Ловец Снов - Дарья Вознесенская

— Спасибо, Пресветлый, и за приглашение тоже спасибо, — отвечаю я звонко.

Толпа изумленно ахает. А чего они ожидали? Что послом будет Советник? Ну так лучшие алхимики Империи в дипломатии не сильны, уж очень любят на эмоциях играть.

Светлый сделал приглашающий жест, и мы расселись. Советник чуть в стороне, а я ниже Правителя, на маленьком троне. Сзади меня и Милатор с Кириллом встали, предварительно довольно грубо Дамира подвинув. В том не было необходимости особой, но охранители мои не могли себе в удовольствии отказать. Остальные дружинники по залу разбрелись — дев своим видом будоражить.

Наблюдаем за балом с Радомиром Премудрым, молчим. Вчера уже до хрипоты наговорились, сейчас и вежливых редких фраз достаточно. Танцы начались разнообразные, разговоры — все больше о темных, явно; вино рекой льется. Мне тоже было предложено и я с удовольствием взяла кубок золотой, драгоценный.

Тут слышу, покашливание рядом.

Ага, подлый маг проснулся.

— Позвольте поинтересоваться, Пресветлый, не это ли та помощница следователя, что я разыскиваю вот уже пять дней, днем и ночью, по двум мирам?! — обратился он к властелину своему.

Я глаза скосила и усмехнулась.

А то он меня не узнал как будто. И злющий то чего такой!

Милостиво голову наклоняю и сама отвечаю холодно, презрев весь протокол:

— Рада приветствовать вас, Светлый Под… Маг Дамир Всеславович. Как поживаете?

— Как поживаю?!!!!!! — шипит он и уже на меня смотрит. А очи так и сверкают! — Да понимаете, посол…уважаемый, пропали у меня девушки из Прокуратуры, что помогли немерено — ни есть не мог, ни спать, все думал, что случилось то, вдруг умерли они уже смертью страшной, или под пытками сейчас мучаются! А они оказывается… а она…

— А вы получше бы следили за порядками в своей Столице, да за своим поведением в Прокуратуре, и не пропадало бы оттуда никого! — отвечаю ему так сурово, что остолбенел он да руками замахал негодующе.

— И то правда, — вмешался Пресветлый — Ты чего скрытничал то? Чего ни меня, ни Директора до последнего мгновения в известность не ставил?

— Да я же не уверен то был! И не знал, кого подозревать! А как клубочек то распустился, хотел уже бежать к вам, да тут вот напасть случилась с Русланочкой! Ну то есть с Русланой Антрагоновной… Ну то есть думал, что случилась…Всё из головы вылетело! Решил спасать девиц сначала! Вот только спасать то некого было, — закончил он еще злее, поклонился Пресветлому и, попросив разрешения, ретировался

Пару часов, наверное, пировали, да танцевали на светлом Балу. Надоело жуть. Я уж было думала ничего интересного больше не случится, как услышала.

— Позволите пригласить вас?

Вздрогнула, но волнения не показала. Посмотрела на дикие хороводы, что устроили светлые — вот никакого понятия о рисунке танца — и перевела взгляд на Верховного Мага. Лицо Дамира Всеславовича было непроницаемым. Он повернулся, махнул рукой музыкантам и те заиграли совсем иную мелодию.

— Вы умеете танцевать наши танцы? — брови мои поднялись в недоумении.

Светлый Маг уверенно кивнул. Сердечко застучало как сумасшедшее, но по виду моему сказать это было невозможно. Ведающие держать себя в руках умеют. Ну, когда не рыдают на груди родных.

— Хорошо.

Я встала, сделала знак и ко мне тут же подошел Милатор. На мага зыркнул, но возражать не решился. Лишь на колено перед мной опустился и вдруг схватился руками за подол и разорвал платье прям до самого бедра Самые впечатлительные близстоящие барышни ахнули и ручки к груди прижали — наверное не отказались бы от такого опыта

А я что? Я танцевать собиралась.

А танцы тёмных это вам не кругами прыгать, здесь свобода ногам и рукам нужна, да платья специальные, с разрезами, чтобы было как эту свободу проявлять.

Чувствую, трясётся что-то сзади — У Правителя плечи ходуном ходят. Знаю, смеётся он так беззвучно, а придворные шарахнулись в ужасе — думают гневается.

Советник темный так и не шелохнулся, будто дремлет

Подаю я руку предателю и выхожу с ним на пустое пространства. Ах какой ритм! Верховная все меня из-за этих танцев ругала, а я не могла от них отказаться. Всем телом к магу прижалась, ножку на него закинула, ручками обвила, в глаза смотрю — ну веди, что стоишь то?

Он и повёл, как по линиям. Хорошим танцором оказался! Шаг назад, шаг вперёд, через руку меня перебрасывает, за ноги подхватывает, стан мой гнёт. И где подлец такой научился? Может не только розовое пироженко облизывает, но и с темными девами дела какие имел?

Я подавила в себе вспышку гнева и отдалась движению.

Как раз участились ритмы музыки — и Дамир задвигался в такт, закружил как вихрь, аж заколки из причёски вылетать стали. Но я внакладе не остаюсь — то рукой по груди веду, то за спину широкую обхватываю, то в волосы его вцепляюсь, от чего глаза маговские еще сильнее сверкают, жидким огнем наполняются.

У темных такие танцы в древности были первой проверкой будущих партнёров — справится ли, будет ли так же страстно действовать, как смотреть? А сейчас просто танец считается, да сущности то не изменишь.

И я от души отдалась этому действу, уважая вкусы своих предков

Но вот музыка закончилась. А маг то вцепился — не оторвёшь, дышит тяжело, прижимает. Ну я вывернулась, пару раз каблучком наступила, чтобы отпустил. Спокойно, как ни в чем не бывало, наклонила прощально голову и пошла, степенно села на своё место. Хотя внутри меня бушевала буря.

На аплодисменты осторожные внимания не обращала, да возбужденного мужчину не жалела. Хотел бы поговорить — так отозвал бы, зачем изворачиваться? А теперь пусть сам думает, значит ли всё это что-нибудь, или померещилось.

А я думать не буду. Хотя пометочку себе поставила — с невестой я его сегодня не видела.

Главный Маг мерил шагами свой кабинет, покоя не зная. И злился пуще прежнего.

Да что же происходит то? Сначала он думал Руслана — дурочка неумелая, потом понял что силы в ней немерено, потом что и вовсе она Ведающая, да такая, что раз в сто лет рождаются! Ловец Снов она оказалась!

А теперь? Кто теперь то она, кем считать её? Пресветлый только смеется на вопросы, но он и так видит — непроста девочка оказалась. С повелителями обоих миров, судя по всему, знакомая и лицо их доверенное.

Как подступиться то теперь к ней? Как теперь общаться? Да позволено ли? А отчего не дозволено! Он и сам рода высшего, при должности одной из самых уважаемых во всех мирах. Боятся его ведь, и завидуют, и уважают — это она только с самого начала по другому смотрела.

Ах как смотрела! Как уста свои сахарные открывала!

Сам он все испортил, знает. А как объяснить — не знает. Ну, может и знает, но ведь не дает объясниться то! Ни слова не выслушала, всему поверила, исчезла и теперь смотрит холодно.