Ошибка кота Люцифакса - Кеннет Бег Андерсен

— Фантастика, — сказал Филипп, когда они снова показались в пустом кабинете. Его сердце сильно билось после невероятного спектакля, который они только что посмотрели.

Эй, глянь-ка! — быстро сказала Сатина. Она стояла у Сферы Зла и заглядывала внутрь темного шара с горящей сердцевиной.

Сначала Филипп ничего не видел. Потом темнота как-то исчезла, и появилась картинка. Изображение человека. Мальчика.

— Это же я! — воскликнул Филипп и увидел самого себя в кабинете Люцифера. Вид у него был немного растерянный и взволнованный, он все время бросал взгляд назад, как вор, который боится, что его застукают. Он что-то сказал кому-то, и в Сфере появилась Сатина. Она дала ему знак идти за ней, открыла запретную дверь, и оба пробрались в узкое отверстие.

Картинка превратилась в маленькую светящуюся точку и исчезла.

— Поздравляю, Филипп! — сказала Сатина и посмотрела на него своими сияющими глазами. — Ты только что совершил настоящее чистой воды злодеяние.

— Злодеяние? — пробормотал мальчик и испуганно показал на Сферу. — Это значит, что все, кто смотрит в нее, могут увидеть то, что мы сделали?

— Именно так. Если только они знают, где искать.

— А стереть это нельзя?

— Нельзя, если только ты не обладаешь умением повернуть время вспять, — ответила Сатина. — И это даже не самое трудное. Самое трудное избежать того, что ты будешь снова и снова входить в эту дверь. Потому что ты сделал это по доброй воле. Ты сделал это, потому что тебе хотелось.

— А если Люцифер узнает об этом?

— О, тогда я буду прятаться от него как можно дальше — одну вечность или две.

Глаза Филиппа стали большими, в них появился испуг.

— Мне кажется, отсюда надо бежать, Сатина.

— Минуточку. Здесь есть место, на которое я всегда хотела взглянуть.

Сатина вышла из кабинета в темный коридор.

— Кажется, это здесь, — сказала она и свернула в узкий коридорчик. Остановившись в конце, осторожно открыла дверь.

— Сатина что…

— Самая большая святыня Властителя, — с улыбкой прервала она его. — Спальня Люцифера. Входи.

Филипп безнадежно покачал головой и пошел за ней.

Комната производила впечатление, не в последнюю очередь из-за огромного панорамного окна, выходившего в Замковый сад, где росли цветы и растения, о существовании которых Филипп раньше даже не подозревал.

Деревья длинными кривыми шипами на стволах, острые, как когти тигра, возвышались над паутиной кустарников и гигантскими грибами, источавшими яд. Плотоядные растения щелкали зубами, напоминавшими зубцы пилы, с чувством вечного голода.

Узкая, покрытая щебнем тропинка извивалась между многочисленными деревьями и кустами.

В середине спальни стояла широкая кровать с балдахином, покрытая черными шелковыми простынями, с подушкой со змеиной кожей. На спинке кровати лежали халат, черная пижама и черный ночной колпак с отверстиями для рогов. Над кроватью висел большой портрет Люцифера в золотой раме, созданный задолго до того, как болезнь сделала его сгорбленным, а его рога облупились.

На портрете он был изображен сидящим на троне с Люцифаксом на коленях. И кот, и Дьявол смотрели прямо в глаза зрителя, и Филипп почувствовал, как у него мурашки забегали по спине.

— Сатина, зачем мы пришли сюда?

— Ни за чем, — ответила она. Девочка подошла к гардеробу, открыла его и стала рассматривать содержимое. — Я — любопытная. Я никогда здесь не была. Ну признайся, что ты тоже немножко любопытный.

— Нет.

— Лжец.

— Я думаю, нам надо уйти отсюда, пока он не вернулся.

Филипп нервно покосился на огромный портрет. Глаза Дьявола внимательно следили за ним, где бы он ни стоял.

— Конечно, уйдем, но пока надо немножко осмотреться. Тут же нет ни черта страшного!

Она хихикнула, хотя Филипп не увидел ничего смешного в таком комментарии.

Он повернулся, чтобы перейти к окну, как вдруг увидел что-то на полу. Оно лежало около ножки кровати, наполовину погрузившись в ворс мягкого ковра.

Филипп подошел к кровати и поднял предмет. Это было перышко. Черное, сияющее, длиной не больше указательного пальца.

Он показал его Сатине.

— Перо ворона? Где ты его нашел?

— У кровати.

— Странно, — сказала Сатина и взяла перо. — Это перо варгара. Мальчика, если судить по размеру.

— Варгар? — Филипп задумался. — Это те, кто виноват в бессмысленных мучениях людей на земле?

— Да. — Она покрутила перо в пальцах. — Хотела бы я знать, что тут делал варгар. Ясно, что ничего хорошего.

— Узнать, вероятно, можно, — сказал Филипп. Сатина подняла брови:

— Как?

— В Сфере Зла. Она это зафиксировала, конечно, если варгар сделал что-то нехорошее.

— Ты прав, — сказал Сатина. — Надо… Наклонись!

Сатина неожиданно схватила Филиппа за руку и прижала к полу.

— Что такое?

— Люцифер и Смерть, — ответила она и показала на окно в сад. — Как раз проходят мимо.

Филипп обернулся, но со своего места ничего, кроме черного неба над Замковым садом, не увидел. Были слышны только проникавшие в спальню приглушенные голоса и звук шагов по извилистой дорожке, покрытой щебнем.

— И что же, состояние не улучшается? — Голос говорившего был хриплый и сухой, словно звуки издавало высохшее дерево. Этот голос был старше всей Вселенной.

— Нисколько, скорее наоборот, — прозвучал ответ Люцифера. — У тебя есть предположения, почему так?

— Я не доктор. Я прихожу, когда доктор уходит.

— А время осталось?

— Подходит к концу. Скоро верхняя половинка песочных часов будет пуста.