Гримм. Ледяное прикосновение - Джон Ширли

– Что?

Ник демонстративно углубился в изучение банки на пол-галлона с заспиртованным черным гомункулусом, перекрученным, как старое дерево. Это еще что за ерунда – сушеный зародыш гнома?

Тем временем Монро выпалил все, что его тревожило:

– Я не могу перестать думать, правда ли ты в безопасности – здесь, одна!

– Ох, Монро, ты иногда такой… Ник! Скажи ему!

Ник улыбнулся Розали.

– Насколько мне известно, сейчас ей абсолютно ничего не угрожает, Монро, – подтвердил он.

– Вот именно, что сейчас, – уперся Монро. – Спасибо, успокоил. Рози, ты не понимаешь, – он снова повернулся к девушке и взял ее руки в свои. – Если бы ты только знала, что творится вокруг… Да у тебя бы голова взорвалась! Не в прямом смысле, конечно.

– Все хорошо, милый, – ответила Розали, обнимая его. Монро уткнулся ей носом в шею.

Ник неожиданно почувствовал себя лишним.

– Мне пора, – неловко встрял он. – Я только хотел предложить… Розали, не съездить ли тебе проведать кого-нибудь из родственников? Всего на пару дней. Отдохнешь подальше отсюда, пока мы не разберемся с «Ледяным прикосновением». Они работают в Портленде, вербуют Существ. Монро позвонит тебе, когда все утрясется.

– Что? – она отпрянула и уставилась на Ника. – Да я только вернулась из поездки! У меня счета не оплачены и очень много работы. И потом, кто захочет вербовать меня? Разве я похожа на разбойницу?

Ник сделал вид, что придирчиво ее разглядывает.

– Э-э… Нет, – наконец вынес вердикт он. Миловидная шатенка Розали никак не походила на разбойницу – особенно в новом платье голубого шелка. Более того, даже после трансформации в лису она оставалась такой же милой, как и в человеческой форме. – Но видишь ли, они активно вербуют как раз тех людей, кого трудно представить в составе бандитской группировки. А ты для них представляешь определенную ценность.

Он кивнул на забитые банками полки магазинчика.

– Твои познания в травах, мудрость, которую хранят Рыжехвосты, запасы ингредиентов для зелий… Тем более, у этого магазина была дурная слава. До того, как сюда пришла ты. Понимаешь? Существа, которые помнят прежнего хозяина, могут рассказать об этом.

– Никто не заставит меня делать то, чего я не хочу, – буднично сообщила Розали.

– Рози, милая, именно в этом и проблема, – вмешался Монро, снова беря ее за руку. – Они особенно жестоко расправляются с теми, кто не желает сотрудничать. Делают из них наглядный пример для всех остальных.

– Что ж… Тогда оставайся здесь и охраняй мой покой.

– Я готов сторожить под дверью, если нужно.

– Этого не потребуется. Я найду для тебя место получше…

В этот момент у Ника зазвонил телефон. Розали с притворным изумлением уставилась на его брюки:

– Эй, у тебя опять что-то звенит в штанах! Ты уверен, что не нуждаешься в лечении?

Ник рассмеялся и выудил из кармана телефон.

– Бёркхарт.

– Ник, тот Гневохват, помнишь? – без предисловий начал Хэнк.

– Помню, – у Ника возникло нехорошее предчувствие, которое не замедлило оправдаться.

– Он мертв. Похоже на сердечный приступ, но… У него на спине отметины.

– Два укола, как от клыков?

– Угадал.

– Черт. Это Змеелорд.

– Хватит ругаться, старик. Лучше приезжай.

– Кажется, в последнее время я провожу в моргах слишком много времени, – задумчиво сообщил Ренард. Он, Ник и Хэнк окружили лежащее на столе тело Гневохвата. В комнате было холодно и пахло медикаментами. Из-за ароматов этого места, в которых мешались химикаты и разложение, у Ника всегда крутило живот.

Сейчас он склонился над телом с рулеткой в руке, проверяя расстояние между едва заметными дырочками на спине Дуга Зелински.

– Все верно. Это Змеелорд, – произнес он секунду спустя, выпрямляясь и качая головой. – Потом отступил на шаг, окинув взглядом тело, лежащее лицом вниз на столе из нержавейки. – Джульетта говорит, что любит абсолютно всех животных, но я уверен, что Змеелорд стал бы испытанием для этого чувства.

– Разве они животные? – переспросил Хэнк. – Скорее люди, которые могут обращаться, – он покосился на дверь, но они были одни. – Точнее, становиться более… звероподобными.

– И да, и нет, – возразил Ренард. – Люди тоже в каком-то смысле животные – приматы. Родственники обезьян. Получается, каждый человек – животное и одновременно нечто большее.

Ник положил рулетку на стол.

– Тем более, некоторым людям не надо быть Существами, чтобы вести себя, как звери. Серийным убийцам, например. Наркодилерам. Они хуже животных.

– Верно, – согласился Хэнк, мрачно глядя на тело. Спустя пару секунд он поинтересовался: – А эта трансформация, Волна… Это магия? Или результат эволюции?

– Я не знаю, – ответил Ренард. – Возможно, это какая-то мутация, но… Никто и никогда не занимался исследованием биологии Существ. Во всяком случае, мне об этом неизвестно, – он холодно взглянул на Ника. – Даже Гриммы подобным не интересовались. Их куда больше интересовало, как убивать Существа.

Ник давно заметил, что Ренард, говоря о Существах, никогда не употребляет «мы» или «нас», несмотря на то что в нем была лишь половина человеческой крови. Возможно, только потому, что он беседовал с Гриммом. Да, они были вынуждены сотрудничать, но капитан никогда полностью не доверял Нику. И это чувство было глубоко взаимным.

– Как Змеелорд попал в камеру? Кто его пустил к Зелински? Мы ведь распорядились, чтобы он сидел один.

Ренард в задумчивости поскреб подбородок.

– Технически это был Брайан Мерфи. Но сам он утверждает, что не помнит, кто дал ему бумагу с распоряжением подселить Змеелорда к Зелински.

– Не помнит? – недоверчиво протянул Хэнк. – Мерфи не похож на чокнутого.

– Возможно, его контролировал Колдун, – предположил Ник. – Если они при этом еще использовали Душегаситель, немудрено, что Мерфи ничего не помнит.

– Колдун? – Ренард явно напрягся, но потом заставил себя рассмотреть и эту версию. – Возможно. Потому что Мерфи же и оформил выход этого Колни – чего сам он, разумеется, не помнит. Где теперь Колни, непонятно.

– Колни – это парень-кобра? – уточнил Хэнк.

– Он так назвался, когда его оформляли, – кивнул Ник. Смерть Зелински искренне его огорчила. Детектив надеялся подержать Гневохвата под замком, пока проблема не разрешится.

Не стоило на это полагаться.

– У нас есть что-нибудь на этого Колни? Отпечатки пальцев в камере, судимости, хоть что-то?

– Он был очень осторожен, – откликнулся Ренард. – У Мерфи не осталось ни одного документа. Бедняга только твердит, что кто-то, дескать, влез в его бумаги. Такое ощущение, что он видел ордер, которого на самом деле не было.