Око Эль-Аргара - Эрик Гарднер

Лямка заплечной сумки чуть врезалась в кожу, пыталась соскользнуть, и София решила, что зря она захватила увесистый книжный том — недавно выпущенный университетом под авторством Висенте Алехандро Соледада. Но надо было и дальше показывать профессору увлеченность его предметом. После сданного экзамена поговорить не удалось — Висенте со своим помощником спешно уехали на какое-то важное мероприятие. Поэтому они условились через три дня встретиться у университета и отбыть на раскопки.

Бальтасар был уже на месте. В светлом костюме, небрежно прислонившийся к оливковому боку внедорожника. Разморенный жарой, он дожидался Софию не в салоне автомобиля, где работал спасительный кондиционер, чтобы предстать перед девушкой во всей своей красе. Заметив Софию, он сдвинул наверх непроницаемые солнечные очки, промокнул платком виски, с которых сбегали тонкие ручейки пота, и улыбнулся.

— Доброе утро, сеньорита Мартинес. Я рад, что вы вовремя.

— Доброе утро. А профессор? Опаздывает?

— Нет, забежал на пять минут в университет.

Бальтасар раскрыл багажник, и сумка Софии присоединилась к двум небольшим чемоданам. Пижонский из крокодиловой кожи, несомненно, принадлежал Бальтасару.

— Поедете на заднем сиденье вместе с профессором или рядом с водителем? — поинтересовался Бальтасар.

— Если водитель будет смотреть на дорогу, а не пялиться на мои ноги. — София одарила помощника профессора убийственным взглядом.

Бальтасар расплылся в улыбке, окинув Софию взглядом из-под бархатных ресниц, от которого большинство девиц из университета уже бы давно с томными вздохами схватились за сердце, и открыл дверь рядом с водителем.

София устроилась на кожаном кресле в прохладном салоне. Через пару секунд Бальтасар уже сидел за рулем. Он бросил очки в бардачок, склонившись на миг к девушке и вновь ощутив тонкий аромат ее кожи и волос. Потом положил руки на руль и принялся старательно глядеть в боковое зеркало. Потому что не только ноги девушки притягивали магнитом его взгляд. На Софии вновь были короткие зеленые шорты, легкая расстегнутая белая рубашка с закатанными рукавами, под ней — зеленый топ, обтягивающий упругую, немного острую грудь.

Бальтасар, занервничав, прошелся рукой по волосам, а София издала удивленный вдох. Совсем позабыв об осторожности, Бальтасар нечаянно показал ей серьгу со знаком Хаоса. Помощник профессора прикусил губу, поняв, что прокололся.

— У вас серьга, точно такая же, как те знаки! — воскликнула София.

— Может, всего лишь совпадение, — Бальтасар попытался улыбнуться.

Улыбка получилась вымученной и кривой.

— А мне кажется, вам и профессору прекрасно известно, что это за знак, — София перешла в наступление. — Но, похоже, за этим скрывается какое-то сенсационное открытие, если профессор ни разу не упомянул о нем в своих трудах. Он ищет какие-то подтверждения своих гипотез. Я права?

— Вы почти угадали, — Бальтасар вновь утер пот, проступивший на лбу, но не от жары на этот раз, а от волнения.

Раскрылась задняя дверь. На сиденье опустился Висенте, бросил рядом с собой сумку с ноутбуком и кипу распечаток. Профессор был одет просто — в серую футболку, еще больше подчеркивающую его худощавость, и джинсы.

— Утро, сеньорита Мартинес. Можем ехать, Бальтасар.

Бальтасар вдавил газ, и машина рывком прянула вперед. Два резковатых поворота, и они уже неслись по шоссе. Висенте посмотрел на Софию, ощутил неловкое молчание, вызванное, похоже, его появлением.

— У вас все в порядке, сеньорита? — спросил профессор. — Если мой помощник покажется вам чересчур навязчивым, скажите мне...

— Она увидела в моем ухе знак Хаоса, — процедил сквозь зубы раздосадованный Бальтасар.

— Ах, вот как? — Висенте кивнул. — Ну что ж, тем лучше. Не будет долгих прелюдий.

— О чем вы, профессор? Что за знак Хаоса? — София обернулась к нему.

— До Альмерии мы доберемся часа за три, Бальтасар? — Тот кивнул, и профессор продолжил: — Времени у нас достаточно, сеньорита Мартинес, чтобы рассказать о Хаосе.

— Но сперва один вопрос. Почему вы об этом не писали в своих трудах?

— Во времена инквизиции за такое бы сожгли на костре. А сейчас бы объявили еретиком от науки. Да и не только от науки. Сейчас вам все станет понятно. На раскопе вы нашли амулеты адептов культа Хаоса. Это... тайный культ. Заметьте, я не говорю слово «был». Потому что он существует до сих пор.

София, сделав изумленные глаза, воззрилась на ухо Бальтасара.

— И в чем его суть?

— Ничего особо нового вы не услышите. Это служение Хаосу, поклонение его силе и борьба с теми, кто ему противостоит. Но в отличие от других культов, этот основан вовсе не на разыгравшемся людском воображении. Хаос существует, существует и его сила, которой он наделяет своих последователей.

— И вы тоже его последователь, профессор? — София откровенно искала следы сумасшествия на его лице.

— Бальтасар, покажи, — вместо ответа сказал Висенте.

Бальтасар, что-то прошептав, крутанул руль, вылетая на встречную полосу. София с криком ужаса вжалась в сиденье, когда в них въехала груженная автомобилями фура. Воздух вокруг вдруг наполнился мелкими всполохами молний, наэлектризовался до болезненных покалываний в коже. Их обдало жаркой волной, словно кондиционер перестал работать. Фура растворилась вместе со своим грузом. Бальтасар повернул руль. Они вернулись на свою полосу. София смотрела в боковое зеркало, провожая появившуюся на дороге фуру с автомобилями, быстро исчезающую на пустынном шоссе.

— Это гипноз? — выдавила из себя девушка.

— Если бы. У нас бы тогда все студенты учились с отличием, — заметил профессор. — Бальтасар всего лишь показал, как может действовать сила Хаоса.

— Но это... это невозможно...

— Принимать нечто новое и необъяснимое всегда тяжело. — Висенте достал из сумки ноутбук, включил. — Доберемся до места, покажем вам, сеньорита Мартинес, еще кое-что. Чтобы вы уверились окончательно. А пока я введу вас в курс дела. Мы действительно ищем следы Эль-Аргара, но не культуру этой цивилизации. Хотя, должен признать, бронзовые чаши, осколки орудий труда, черепки, некрополи — все это очень мило и даже иногда познавательно. В действительности же нам нужны их древние крепости. И именно те, в которых раньше поклонялись Хаосу.