Пожиратель чудовищ - Владимир Мясоедов

– Зависит от многих факторов, – задумался волшебник, даже снизив темп ходьбы. – Размеры твари в донесении указаны, без сомнения, преувеличенные, осталось понять, насколько. Но даже магически измененные рептилии, как правило, остаются холоднокровными, а значит, скорее всего, Змея я попросту заморожу. Вам выходить с оружием на него опасно, такие существа имеют дурную привычку плеваться ядом или кислотой. А то и их смесью. Если же будет Гусеница… Придется просить помощи.

– Почему? – удивился Крот. – Насекомые – они же хрупкие. Надави, и все, соком брызнут!

– Это когда они мелкие, – пояснил ему я. – А вот муравей размером с тебя представлял бы серьезную проблему даже для пятерых матерых бойцов. А может, даже для десятка. К тому же у них, как правило, очень маленький мозг, а значит, нанести смертельную рану, учитывая регенерацию подобных мутантов, будет очень сложно.

– Угу, – подтвердил волшебник и подозрительно на меня посмотрел: – И откуда ты это знаешь? Вроде бы в той книжке, которую тебе давал, такой информации не было?

– Простая логика, – пожал плечами я, внутренне холодея при мысли, что может вылезти мое земное прошлое. С крайне увлеченного своим ремеслом мага станется препарировать сначала разум, а потом и тело жителя иного мира, чтобы получить максимум информации. – Вы в детстве разве им лапки не отрывали? Без пары-тройки они бегают, пусть неуклюже, но резво. И даже с наполовину отсутствующим туловищем еще долго шевелятся. К тому же если маленькая букашка тащит соринку, по размерам раз в десять превышающую ее саму, то будь она размером с человека, могла бы жонглировать бревнами.

– Умение думать так редко в нашем мире, – одобрительно кивнул Грайден. – Цени и развивай его. Пригодится. Ты бестиарий уже вызубрил наизусть, наверное? Трактат о чем хотел бы почитать следующим?

– Ну, близко к этому, – согласился с ним я, действительно проштудировавший не такой уж большой фолиант с множеством картинок от и до. – А можно что-нибудь вроде самоучителя по азам волшебства?

– Зачем? – удивился волшебник. – Повелителем волшебных сил тебе никогда не стать. Гарантирую. Слишком мало нужной для этого энергии содержится в ауре простых людей. Ну, или не совсем людей. Со способностями к творению заклинаний надо родиться.

– Интересно, – пожал плечами я. – К тому же от знакомых одаренных приходилось слышать, что минимум таланта есть у каждого. А зажечь костер без огнива или там залечить царапину было бы полезно. Или подобная литература запрещена к свободному распространению?

– Да нет, – пожал плечами Грайден. – Подобное ограничение просто бессмысленно. Хотя, пока мы дойдем до дома, я в принципе и сам могу тебе объяснить общие принципы магического искусства. У всего живого, да и не только, есть аура, содержащая некоторое количество энергии. Если ее больше определенного для каждой вещи или существа значения, то с излишком можно производить определенные манипуляции.

– А если меньше? – уточнил я. Может, удастся придумать, как манипулировать тем, что есть, пусть и в крохотном количестве? Пусть криво, пусть косо, пусть с плохими последствиями для себя. Иногда лишь запредельные и запрещенные в обычной жизни приемы могут прийти на помощь.

– Объект немедленно рассыпается на мельчайшие элементарные составляющие, – обрадовал меня волшебник. – Но чтобы подобное произошло, тянуть силу из него должны два-три архимага. Снизить значение содержащейся в обычных вещах энергии практически невозможно. А потому часто наблюдается некоторое превышение постоянного уровня, которое, натренировав разум и волю, можно использовать по своему усмотрению. Это и называется магией.

– Понятно, – задумчиво протянул я. – И чем же тогда чародеи отличаются от обычных людей?

– Количеством доступной мощи, – пожал плечами потомственный заклинатель. – К примеру, той, которая имеется в твоем распоряжении, хватит ну, чтобы… чтобы… вот.

Перед его вытянутой вперед ладонью в воздухе затанцевала небольшая искра. Размером примерно с комара или мелкую муху. Не впечатляет как-то. Даже в ночной темноте она дает слишком мало света, чтобы, к примеру, подсветить себе в темном подъезде. Иные светлячки ярче бывают.

– На большее, чем этот жалкий огонек, твоей магической силы, извини, не хватит, – покачал головой чародей. – В то время как минимальным уровнем, при котором рекомендуется тренировать неофита, считается как минимум в десять раз лучший результат. Тогда он хоть на какого-то низкосортного колдуна-ритуалиста сможет при должном старании выучиться. Увы, но дар волшебства у обычных людей встречается крайне редко. И почти всегда они неучтенные потомки кого-то из обладающих им, в ком взыграла кровь предков. А в оставшихся случаях таковых просто не удается установить никакими имеющимися в наличии способами.

– Но как же тренировки? – удивился Крот, внимательно прислушивающийся к нашему разговору. – Ими же можно увеличить данные от природы способности. Иначе почему все шаманы говорят именно так и постоянно камлают при каждом удобном случае?

– Все просто, – пожал плечами Грайден. – Магическая сила стоит на двух основах. Доступном запасе энергии и ее контроле. И первое, и второе действительно увеличивается со временем при использовании таланта чародея. В среднем считается, что двадцать лет ежедневных продолжительных медитаций повышают первый параметр в два раза. Ну а со вторым все строго индивидуально. В принципе, он обычно дается слабым волшебникам достаточно легко, ибо чтобы склонить травинку, нужно куда меньше усилий, чем для изгибания ветки.

– То есть на минимальный уровень ученика чародея я выйду лет за сто интенсивных тренировок, – подсчитал я. – Печально. Но знаете, все равно очень хочется попытаться. Поможете?

– Великаны, конечно, долгожители, – задумчиво протянул Грайден, – но ты же не чистокровный, чтобы мерить свой жизненный путь веками! А впрочем… почему нет? Основам медитации научить не сложно, а дальше все равно невозможно пытаться овладеть заклинаниями раньше, чем для них окажется достаточно силы. А теперь прибавь-ка ходу! Мне не терпится узнать, как твой организм отреагирует на кровь упыря.

– А зачем вам все эти эксперименты с медицинскими опытами? – Скорость шагов пришлось увеличить, чтобы не отстать от чародея. – Ведь есть вроде бы профессиональные целители, которые по любому лучше разбираются в данной сфере.

– Все просто, – пожал плечами мой наниматель. – Процесс инициации… ну это процедура такая, ускоряющая у молодого волшебника восполнение энергии в ауре едва ли не на порядок, весьма опасен. И чем сильнее дар, тем большие негативные последствия могут быть. Можно сказать, она бич могущественных волшебников. Средства сделать ее безопасной или хотя бы облегчить протекание в сложных случаях ищутся всеми чего-то стоящими магами. И, должен сказать, успехи есть. За последние четыреста лет удалось уменьшить смертность вдвое, а многие неизлечимые ранее травмы стали поддаваться лечению. Но до окончательной победы еще далеко, и тот, кто сделает в ее сторону хотя бы шаг, уже становится очень уважаемой среди коллег личностью. А уж если будет найдено окончательное решение проблемы… Имя счастливчика, которому оно попадется, будет греметь тысячелетиями.