Возвращение Безумного Лорда - Олег Шелонин

– Шеф, – дыхнул на него крутым перегаром Кот, – ты не поверишь, какие душевные пацаны оказались. Прямо как мы, деловые. Представляешь, когда твои представительские кончились, остановили первого попавшегося в темном переулке на предмет проверки документов, а потом на его нетрудовые доходы… ну, все, которые нашлись в карманах… продолжили банке… э-э-э… наше задание!

Стив зашипел. От немедленной расправы Кота спасло появление в дверном проеме Собкара.

– Надеюсь, хоть ты меня порадуешь, – мрачно обернулся на стук открываемой двери Стив.

– Упс… – Собкар вывернул голову за спину. – Пацаны, папик не в духе. На этой малине мы с девочками отдыхать не будем.

Собкар, которому было поручено вести переговоры с местной братвой, попытался удрать, но был втянут внутрь лавки мощной дланью Стива. С улицы раздался испуганный вопль.

– Линяем, братва! Красавчик не в духе!

Под хохот и повизгивание разбитных девиц братва скрылась в том же переулке, что и стражники.

– Хрипатый, – ласково обратился к Собкару Стив, – ну, Кот, хрен с ним, но ты то! Докладывай, короче!

– Усе путем, шеф! – Мутные глазки Собкара радостно смотрели на Стива. – Сперва посидели на одной малине, потом на другой, потом на тре…

– Твою мать! – не выдержал Стив. – Ты о деле говори!

– Так я и говорю. После третьей замутились в тюряге, но там, шеф, такой запаха-а-ан … Короче, долго мы на киче не усидели. Стопки по три, и пошли в баньку отмываться. Короче, все на мази. За Труссардини братва завтра всех будет ставить на перо. Только с утреца у Хромого на малине здоровье поправим и сразу на дело!

Стив схватился за голову.

– Кодировка у меня ни к черту. Напрочь забыли про нейроны.

– Гнилой базар гонишь, шеф, – пьяно икнул Собкар, плюхаясь на лавку рядом с Котом. – Ради такого скачка никаких нейронов не жалко. На святое дело идем. Своих выручать.

Стив грустно посмотрел на бывшего капитана тайной полиции Бурмундии.

– Слава Богу, хоть Оселю не дал денег, – пробормотал юноша, – чтоб сильно не выделялся среди нищей братии.

Зацокали копыта. Стив кинулся к окну. Около лавки старьевщика затормозила шикарная карета, из которой выпал Осель и, пошатываясь, с трудом направился к дому. Следом из кареты начали выползать какие-то странные оборванные личности с пухлыми мешками. Ввалившись в комнату, Осель ткнул в самый центр ее и коротко распорядился:

– Мужики, выгружайте здесь!

Мешки были тяжелыми. Падая, они трескались по всем швам, и скоро около ног Оселя образовалась довольно приличная горка золота. Последним вошел одноногий горбун, с костылем под мышкой, волоча за собой сразу два мешка.

– Ну, все, Пестрый, как и договаривались. Ты, главное, про петицию не забудь. Ежели тут не хватит, то завтра после дела еще притараним.

Нищие удалились, причем пешком. Карета так и осталась около лавки старьевщика.

– И как это понимать? – грустно спросил Стив. Он уже устал удивляться.

– Ребята решили спонсировать наше дело, – небрежно махнул рукой Осель.

– Чего-о-о? – выпучил глаза Стив.

– Они говорят: любое хорошее дело требует инвестиций. – Видя, что глаза шефа стали еще круглее, смачно сплюнул. – Деревня необразованная! Финансовых вливаний! – Осель похлопал глазами и, решив, что Стив не въезжает, на мгновение задумался. – Шеф, а про инвестиции это не ты недавно нам заливал?

– Какие вы способные ученики, – ехидно прошипел Стив. – Где Ленон, гады! Я боюсь даже представить себе, с чем он сейчас припрется.

– Да хрен с ним, с Леноном, – икнул Собкар, введя Стива в окончательный ступор. – Видали мы его с корешами в… – Стив замер, прикидывая, куда Собкар пошлет своего принца, – …соседней харчевне. С ремесленниками какую-то песню разучивает.

– Пестрый, а что, у нищих это столетние накопления?

– Не-а, – лениво отозвался Осель, – это они недельную выручку презентовали. О! Че вспомнил-то! Мы ж на послезавтра «Золотого Дракона» арендовали на целый день. – Собкар нервно икнул. Это был самый дорогой кабак для знати. – Отмечать успех нашего завтрашнего дела будем. Только вот, шеф, они небольшую просьбишку на бумаге изложили. Читай!

Стив развернул мятый лист бумаги с каллиграфическим текстом:

«Уважаемый Красавчик Стив. После того как с нашей помощью Вы займете свое законное место короля Нурмундии, нижайшая просьба, согласно кодексу законов о труде, обеспечить нам нормальные условия работы. А именно:

1. Установить на папертях, около базаров и в других многолюдных общественных местах специальные лавочки с навесами от снега и дождя, дабы не вредить здоровью нашему.

2. Избавить нас от гонений и поборов стражников и других власть имущих супостатов, ибо труд наш тяжек и горестен. С хлеба на воду перебиваемся. А дабы не было ущемления казне королевской, мы, как и все порядочные подданные твои, налоги платить готовы в виде десятины от прибыли.

С уважением,

Подпольная гильдия нищих славного города Габарда.

P. S.

Очень хотелось бы легализоваться.»

Эта петиция заставила Кота и Собкара протрезветь.

– Хрипатый, – прошептал пораженный Кот, – ты представляешь, какой бизнес можно в Герессе замутить?

– Да какая Гересса, – постучал ему по лбу Собкар, – по всей Бурмундии дела крутить можно. Крышевать будем, как говорил наш шеф. Из десяти процентов любой согласится.

– Какие десять, пять за глаза!

Развить эту идею им не удалось. Дверь распахнулась, и в комнату вошел мрачный Борода, распространяя вокруг себя неприятный душок общественного туалета.

– Тебе петиции, хозяин, – сердито пробурчал он, протягивая бумаги Стиву. – Одна от гномов, другая от эльфов. С какой начинать?

– А ты с какой предложишь?

– Ну… эльфы, они обычно выражаются культурней.

– Тогда начинай с эльфов.

Борода уткнулся носом в свиток.

– Ну… ага… вот такого выражения даже я не знаю, а вот это хоть записывай, сразу не запомнишь… – Борода торопливо листал страницы. – Хозяин, по-моему, их словарный запас кончился. Они перешли на гномий. Я всегда говорил, что эльфийский язык бедноват.

– Так чего они хотели-то? – заинтересованно спросил Стив.

– Не знаю, хозяин, тут одни выражения… А!!! Нашел! В самом конце. Короче, они говорят, что бы ты на них больше не рассчитывал. Даже за золото.

– Ну, а гномы что пишут?

Борода взвесил в руке увесистую пачку бумаг…