Сын менестреля - Диана Уинн Джонс

В комнату вернулся тот мужчина, который провожал Морила к судье. Теперь он отвел его вниз, в большое мрачное помещение, где у дверей стояла охрана. В центре комнаты было два ряда скамей, на расстоянии трех шагов. На этих скамьях лицом друг к другу сидели люди. Те, кто сидел на дальних скамьях, были заключенными. Морил это понял, потому что у всех них был неопрятный, мрачный, безнадежный вид и понуренные головы. Как-то раз он видел циркового медведя — у того был точно такой же взгляд. А люди на ближней скамье явно были посетителями, потому что безнадежной тоски у них в глазах не было, держались они более оживленно и больше нервничали. И казалось, повсюду находились тюремщики: они стояли вокруг со скучающим видом, и нервные взгляды посетителей были адресованы преимущественно им. Комната гудела и шелестела от шагов, шаркающих ног и печального шепота.

Мужчина велел Морилу сесть на ближайшую скамью. Спустя какое-то время два тюремщика ввели Дагнера через дверь в дальнем конце комнаты. У Дагнера уже был такой же неопрятный и печальный вид. Между двумя тюремщиками он казался маленьким и щуплым.

Они усадили Дагнера на скамью напротив Морила.

— У тебя десять минут, — сообщили они мальчику и отошли, давая им поговорить.

Морил судорожно сглотнул, не зная, что сказать.

— Подожди секунду, — сказал Дагнер. — Осмотри комнату позади меня и скажи, нет ли там кого-то, кто мог бы услышать, что мы будем говорить.

Морил послушался. Ближайший тюремщик стоял довольно далеко и разговаривал с напарником.

— Нет. Они стоят от нас на расстоянии в две повозки.

Он уже собрался было обернуться, чтобы проверить, нет ли кого-то у него за спиной.

— Не двигайся, дурень! — прошипел Дагнер. — Я прекрасно вижу, что позади тебя.

— Значит, все в порядке, — сказал Морил. — Я видел судью и сказал им, что это ошибка. Они ведь не могут и правда думать, будто ты передавал какие-то сведения, правда? Это же не так!

— Так, — ответил Дагнер. — Я передавал.

Морил потрясенно уставился на него.

— Отец меня попросил, — пояснил Дагнер. — Я должен был передать послание и деньги одному человеку в этом городе. Но у меня это плохо получилось, — печально добавил он. — Я не знал точно… Короче, я, похоже, говорил как раз с тем, кто оказался шпионом. Как вспомню как я был рад избавиться от денег и записки… Ну, наверное, об этом уже бесполезно думать.

— Но, Дагнер! — сказал Морил, приходя в ужас. — Тебя же за это повесят!

— А ты что — думал, я этого не знаю? — раздраженно спросил Дагнер. — Близко все еще никого нет?

— Нет, — ответил Морил. — Дагнер, но это же неправда, да? Ты пошутил!

— Я не шучу, — отозвался Дагнер. — Если ты мне не веришь, проверь винную бутыль… если они уже не обыскали повозку. Но это не важно. А что важно это доставить Киалана на Север. Тебе с Брид просто придется ехать дальше и постараться довезти его до Ханнарта. Ты это сможешь сделать, Морил?

— Наверное, смогу, — ответил Морил. — Но, по-моему, он улизнул, когда тебя арестовали.

— Нет, не улизнул, — возразил Дагнер. — Он будет ждать за Нитдэйлом, как обещал.

— Если ты так считаешь… Дагнер, но почему это так важно?

— Спроси Киалана, — ответил Дагнер, глядя на кого-то за спиной у Морила. — Я заказал немного муки и еще овса, — продолжил он несколько вымученно. — И один из приятелей отца дешево уступил мне бекон. И лук. Хлеб сможете покупать по дороге.

— И яйца, — поддержал его Морил. — И я обещаю полировать твою квиддеру.

— Можешь не трудиться, — отозвался Дагнер. — Так, хорошо, он отошел. А теперь слушай. Мне нужно, чтобы ты передал Киалану две вещи. Первая — это что Хенда действительно назначил за него выкуп…

— Выкуп за Киалана? — изумился Морил. — Но он…

— Не важно. Просто скажи ему, — перебил его Дагнер. — А вторая вещь гораздо важнее. Граф Толиан собирает армию и…

— Толиан? Он же умер! — возразил Морил, и ему вдруг предстало странное и пугающее видение — армия призраков.

— Я говорю о новом графе. Его тоже зовут Толиан. И не прерывай меня. У тебя за спиной к нам кто-то направляется, — проворчал Дагнер. — Важно то, что на Севере никто об этом не знает и туда никто не едет, кроме тебя и Киалана. Ты запомнил эти две вещи?

— Выкуп и Толиан, — повторил Морил. — А теперь кто-то подходит сзади к тебе.

Один из тюремщиков положил руку Дагнеру на плечо.

— Пошли. Твое время истекло.

— Но десять минут еще далеко не кончились! — сказал ему Морил.

— Очень жаль. Его вызывает судья. Вставай, парень, — приказал тюремщик.

Дагнер встал и перелез через скамью. Уходя, он состроил Морилу гримасу. Морил решил, что брат пытался улыбнуться. Сам Морил, чувствуя себя совершенно подавленным, побрел к выходу, и его быстро увели к дверям тюрьмы.

— Надо же, тебя отпустили, — сказал мужчина, дежуривший у входа. — Везучий ты.

У Морила не было сил ответить. Он не считал себя везучим, особенно сейчас, когда первое, что он увидел, выйдя из тюрьмы, были болтающиеся ноги повешенного.

С болтающимися ногами сидела в повозке Брид с высокомерным и нетерпеливым видом. Повозка по-прежнему стояла на пустом месте, а к мешку овса присоединились еще несколько мешков и свертков, все слишком тяжелые для того, чтобы Брид могла поднять их сама.

— Где ты был? — возмущенно вопросила она, как только Морил подошел достаточно близко. — Я уже подумала, что ты больше вообще не вернешься! В чем дело? Ты похож на крышку скисшего молока.

Морил чувствовал себя так ужасно, что смог только подойти к Олобу. Он обхватил конька за шею и потерся лбом о его нос.

— Ну, говори же! — сказала Брид. — Ты видел Дагнера?

— Да, — ответил Морил.

— Ты передал ему, чтобы он говорил то, что я тебе сказала?

— Нет.

— Почему нет? Морил, если ты не скажешь мне внятно, что случилось, я тебя сейчас ударю!

— Не могу, — ответил Морил. — Здесь не место.

— Почему не можешь? — Брид уже почти кричала.

Морил понял, что ему необходимо сделать так, чтобы она перестала привлекать к ним внимание.

— Пожалуйста, Брид. Замолчи, — сказал он, стараясь многозначительно посмотреть на нее поверх носа Олоба. — Давай погрузим мешки и поедем.

Брид начала понимать, что произошло что-то ужасное.

— Без Дагнера? — спросила она уже гораздо тише.

Морил кивнул, оторвался от теплой морды Олоба и попытался поднять ближайший мешок. Брид слезла с повозки и стала помогать.

— Морил, перестань! — сердито прошептала она. — Все не может быть настолько плохо. Ты ведешь себя так, словно Дагнера собираются повесить!