История одного эльфа - Галина Львовна Романова

Наконец мы добрались до берега озера, и я увидел замок, обнесенный рвом и крепостной стеной. Две высокие башни возносились вверх, заснеженная тропа вела к распахнутым настежь воротам. Неподалеку находилась ферма светлых альфаров — три низких домика в окружении надворных построек.

— Вот тут я живу, — ровным голосом произнесла леди. — Мы приехали. Вам можно не провожать меня дальше. Возвращайтесь к своим, пока вас не хватились!

Я спешился, подошел к ее лошади.

— Прощайте, Данкор, — промолвила леди, протягивая мне руку для поцелуя. Я бережно коснулся губами ее кожи. О Покровители! В этот миг я был вне себя от счастья! И если бы госпожа промедлила еще миг, стащил бы женщину с седла и сжал в объятиях. Но тонкие пальцы выскользнули из моих рук, эльфийка слегка пришпорила коня и поскакала прочь, оставив мне незавидную участь — безмолвно смотреть ей вслед.

Только когда всадница миновала ворота и они начали закрываться за ее спиной, я смог сдвинуться с места, влез в седло и шагом поехал прочь. На моих губах все еще жил вкус ее нежной кожи, а в ушах звучал самый прекрасный в мире голос: «Прощайте, Данкор!» Она была права, моя несостоявшаяся возлюбленная. Между нами лежала слишком глубокая пропасть — наше общественное положение, ее замужество, клятва верности, которую я принес ее супругу. Мне нужно было скорее задушить в себе вспыхнувшее чувство ради нее же, чтобы не мешать ей жить.

И потянулись дни, слагаясь в недели и месяцы. Каждый день я просыпался утром с твердым намерением забыть леди Ленимирель, и днем мне вполне хватало сил, чтобы заглушить в себе вспыхнувшее чувство, но приходил вечер, ложась в постель, я закрывал глаза — и тут же образ эльфийки вставал перед моим мысленным взором. Не было и ночи, чтобы она не снилась мне, иногда так смело, что я, просыпаясь, чувствовал боль в напряженных чреслах. Другой бы на моем месте кинулся удовлетворять свою страсть с помощью готовых на все служанок или придворных дам, но я, наоборот, отчаянно избегал женщин из опасения назвать какую-нибудь из них именем Ленимирель. Мой рост — а я был выше всех рыцарей охраны — привлекал ко мне дам, в том числе и замужних, но я шарахался от них, находя тысячи причин отказывать им в ласках. Они были мне не нужны. В мире существовала лишь одна женщина, которую я мог бы любить, — и именно она была для меня недоступной.

Миновала зима, за нею как-то незаметно промелькнула весна, наступило лето. На его макушку, в самые короткие ночи, была назначена свадьба лорда Дайнелира. Конечно, обычно между помолвкой и свадьбой может пройти от полугода до нескольких лет — как правило, пока жених не выполнит какого-либо обета, данного на алтаре Покровителей в честь возлюбленной. Но насколько я знал, лорд Дайнелир не брал на себя обетов, так что молодым ничто не мешало пожениться при первом же удобном случае.

Лорд-Наместник дал согласие на свадьбу младшего брата так внезапно и назначил такие короткие сроки, что у приближенных не хватало рук. Его мать и леди Свирель, младшая сестра обоих братьев, с энтузиазмом взялись за дело, но у леди Свирель был маленький ребенок, и она не могла сделать все, что запланировала. Тем более что родители невесты не имели права вмешиваться и предлагать свою помощь. По обычаю, они должны были готовить приданое и молиться, чтобы жених не передумал в самую последнюю минуту.

В один из суматошных дней меня и вызвал к себе лорд-Наместник. Все это время я разрывался между желаниями как-то выделиться или забиться подальше и не показываться ему на глаза, поэтому предстал перед лордом Дейтемиром со смешанными чувствами.

— Это ведь ты провожал мою жену зимой с охоты? — спросил он.

— Да, милорд. — Я склонил голову, чтобы глаза не выдали мои чувства, вспыхнувшие при воспоминании о том дне.

— Ты довез ее до самого замка?

— Да, милорд.

— В таком случае, знаешь, где он расположен? Я только кивнул.

— Вот и отлично! Возьмешь трех сопровождающих и привезешь леди сюда, — распорядился лорд-Наместник. — Мне желательно увидеть мою жену здесь. Леди Свирель нужна помощь в подготовке свадьбы нашего брата, и я хочу, чтобы леди Ленимирель приняла в этом участие. Ты все понял?

— Да, милорд.

До свадьбы оставалось несколько дней, так что в путь я пустился, не медля ни минуты. Сердце летело впереди меня, приходилось сдерживать бег коня, чтобы сопровождающие рыцари ни о чем не догадались. Впрочем, я всегда мог отговориться, что горю желанием как можно скорее и лучше выполнить приказ господина и заслужить его похвалу. Пусть считают меня карьеристом! Это так естественно для небогатого провинциала, случайно попавшего в число охранников самого Наместника!

Летом леса и перелески выглядели совсем не так, как зимой. Замок выделялся среди яркой зелени, отражался в водах озера. Как и в прошлый раз, мы подъехали с противоположной стороны, так что я смог оценить и ровную голубую гладь озера, и возвышающиеся над ней башни и крепостные стены. Ворота были плотно закрыты, но отворились, едва сопровождающий меня горнист протрубил первые ноты гимна Кораллового Острова.

В маленьком дворе сразу стало тесно от коней. Выскочившие слуги-альфары приняли у нас лошадей, кто-то бросился в замок предупредить госпожу, а я пошел следом. Прошло более полугода с того единственного дня, когда я видел леди-Наместницу и говорил с нею. Любые чувства за это время должны были претерпеть изменения. Да она, наверное, меня и не помнит.

Леди встретила нас, сидя в кресле в большом пустом зале — кроме кресла и очага, в помещении ничего не было. Даже на стенах не висело гобеленов и цветных драпировок, и голые плоскости как-то странно давили на хрупкую женщину. Холодом веяло от прекрасного лица и стройной фигуры. Госпожа сидела такая спокойная и полная достоинства, что я сам поневоле успокоился.

— Моя леди, — я остановился, не дойдя до кресла нескольких шагов, — я привез вам радостную весть. Ваш супруг, высокородный лорд-Наместник, приглашает вас прибыть ко двору.

Маска спокойствия слетела с ее лица, так отлетает в сторону вуаль под порывом ветра. Вскочив с места, женщина всплеснула руками и с радостным криком бросилась мне на шею:

— О Данкор! Какое счастье!

Я не успел ни отстраниться, ни сделать какое-нибудь движение. Порывисто обхватив мою шею руками, леди Ленимирель расцеловала меня в обе щеки.

— Данкор, милый Данкор! Наконец-то!

Я застыл и не мог пошевелиться, слышал только медленный звон — это упало и разбилось мое бедное сердце.

Не буду описывать ни саму свадьбу, ни последовавшие за нею дни празднеств и увеселений. Не каждый день в семействе Наместника Кораллового происходило такое важное событие, как женитьба, и череда праздников, турниров, пышно обставленных охот, пиров, балов растянулась на несколько месяцев. До конца лета замок лорда Дейтемира служил центром всеобщего развлечения, а с наступлением осени празднества переместились на окраины. Многие приближенные Наместника устраивали пиры, на которые в обязательном порядке приглашалась и семья лорда.