Право волка - Лана Морриган

– Идиот, – зарычал Ар, подхватывая Лилю. Если бы не девчонка в руках, дал бы хорошего пинка.

– Митя, с ума сошел? Она же слабенькая, ей сейчас покой нужен. Девочка разнервничалась, а тут ты со своими фокусами, – Вела отчитывала сына.

Перехватив удобнее Лилю, Ар нес ее к дому:

– Вела, позвони Константину. Объясни ситуацию.

– Уже звоню, – Лео откинул ехидство. Одной рукой листая контакты в телефоне, второй дал хорошую затрещину мимо проходящему Дмитрию.

– За что? Она сама догадалась.

Сестра старалась не отставать за широкими шагами Ара:

– Куда ты ее несешь?

– В свою комнату, – руки подрагивали, и Ар старался не выдать охватившее его волнение, сильнее прижав к себе девчонку. Сколько он провел ночей под ее окнами, в ожидании… Зверь готов был выть от отчаяния, и вот – сама пришла.

– Тебе не кажется, что ей там будет не комфортно?

– Не кажется, – отрезал парой слов. Зверь рычал.

– А ты подумай. Она и так напугана, а еще очнется в незнакомой постели, – они достигли лестницы и поднимались по ступеням в полном молчании. Вела знала брата: давить нельзя, нужно привести аргументы и ждать – Ар сам примет правильное решение. – Отнеси в ту комнату, в которой уже ночевала.

– Хорошо. Там и Эля рядом, ты права, – повернул он в противоположную сторону.

– Да, – Вела улыбнулась словам брата и поспешила обратно. – Мне как раз нужно с ней переговорить.

У двери в спальню Ара нагнал Константин:

– Рассказывай, – мужчина помог открыть дверь и снял покрывало с кровати. – Серьёзно? Я не ошибаюсь? Тебя можно поздравить?

Ар проигнорировал его слова и аккуратно уложил Лилю в кровать.

– Она сегодня переволновалась: впервые увидела оборот. Сделай так, чтобы поспала. Нам предстоит серьезный разговор, – присел в ногах и не сводил взгляда с лица девушки. – Только давай вот без этого вашего мозгокопательства, – одернул, увидев, как Константин прикладывает пальцы к вискам Лили.

– Хорошо, есть отличное успокоительное. Проспит до утра, гарантирую. И никакого вреда волчонку, – быстро добавил под тяжелым взглядом Ара.

Тот согласно кивнул головой и отвернулся, не желая наблюдать, как игла шприца касается предплечья.

– Ну, тихо-тихо, девочка, тебе нужно поспать, – уговаривал Константин.

Лилия попыталась подняться, но тяжелые руки, прижавшие ее к постели, заставили откинуться на подушку. Под действием препарата несколько раз тяжело моргнула и провалилась в сон.

– Как проснется, сообщи. Счастливчик! – Константин хлопнул мужчину по плечу и вышел из комнаты, прихватив небольшой чемоданчик.

Ара оставили один на один со своими мыслями и с мирно спящей Лилей. Придвинул кресло ближе к кровати и устало в него опустился. Зверь внутри скулил, просил хотя бы мимолетного прикосновения. Мужчина придвинулся вплотную и взял в свои ладони крохотную, такую нежную и прохладную на ощупь кисть. Зверь затих, страшась спугнуть, и наслаждался невинной лаской. «Моя, – твердил. Замолкал на время и продолжал, – моя. Семья».

Скинув обувь, мужчина аккуратно, чтобы не потревожить, прилег рядом, прикрыл глаза. Ему уже давно не было так легко и спокойно: ровно с тех времен, когда он был еще счастлив. Когда была жива Таита. Его нежная и страстная Тая.

Если не открывать глаза, то можно представить, что он лежит рядом с ней. Тая скоро проснется, потянется, раскинув руки, и прижмется к его боку, бормоча: «Поваляемся еще полчасика и встаем, хорошо?»

Этого не будет. Никогда.

Но Луна дала ему второй шанс. За что так одарила богиня? Чем он заслужил благословение – он и сам не мог понять.

Сейчас рядом с ним лежала его пара, смысл жизни любого волка. Его семья, якорь, чтобы не сорваться, не поддаться жгучему чувству потери и не превратиться в безумного зверя, гонимого инстинктами. Эта мысль разливалась в груди теплом, заполняя пустоты, придавая существованию цель.

Его целью, точкой схода, вселенной, стала хрупкая девочка и зарождающаяся новая жизнь внутри. От этой мысли зверь ликовал. Если бы ему разрешили обратиться, он обязательно бы носился, прыгая и вертясь, как неразумный щенок.

Приобнял девушку одной рукой, положив ладонь на живот. Мужчину откровенно трясло, каждый вздох, ощущаемый ладонью, приводил в трепет.

Все это – иллюзия, иллюзия счастья. Завтра, когда она проснется, будет его ненавидеть за его слабость, за его подлость. Не разрешит и пальцем коснуться, не то, чтобы спать в одной постели.

Будет кричать, бранить, обвинять… но не сегодня, сегодня он мог себе позволить лежать рядом.

Сестра бесшумно вошла в комнату и очень тихо произнесла:

– Идем. Нам всем нужно поговорить.

– Ее нельзя оставлять одну. И я не хочу, – честно признался. Приподнялся на локтях, взглянул на сестру: она должна его понимать.

– Я все понимаю, – подтвердила, будто слышала его мысли. – Но есть вещи, которые нужно решить сегодня. С ней посидит Эля, я ей все объяснила. И ты сможешь вернуться, как только решим, что делать дальше.