Персональные демоны - Лиза Десроушерс

— То есть ты понятия не имеешь, что случилось? — спрашиваюя, шлепаясь на свою кровать. — Никогда раньше не видела, чтобы мои родители таксебя вели.

— Ни малейшего.

Я поджимаю ноги под себя и опираюсь на руку.

— Ладно, это действительно было поразительно. Как будтопообщалась с незнакомцами.

Он осматривает мою комнату, и на его лице появляетсяудивленная улыбка.

— Ну, прямо «Вторжение похитителей тел»[19]... — Его пристальный взгляд перемещается ко мне, аброви приподнимаются. — Могло произойти...

Он вновь поворачивается к стенам и обходит мою комнату покругу.

— Интересные обои, — говорит он, останавливаясь, чтобыпрочитать некоторые надписи, сделанные Тейлор и Райли. Поднимая глаза на МонаЛизу, он невесело смеется и бормочет:

— Так и есть, и как можно скорее...

— Что? — переспрашиваю я.

Он смотрит на меня в течение секунды.

— Ничего.

А потом я вспоминаю, что Тейлор написала на картинке: «МонеЛизе необходимо потрахаться».

Его глаза опускаются на мой комод, и он поднимает рамку сфотографией. Он смотрит на изображение довольно долго. Проводя пальцем постеклу, он спрашивает:

— Кто это?

— Я и мой брат. — Я смотрю в окно на собирающиеся нагоризонте грозовые тучи.

Его голос звучит удивленно.

— Твой брат?

— Он умер, — говорю я прямо.

— Когда?

Я смотрю на него и вижу в глазах сочувствие, которого незаслуживаю. Мои внутренности закручиваются в тугой узел, замирающий где-то врайоне горла. Я действительно не хочу этого разговора.

— Десять лет назад. — Я вытаскиваю учебник по праву из своейсумки.

Я слепо провожу пальцем по странице книги, делая вид, чточто-то ищу, на самом же деле изо всех сил борюсь с подступающими слезами.

Он садится на мой рабочий стул.

— Хочешь поговорить об этом?

Боже, нет.

— Не очень. — Я спрыгиваю с кровати. — Я тут закачала многоновой классной музыки, — говорю я, надеясь, что он не замечает волнения в моемголосе. Хватаю с комода айпод и подключаю его к динамикам. — Что бы ты хотелпослушать?

— Зависит от того, что у тебя есть.

Я глубоко вдыхаю и чувствую, как становится легче.

— The Fray, полное собрание, — говорю я, улыбаясь. — Немногонового из Saving Abel и Three Days Grace.

— Перемешай их, люблю сюрпризы. — Игривая улыбка на его лицезаставляет мое сердце подскочить.

Я нажимаю на кнопку воспроизведения, но так и не могусосредоточиться на музыке, потому что Люк встает со стула и направляется комне.

Я не могу понять, что именно вижу в его глазах... что-тособлазнительное или что-то опасное.

На губах его странная усмешка, вызывающая покалывание у меняв животе, которое распространяется по всему телу, заставляя задержать дыхание.

Но прежде чем он доходит до меня, дверь комнатыраспахивается, и мама с глазами, горящими огнем, врывается внутрь.

Вот блин...

Я пытаюсь прикрыть волосами свои горящие щеки и обращаюсь кней:

— Привет, мам.

— На два слова, Фрэнни, — говорит она, практически не двигаягубами. — В коридор, — добавляет она, когда я не двигаюсь с места.

Я поворачиваюсь к Люку, распахивая глаза в притворном ужасе.

Он начинает смеяться, пытаясь замаскировать это кашлем.

Я выхожу в коридор и закрываю дверь.

— Что?

— Я думала, ты поняла.

— Поняла что?

— Я не хочу, чтобы он был в твоей комнате, — говорит онасебе под нос.

— А если мы оставим дверь открытой?

Пожалуйста, пусть он останется.

Она смотрит на меня целую минуту.

— Открытая дверь, — говорит она, глядя на нее. — Недолго.

Я стараюсь сдержать улыбку. Мне сегодня поразительно везет.

— Спасибо, — говорю я, толкая дверь.

Она смотрит на меня еще какое-то время, а затем переводитвзгляд на Люка и начинает спускаться по лестнице.

Я захожу в комнату, Люк держит мой айпод в руках.

— У тебя тут всего понемногу, — говорит он. — ДжиммиХэндрикс, Моцарт... Nickelback.

Я мычу что-то невразумительное, стараясь скрыть смущение.

Он кладет айпод обратно на динамики.

— Я так понимаю, раз меня не вытаскивают отсюда за уши, тебеудалось подписать мирное соглашение?

Внутри меня все сжимается, когда он вновь начинает медленнодвигаться в мою сторону.

— Что-то вроде того. С моей стороны уступкой была открытаядверь, — говорю я дрожащим голосом, указывая на коридор.

— О... — Он останавливается передо мной, слишком близко... Исмотрит в коридор, где туда-сюда шныряют мои сестры. — Что, видимо, должновозыметь эффект, ограничивающий нас от физических контактов. — Он поднимаетруку и проводит пальцами по линии моего подбородка.

Мое сердце совершенно непредсказуемо.

— Ага... точно... — Я хватаю свой учебник по праву скровати. — Ты уже закончил домашнее задание мистера Руньона?

Он улыбается.

— Не-а.

Я достаю свой ноутбук из сумки и располагаюсь на полу. Онусаживается рядом со мной, опираясь на кровать.

Я изо всех сил стараюсь игнорировать своих сестер, которыезаглядывают к нам по очереди, проверяя, чем мы занимаемся.

Когда мы заканчиваем, я провожаю его до машины.

— Ну, увидимся в понедельник?

— В понедельник, — соглашается он, садясь в машину изакрывая дверь.

Я наклоняюсь к окну и удивляюсь доносящейся оттуда музыке.

— Что ты слушаешь?

— Вивальди.

— Серьезно?

Он улыбается и наклоняется ближе.