Замок Ругна - Пирс Энтони

Замок Ругна находился в самом центре Ксан-фа. Приятели шли туда, придерживаясь южного направления. Им предстояло перейти Провал, разделяющий Ксанф на две части. Дор еще не знал, как они перейдут Провал. В его дни северная Глухомань, по которой они сейчас шли, была не так опасна, как южная, по ту сторону ущелья. Прошлая магия куда слабее будущей, и значит, на этой, северной, стороне можно чувствовать себя более-менее спокойно. Но волшебная земля во все времена имела привычку обманывать путников, поэтому лучше держать ухо востро.

Замок Ругна... Если и сейчас на стене в гостиной висит гобелен, то что же на нем изображено? Неужели еще восемьсот лет прошлого? А может, настоящее, а значит, он сам, идущий к замку Ругна? Как интересно!

Прыгун остановился и поднял две передние лапы, наиболее, похоже, чувствительные к разным неожиданностям. Дор не заметил у паука ничего похожего на уши. Может, паук слышит лапами?

– Что-то странное, – протрещал паук. Прыгун уже привык к здешним неожиданностям. Если его что-то смутило, значит, это что-то и в самом деле нечто из ряда вон выходящее.

Перед ними стояло какое-то существо. Оно было похоже... Нет, не то, хотя сходство имелось... В общем, оно походило... на гуся – красный клюв, перепончатые лапы, крылья, – но отличалось и чем-то лисьим – пушистый хвост, – вдобавок посреди тела у него зияла здоровенная дыра, в которой что-то грозно гудело. К тому же там и сям из чудища торчали зеленые веточки. Кажется, липовые. Существо не пугало, а скорее озадачивало.

– Думаю, лучше его обойти, – пробормотал Дор. Он знал, что если пойти на запад, то упрешься в зловонное булькающее болото, а если на восток – то в заросли собачьего зуба и поносной травы. Нет, пройти надо здесь. – Мы же не замышляем ничего дурного, – сказал Дор. – Думаю, оно тоже.

Прыгун явно не понимал, что происходит. Дор перестал рассуждать и просто сделал шаг вправо. Обойти чудище и не упасть в болото – вот что им надо сделать.

Но из гудящей дыры неожиданно вырвался прямо-таки ураганный вихрь. Дора отбросило назад.

– Не пройдешь, – прогудело чудище. – Меня зовут Продувная Бестия. Я тебя сдую.

– Но мы не ищем с тобой ссоры, – возразил Дор, припомнив фразу, которую взрослые произносят в подобных случаях. – Если ты нас пропустишь, мы не причиним тебе зла.

– Если ты пройдешь, значит, меня обштопаешь. А на то я и Хорош Гусь, чтобы самому всех облапошивать, надувать, обувать и околпачивать.

Хорош Гусь, он же Продувная Бестия. В современном Ксанфе встречались разные чудеса, но это нечто невообразимое.

– Я не хочу причинять тебе вреда, гусь, – проговорил Дор и взялся за меч. Похоже, порезал плечо! Ничего не поделаешь, но надо признать, эта штуковина висит очень неудобно. – Нам надо пройти.

Продувной гусь снова дунул. Паук и Дор стали увеличиваться, как воздушные шарики. Потом на них упали какие-то тяжелые колпаки.

– Я вас надул и околпачил! – захлопал крыльями гусь.

Чудище было непобедимо. Дор испугался! В грубом теле обыкновена находилась робкая детская душа, не привыкшая к сражениям. Ужасная смерть гоблинов еще стояла у него перед глазами, и новых смертей он не хотел.

– Тогда мы просто отыщем другой путь.

– Дудки! – прогоготало чудище. – Гуся победит только гусь! Сейчас обведу вокруг пальца!

Из земли вырос громадный палец, и Дор забегал вокруг него, как на веревочке. Приложив все силы, Дор затормозил и выхватил меч.

– Прочь с дороги! – крикнул он.

– А я тебя подкую! – ответил гусь.

Дор увидел, что его ступни превратились в копыта, а на копытах, естественно, появились подковы.

– Нагрею! Охмурю! Обую на обе ноги!

И Дор послушно чувствовал жар, нырял в какие-то тучи, топал громадными тапочками. Потом, собрав последние силы, он выхватил меч и ударил по гусиной шее. Гусь раскололся на две половинки, словно гнилой орех... но кровь не брызнула.

– Я же неистребимый хитрый лис! – крикнул гусь, срастаясь вновь, но немного неправильно: там, где раньше был хвост, теперь оказалась голова, и наоборот. – Я из плута скроен, мошенником подбит! Не свернешь меня!

Дор размахнулся вновь. Но ничего не изменилось. Из десятка отдельных кусочков получилось существо, в десять раз причудливее прежнего: вместо двух гусиных лап выросло десять кошачьих, клюв занял место хвоста, а хвост торчал из спины, как дым из трубы.

– Куплю и продам! – вопило чудо-юдо. – Напою и вытрезвлю! Очки вотру!

– Прыгун, на помощь! – в отчаянии крикнул Дор.

– Я здесь, приятель! – протрещал паук. – Иду на помощь! Только спрячь меч, чтоб меня не поранить!

Дор послушался. Он весь дрожал от страха и унижения. Чтобы стать отважным, мало иметь богатырское тело!

Прыгун совершил блестящий прыжок и очутился рядом с Дором.

– Свяжу его паутиной! – протрещал паук. – Оно не сможет двигаться!

Прыгун быстро извлек из себя целый ворох ниток и плотно обмотал ими гуся.

– Где прыжком! Где боком! Где ползком! – вопил связанный гусь. – А где и на карачках! И он снова очутился на свободе.

– Боюсь, приятель, с меня тоже хватит, – устало протрещал паук. – Давай лучше посидим, подумаем. – Он обвязал Дора паутиной, прицепил нить к ветке высоченного обыкновенного дерева и осторожно подтянул приятеля.

– А! Убегаете! – завопил гусь и попытался схватить Дора за ноги.

– Гусь – это ложь, – принялся рассуждать Дор. – Через ложь можно... Что можно? Через ложь можно переступить. Так мы и сделаем.

Гусь внизу загоготал и исчез, оставив после себя небольшую лужицу. Друзья спустились с дерева, переступили через лужицу и пошли дальше.

– Ну и чудеса, – протрещал Прыгун, а Дор только головой покачал.

Зная уже, что от здешних мест можно ждать любой неожиданности, они шли вперед, не сбавляя хода. Грозный – а на самом деле очень добрый – Прыгун отпугивал хищников. Он казался инопланетянином – а был обыкновенным пауком, только очень большим.

Как рассудил Дор, к вечеру они прошли большую часть северного Ксанфа. Могли пройти и больше, но поиски еды то и дело задерживали их. Он припомнил, что где-то поблизости есть Дремучий лес. Но устраиваться там на ночлег небезопасно – уснувший мог задремать навсегда. Они расположились подальше от рощицы – в поле, на ветке одинокого комарного дерева.

На следующее утро им предстояло пройти Дремучим лесом. И они прошли, очень быстро, не задерживаясь ни на минуту. И все же Дор почувствовал головокружение. Хорошо, что первобытные дремотники куда слабее своих потомков. Дор легко справился со слабостью. Прыгуна с непривычки развезло, но Дор подгонял его, пока они не вышли из опасного места.

И наконец перед ними открылся Провал. Невероятной ширины, невероятной глубины. Самая живописная и грозная достопримечательность Ксанфа.