Тайна пропавшей принцессы - Лика Вансловович

Рей заставил себя снова открыть глаза, прогоняя наваждение, так опасно напоминающее одержимость или… безумие. Он распахнул окно и вдохнул свежий прохладный воздух.

Ветер всегда откликался по первому зову: вот и сейчас легкий сквозняк касался пальцев правой руки, доверчиво позволяя командовать собой.

«Присмотри за ней, пока меня там нет!» - шутливо попросил его Рей, отпуская стихию и направляя ее в сторону общежития целителей.

***

Странный и совсем не по-осеннему теплый сквозняк ворвался в комнату через разбитое окно, разгоняя в стороны светлые занавески и взметнув в воздухе несколько листов с рецептами целительницы.

- Вот же гадство! - выругалась та и принялась собирать их по всей комнате.

Наглая стихия настигла свою цель и коснулась бледного лица магички, заботливо поправляя выбившиеся прядки волос и заставляя ту улыбнуться во сне.

- Уснула? - полушепотом спросила Шайла, сидящего у кровати Камилы парня.

- Да, правда, дышит тяжело, побледнела совсем! - пожаловался в ответ Дик.

- Посмотрела бы я на твое лицо, если бы и тебя целый час так полоскало без передышки! Я думала, это никогда не кончится! - ворчливо и устало проговорила целительница.

- Но теперь ее отпустило? - с беспокойством переспросил Дик.

- Не думаю, что совсем отпустило, до утра ей придется с этим справляться. Скорее всего, будет накатывать приступами: головокружение, болевые спазмы и рвота! Я не смогу это остановить, и никто не сможет, а к утру приворот окончательно развеется - ты только не отходи от нее далеко! Я так боюсь, что усну и не смогу позаботиться о ней! - она с надеждой посмотрела на хмурого стража.

- Ты выглядишь не многим лучше Камилы, Шай! - подал голос второй целитель.

- Тебе надо немного отдохнуть. Мы с Диком присмотрим за твоей магичкой, обещаю! - с несвойственной ему серьезностью заявил Слава.

Шайла с сомнением посмотрела на него, но все же заставила себя прилечь ненадолго, пока подруга спит.

***

- Наверное, я жутко вас всех достала этой ночью? - слабым и севшим голосом попыталась подшутить Камила, когда, проснувшись, увидела перед собой сонного, с покрасневшими глазами Дика и такую же измученную, суетящуюся у стола подругу.

Друг тепло улыбнулся ей и перетянул к себе на колени.

- Ты даже не представляешь, как напугала нас, девочка! - проворчал он.

- Я и сама перепугалась! - призналась она. - Вряд ли я смогу когда-нибудь забыть эту ночь! - с горечью в голосе заметила девушка.

- Ты справилась, и это главное! - попыталась взбодрить ее подруга, заботливо и так привычно проверяя температуру своей пациентки, а потом удовлетворенно кивая Дику.

- Кажется, ты идешь на поправку! - констатировала она. - Сейчас мы тебя накормим свежим мясным бульончиком, а потом можешь еще немного отдохнуть и поспать, тебе это только на пользу пойдет!

- Черт, я голодна, как тысяча троллей, но мне до ужаса страшно от одной только мысли, чтобы взять хоть что-то в рот! - призналась Камила.

Она уткнулась носом в грудь Дика и блаженно закрыла глаза, которые опять слипались. Парень заботливо погладил по руке и коснулся подбородка девушки, вынуждая ту открыть веки.

- Сначала бульон, потом сон! - требовательно произнес он.

- Тиран! - вздохнула магичка.

«И когда в последний раз я была такой покладистой и податливой? А да, все верно, если не считать дурацких приворотов - никогда!» - мысленно усмехнулась Камила: сил спорить и вырываться совершенно не было, кроме того в руках Дика почему-то было на удивление комфортно и, что немаловажно, тепло.

Слабость и сонливость не отпускали девушку еще на протяжении целых суток. Она то и дело проваливалась в сон, неожиданно просыпалась и снова терялась, погружаясь в мир грез.

Стоило Дику отлучиться от нее хотя бы на несколько минут и дать при этом возможность уснуть, и Камила уже оказывалась в своем собственном мире, непреодолимо далеком от реальности. Теперь вместо надежного друга она ощущала близость Рея: его дыхание, смешанное с запахом сигарет, который отчего-то совсем не раздражает обоняния; прикосновения, тесные и душные объятия, каменной стеной ограждающие от страхов и боли реальной жизни; мягкие, невесомые касания его стихии, способные осушить слезы и подарить утешение; хриплый, полный вожделения шепот у самого уха, от которого мурашки по коже до кончиков пальцев. Так хорошо и мучительно быть в его власти, ощущать поцелуи, сладко-горькие, утоляющие и иссушающие… Опасный дурман развеивался с каждым пробуждением, но на душе все равно было гадко и неспокойно. Злость и досада, тоска и раскаяние, как острое лезвие по свежим ранам, прямо на сердце. Они затягивались с появлением Дика и почти не кровоточили - разве что изнутри…

Парень следил за тем, чтобы она успевала вовремя принимать пищу и питье, а также все любезно предоставленные Шайлой лекарства, как мог развлекал девушку различной малозначимой болтовней и без стеснения укладывался рядом, прижимая магичку к груди, когда та снова засыпала. Ни одного лишнего касания, ни одного неосторожного слова…

Камила была благодарна ему за эту сдержанность, потому что чувствовала себя крайне смущенной и раздосадованной из-за того, что так открыто принимала его помощь, льнула к нему, стараясь отогреться и отогнать неприятные мысли, и в то же время отчетливо понимала, что ее чувства по отношению к Дику совсем не то же самое, что он испытывает к ней. Вспомнился злосчастный поцелуй на тренировочном полигоне, и снова было стыдно и даже больно за то, что она тогда позволила себе сделать.