Часовые Запада - Дэвид Эддингс

- Да, да, я знаю. - Она повернулась к Эрранду, которыйвнимательно изучал изящную статуэтку из дутого стекла, изображавшую маленькуютрясогузку, сидящую на распускающейся веточке. - Не трогай ее, пожалуйста,Эрранд, - предупредила она. - Она очень хрупкая и очень дорогая. Итак, - сноваобратилась она к Бренду, - надеюсь, что все глупости и недоразумения позади.По-моему, в Ривском королевстве снова воцарился мир.

- Я очень на это надеюсь, - произнес Бренд с усталойулыбкой. - Мне так хочется, чтобы в королевской детской появился жилец.

- На это потребуется еще какое-то время.

- Это приобретает все большую важность, Польгара, - серьезносказал он. - Мы все немного волнуемся из-за того, что у престола нетнаследника. Не только я один. И Анхег, и Родар, и Хо-Хэг мне об этом писали.Вся Алория затаив дыхание ждет, когда у Сенедры появятся дети.

- Но ей всего лишь девятнадцать лет, Бренд.

- У большинства алориек к этому возрасту уже по два ребенка.

- Сенедра не алорийка. Она даже не чистокровная толнедрийка.Она происходит из дриад, а у дриад есть свои особенности в том, что касаетсянаступления зрелости.

- Алорийцам все это будет нелегко объяснить, - ответил Бренд.- У Ривского трона должен быть наследник. Королевская династия должнапродолжаться.

- Дай им немного времени, Бренд, - миролюбиво произнеслаПольгара. - Они еще успеют. Главное, что они снова спят в одной спальне.

День или два спустя, когда солнечные блики скользили поводной глади Моря Ветров и легкий ветерок нагонял белую пену на гребни зелёныхволн, в Ривскую гавань, осторожно лавируя между двух скалистых мысов, с двухсторон обнимавших ее, вошел огромный черекский военный корабль. Фигура капитанатоже была отнюдь не щуплой. У штурвала стоял Бэрак, граф Трелхеймский, егорыжая борода развевалась по ветру, а взгляд глубоко посаженных глаз былнапряжен и сосредоточен, поскольку он вел корабль через коварные водоворотывдоль одного из мысов к каменному причалу. Не успели его матросы отдатьшвартовы, как Бэрак уже спешил по длинной гранитной лестнице наверх к цитадели.

Бельгарат и Эрранд стояли на парапете у стен крепости ивидели, как прибыл корабль Бэрака. Поэтому, когда великан приблизился к тяжелымворотам, они уже вышли ему навстречу.

- Что ты здесь делаешь, Бельгарат? - спросил его Бэрак. - Ядумал, ты в Долине.

Бельгарат пожал плечами.

- Да вот, приехали погостить.

Бэрак поглядел на Эрранда.

- Здравствуй, малыш, - сказал он. - А Польгара и Дарник тожездесь?

- Да, - ответил Эрранд. - Они все в Тронном зале смотрят наБельгариона.

- А что он делает?

- Его величество вершит судьбы государства, - коротко сказалБельгарат. - Мы видели, как ты вошел в гавань.

- Не правда ли, впечатляющее зрелище? - гордо спросил Бэрак.

- Твой корабль передвигается, как беременный кит, Бэрак, -бросил ему Бельгарат. - Ты, видимо, еще не понял, что самое большое - это необязательно самое хорошее.

Лицо Бэрака приняло выражение оскорбленной невинности.

- Я же не высмеиваю то, что находится в твоей собственности,Бельгарат.

- В моей собственности ничего не находится, Бэрак. Чтопривело тебя в Риву?

- Меня послал Анхег. Гарион еще долго будет занят?

- Сейчас выясним.

Король Ривский завершил официальные утренние приемы и,сопровождаемый Сенедрой, Польгарой и Дарником, шел по темному глухому коридору,соединявшему Тронный зал с королевскими покоями.

- Бэрак! - воскликнул Гарион и поспешил навстречу своемустарому другу, увидев его у дверей своей комнаты.

Бэрак неловко покосился на него и отвесил церемонный поклон.

- Что все это значит? - спросил его ошеломленный Гарион.

- Ты еще не успел снять корону, Гарион, - напомнила емуПольгара, - и королевскую мантию. Ты в них очень торжественно выглядишь.

- Ах да, - смущенно сказал Гарион, - я и забыл. Давайтевойдем. - Он отворил дверь и провел их в расположенную за ней комнату.

С широкой улыбкой Бэрак заключил Польгару в крепкие медвежьиобъятия.

- Бэрак, - задыхаясь, произнесла она, - с тобой будетгораздо приятнее близко общаться, если не будешь забывать мыть бороду всякийраз после того, как поешь копченой рыбы.

- Я съел только одну штучку, - попытался оправдаться он.

- Этого достаточно.

Обернувшись, он положил свои тяжелые руки на плечи Сенедре игромко чмокнул ее в щеку.

Маленькая королева, рассмеявшись, вовремя успела подхватитькорону, чтобы та не соскользнула с ее головы.

- Ты права, Польгара, - сказала она, - душок действительноне из приятных.

- Гарион, - жалобно произнес Бэрак, - я умираю, пить хочу.

- А что, все бочонки с элем на твоем корабле пересохли? -спросила его Польгара.

- На борту "Морской птицы" не пьют, - ответилБэрак.

- Как?!

- Я хочу, чтобы мои матросы были трезвыми.

- Поразительно, - прошептала она.

- Это дело принципа, - торжественно провозгласил Бэрак.

- Да, трезвые мозги им действительно нужны, - согласилсяБельгарат. - Иначе на этой посудине далеко не уплывешь.

Бэрак бросил на него обиженный взгляд.

Гарион послал за элем, с явным облегчением снял корону имантию и пригласил всех присесть.

После того как Бэрак более или менее утолил жажду, лицо егоприняло серьезное выражение. Он взглянул на Гариона.

- Анхег послал меня предупредить тебя, что мы опять началиполучать известия о Медвежьем культе.

- Я думал, что с ним было покончено при Тул-Марду, - сказалДарник.

- Перебили приверженцев Гродега, - возразил ему Бэрак. - Ксожалению, Гродег - это еще не весь культ.

- Я тебя не совсем понимаю, - сказал Дарник.

- Все это довольно запутанно. Видишь ли, Медвежий культсуществовал всегда. Это неотъемлемая часть религиозной жизни в наиболееотдаленных местах Черека, Драснии и Алгарии. Но время от времени кто-нибудь,чьи амбиции перевешивают здравый смысл, вроде Гродега, берет все в свои руки ипытается установить культ в городах. Но все дело в том, что в городах Медвежийкульт не действует.

Дарник нахмурил брови, стараясь уловить суть этихнеожиданных вестей.