть повел плечами Сантьяго, и только данное ему слово заставило Алехо остаться на месте, а не кинуться вправлять ему мозги. Сантьяго определенно сошел с ума. И никаким планом нельзя было объяснить его безумие. — Вряд ли вас удивят мои слова, если вы припомните все те события, что им предшествовали, — продолжил вбивать гвозди в свой гроб Сантьяго. — Вы оказались не тем человеком, которому я хотел бы отдать жизнь. И я жалею лишь о том, что отказывался признавать это раньше и потерял слишком много времени.

В кабинете снова воцарилась гнетущая тишина. Его величество повернулся к Сантьяго спиной и медленно переводил взгляд с одного узора обоев на другой, словно считая их. Сантьяго стоял, не шелохнувшись и как будто полностью отрешившись от всего происходящего.

Но на вопрос его величества ему все же пришлось ответить.

— Значит, ты признаешь себя виновным в заговоре против своего короля? — прямо спросил его Рейнардо, и голос его звучал приговором. Сантьяго только поклонился и отстегнул шпагу.

Стоило ли удивляться, что после этого его препроводили прямиком в дворцовое подземелье? На месте короля Алехо отдал бы такой приказ куда раньше Рейнардо. Но коли тот так упорно старался дать кузену шанс оправдаться, наверняка не потерял окончательно веру в брата. И Алехо следовало вспомнить о поручении Сантьяго, хоть в этом рассчитывающего на его помощь. Только бы у этого фанатика все получилось! Алехо, конечно, ни за что не допустит казни, призовет почти исчезнувшего Алькона и поднимет народ, чтобы освободить несправедливо осужденного герцога Веларде, но пока еще было время и пока еще неприятель не нанес следующий удар, следовало попытаться его предупредить.

Он отдал приказ гвардейцам прочесать королевский дворец в поисках неуловимого японца, а сам, собрав собственный отряд из братьев Кастро и любимой жены, отправился в библиотеку. В последнее время это место определенно стало для всех них вторым домом. Алехо приказал искать своим помощникам любые сведения о Японии, а сам пролистывал приносимые книги в поисках информации о том, кем может быть помощник Кинтина Керриллара и каких еще от него ждать сюрпризов. Получить подобный же Кристине отравленный шип в незащищенное место своего тела Алехо совсем не желал.

— Неужели все плохо? — горестно пробормотала Эстерсита, когда он в двух словах обрисовал ей обстановку. — А я так надеялась, что после коронации все наконец наладится и все мы будем счастливы.

Алехо против воли умилился этой святой наивности. Но именно она и придала ему силы.

— Обязательно будем, — шепнул он и сладко поцеловал ее в губы. Эстерсита зарделась, смущаясь мальчишек, однако и не подумала его оттолкнуть. Вот уж не думал он, что после свадьбы будет так редко ночевать в собственной постели. Ну ничего, придет время, он отыграется за каждую потерянную минуту. Только бы дотянуть. Только бы справиться. — Потерпи еще немного, — попросил он. — Потом возьму отпуск и поедем с тобой в Париж. Хочешь во Париж, Эстерсита? Осенью он особенно хорош.

Глаза у нее засверкали, сделав еще краше.

— Я хочу туда, куда хочешь ты, — прошептала она. Алехо улыбнулся и еще раз быстро ее поцеловал.

— Мы с тобой отличная команда, сеньора Руис, — заметил он, и Эстерсита, вдохновленная, бросилась выполнять его поручение.

Книг, в которых упоминалась Япония, было совсем немного; по большей части отрывки из записей каких-то путешественников. Но именно в таких записях Алехо и обнаружил то, что искал. Непонятное слово «синоби», которым рассказчик именовал японских шпионов и наемных убийц, владеющих боевым искусством ниндзюцу. Это искусство позволяло синоби творить настоящие чудеса. Совершенно бесшумные и незаметные человеческому глазу, они проникали в дома своих жертв и умертвляли их необычным, но смертельным оружием. Отравленные стрелы, кошачьи когти, метательные звезды, газовые бомбы, ножи всех длин и форм. Никакие стены не были для синоби препятствием: они умели взбираться по ним подобно огромным паукам, иногда не используя совсем никаких специальных приспособлений. Их почти невозможно было поймать, потому что секреты мастерства передавались исключительно членам клана, а всякого, кто нарушит эти правила, ждала жестокая расправа. В некоторых кланах новичкам-синоби урезали языки, чтобы в случае ггпенения они не могли выдать своих соратников и своих заказчиков, и Алехо, прочитав об этом, подумал, что такой помощник для Керриллара был бы даром небесным. Даже поймай его, он ничего не скажет. Знать бы еще, как поймать. И не положить при этом половину королевских гвардейцев.

Решив, что дочитает все записи позже, он передал их братьям Кастро и скрепя сердце поручил поиск опасного врага. В отличие от солдат, мальчишки знали не только дворец, но и улицу, и могли пролезть туда, куда военному человеку не пришло бы и в голову сунуться. Алехо взял с них слово не форсировать события и не делать глупостей, если появится какая-то зацепка, а потом, проводив жену в их комнату, отправился в местные подвалы.

Он обещал Сантьяго не вмешиваться в его разговор с королем, но и не думал бросать товарища на произвол судьбы. Может, хоть сейчас его сиятельство сочтет наконец возможным поделиться с ним своими планами? В конце концов, Алехо должен знать, что делать дальше.

Однако бессонная ночь явно не способствовала возвращению разума герцога Веларде. Еще сильнее осунувшийся и еще более решительный, он протянул Алехо два запечатанных конверта, на одном из которых стояло имя его жены, а на другом — имя короля Эленсии.

— Вручишь после моей смерти, — заявил он, и Алехо, скрывая пробежавшую по позвоночнику тревогу, осклабился.