Endgame. Вызов - Джеймс Фрей

Китай, Сиань, Большая пагода диких гусей, 6-й этаж

Кала материализуется на чердаке Большой пагоды диких гусей, ударяясь о жесткий деревянный пол. Она нырнула в пустоту за дверью пирамиды, и ее выкинуло сюда. Девушка едва дышит, но очень рада, что оторвалась от других Игроков.

Пока она предпочитает держаться от них подальше.

Пока ей хочется остаться одной, подышать спокойно и расшифровать бессвязную на первый взгляд цепочку арабских цифр и шумерских букв, которые кеплер 22b вытатуировал в ее сознании и от которых ею словно завладело внезапное умопомешательство, толкающее вперед.

Ей интересно, вызывают ли полученные подсказки такую же мощную реакцию и у всех остальных. И надеется, что да. Потому что это очень странные и неприятные чувства, которые смущают ее и обезоруживают.

Кале не хотелось бы оказаться единственной, кому от этого настолько плохо, у кого в мозгу выжжено послание, не поддающееся расшифровке. Возможно, это ставит ее в очень невыгодное положение. А она не любит хоть в чем-либо уступать другим. И она готова на все, чтобы поправить положение. И как можно скорее. Прямо сейчас.

Комната все такая же, какой она ее запомнила: темная, маленькая, старая. Только нет Игроков, сложенных в углу, словно скрученные в рулон ковры, нет призрачного голоса кеплера 22b.

«Слава Аннунакам», – думает девушка. Не желая столкнуться здесь с кем-то еще из соперников и не зная, когда кто-то может появиться, Кала бросается бежать по узкой потайной лестнице в главную комнату на предпоследнем этаже пагоды, в которой есть окна, выходящие на просторы Китая, на весь белый свет. Свет, которому скоро придет конец.

И множество людей умрет.

Кала останавливается, сжимая шарфы в кулаках, и, глядя на открытое окно, делает пируэт. Нужно убраться отсюда, чтобы оказаться как можно дальше от всех остальных, и как можно быстрее. Она резко встряхивается, и из комбинезона выпадает пара сетчатых перепонок: одна – под руками, вторая – между ног. Девушка пристально всматривается во тьму. Потом она набирает полные легкие воздуха, подбегает к окну…

…И выпрыгивает головой вперед. Она все рассчитала и понимает, какое расстояние ей потребуется. И что до столкновения с землей – всего 200 футов. Этого хватит – но в обрез. Шарфы трепещут и хлопают, перепонки ловят восходящий воздушный поток, и все получается. Кала не падает, а скользит, летит. И на какой-то миг, хотя и очень короткий, чувствует себя свободной.

«Слава богам».

Кода, выжженного в мозгу, больше нет. Других Игроков тоже нет. Давление пропало. Раз – и нет.

Она летит.

Но это длится недолго.

Вот она, земля.

Кала дергает головой и плечами, подает вперед таз. У нее непростой костюм. Он рассчитан не только на полеты, но и на относительно мягкую посадку. По краю перепонок раскрывается несколько крошечных парашютиков, замедляющих приземление. Кала нажимает кнопку на тканевой петле, которая захватывает средний палец, и вся передняя сторона костюма с громким свистом надувается. Когда девушка ударяется о землю, это больно, но ничего страшного. Воздушные подушки сдуваются так же быстро, как надулись, и, как и ровно 238 раз до этого, Кала вскакивает на ноги. И вот она уже бежит. Бежит прочь от этого всего, но в то же время бежит к цели. «Все находится здесь», – вспоминает Кала слова кеплера 22b. Что это значит? Когда он это сказал, девушка почувствовала себя маленькой и незначительной. И это ей не понравилось. Но долго думать об этом не удается: пока она бежит на полной скорости, код снова вспыхивает на переднем плане сознания, как сверхновая звезда.

И притягивает к себе столько внимания, что Кала даже не замечает преследователя.

Фальшь