Принцесса-Невеста - Уильям Голдман

* * *

Принц Хампердинк смахивал на бочонок. Грудь – огромная мощная бочка, ляжки – бочки поменьше. Был он невысок, но весил почти 250 фунтов и плотный был, как кирпич. Передвигался боком, по-крабьи; пожелай он танцевать в балете – был бы обречен на неизбывное разочарование. Но танцевать в балете он не желал. Он и в короли-то не рвался. Даже война, в которой он достиг замечательных успехов, бледнела пред его великой любовью. Пред его великой любовью бледнело все.

А любил он охоту.

Не выпадало дня, чтобы он никого не умертвил. Все равно кого. На заре своего увлечения он убивал лишь крупных тварей: слонов каких-нибудь или питонов. Затем, набравшись мастерства, полюбил и страдания малых существ. Мог полдня с удовольствием выслеживать белку-летягу в лесу или радужную форель в реке. Избрав себе жертву, принц становился неумолим. Никогда не уставал, никогда не колебался, не ел, не спал. В этих смертельных шахматах он был международным гроссмейстером.

Поначалу он ездил по миру и искал себе противников. Но корабли и лошади несовершенны, а поездки отнимают много времени и вдобавок мотают нервы. У царствующей особы всегда должен быть наследник мужеского пола, и, пока жив отец принца, беда невелика. Но однажды отец скончается, принц станет королем, надо будет выбирать королеву и рожать наследника – готовиться, в общем, к тому дню, когда он помрет и сам.

Проблему своего отсутствия принц Хампердинк решил так: он построил Гибельный Зверинец. Спроектировал вместе с графом Рюгеном, на поиски экспонатов разослал звероловов во все концы света. Зверинец кишмя кишел дичью, и такие зоосады еще поискать. Отметим, к примеру, что туда не пускали посетителей. Только смотрителя-альбиноса – он сытно кормил зверей, чтоб ни один не захворал и не ослаб.

Отметим также, что находился Зверинец под землей. Принц самолично выбрал место в самом тихом и глухом уголке замка. И указом повелел устроить пять этажей, с разными условиями для разных обитателей. На первом этаже он поселил быстрых врагов: диких псов, гепардов, колибри. На втором обитали сильные: анаконды, носороги, двадцатифутовые крокодилы. На третьем жили ядовитые твари: ошейниковые кобры, пауки-скакунчики, видимо-невидимо летучих мышей-вампиров. На четвертом этаже располагалось грозное царство страшных опасностей: тарантул-крикун (единственный на свете паук, умеющий издавать звуки), кровавый орел (единственная птица-людоед), а в черном пруду жил спрут-сосальщик. Во время кормежки на четвертом этаже содрогался даже альбинос.

Пятый этаж пустовал.

Принц построил его, надеясь однажды отыскать себе достойного соперника – такого же опасного, свирепого и могучего.

Тщетная надежда. Принц, впрочем, был непреклонным оптимистом, и клетка на пятом этаже всегда готова была принять гостя.

А для счастья принцу вполне хватало смертоносной живности на других этажах. Иногда он выбирал жертву по жребию. У него была огромная рулетка с изображениями всех животных Зверинца – он ее крутил за завтраком, и альбинос готовил животное, на которое она указала. А иногда принц выбирал по настроению: «Я сегодня быстрый, приведи гепарда» или: «Я нынче сильный, выпускай носорога». И разумеется, все исполнялось по его слову.

Вопрос о здоровье короля неотвратимо всплыл, когда принц готовился прикончить орангутанга. Час стоял послеобеденный, принц сражался с гигантским зверем с самого утра, и волосатая тварь наконец ослабела. Снова и снова обезьяна клацала зубами – верный признак, что сила рук уже не та. От зубов принц с легкостью увертывался; грудь орангутанга ходила ходуном – он уже задыхался. Принц отступил боком, затем еще чуть-чуть, затем ринулся вперед, обхватил зверюгу и надавил на хребет. (Дело было в обезьяньей яме, где принц то и дело развлекался с приматами.) И тут сверху раздался голос графа Рюгена:

– Есть новости.

– А отложить нельзя? – осведомился принц в пылу битвы.

– Надолго? – спросил граф.

Х

Р

У

М

П

Орангутанг тряпичной куклой осел на землю.

– Ну что там еще? – спросил принц и мимо дохлого зверя направился к лестнице.

– Ваш отец прошел ежегодную диспансеризацию, – сказал граф. – Медицинское заключение у меня.

– И?..

– Он умирает.

– Будь оно все неладно! – отвечал принц. – Выходит, надо жениться.