Полночный прилив - Стивен Эриксон

И действительно, что он мог сделать?

Рулад Сэнгар появлялся и вновь пропадал, становясь все безумней. Визг, смех, крики, вой. Сколько раз можно умирать?

Поживем – увидим.

– Эта буря, – спросила Сандалат, – стремится проникнуть на остров?

Вифал кивнул, ощущая бессильное бешенство стихии.

– Она чего-то ждет, – продолжала великанша. – Или кого-то… Этот кто-то должен что-то сделать…

Вифал подавил желание дать ей в морду – она бы его убила на месте. Ждать. Надо ждать.

– Погоди-ка, – прошептал он. – Я кое-что придумал…

– О, чудо! – всплеснула руками спутница. – Да я уже догадалась. Молись, Вифал, молись.

И тут он увидел то, что искал, – у самой кромки бурного прибоя за рифами. Увидев, он показал пальцем:

– Смотри, ведьма с черным сердцем! Видишь? Корабль!

– И что с того? Ты-то как отсюда вырвешься?

Вифал развернулся, напугав нахтов, и побежал. Ярость утраивала силы. Ух, как он был зол. Мучители заслужили свою участь. Заслужили, и еще как! Взять хотя бы нахтов. Вечно одно и то же. Тупые ухмыляющиеся обезьяны. Одно и то же без конца.

Построить гнездо.

Растоптать его.

Построить новое.

Рас-топ-тать!

Он увидел свое жалкое жилище – убогую, невзрачную палатку, прилепившуюся к мертвой равнине. Почуял внезапно проснувшееся внимание Увечного бога – словно щупальца трогали мозг. Нет уж, рассмеялся про себя кузнец, в этой бодяге даже бог не разберется. Запутается в бесконечном рефрене, что наполняет мозг его пленника.

Построй гнездо! Растопчи гнездо!

Он подскочил к палатке – не со стороны узкой входной прорези, а с тылу. Всем телом врезался в стенку хлипкого сооружения.

Палатка завалилась вовнутрь. Вифал оказался наверху верещащей под полотнищем фигуры. Бог плевался и шипел от злости и негодования.

Вифал захватил в горсть прогнившую холстину, отскочил назад и потянул на себя полотнище, выдергивая колышки и обрывая стропы. Жалкий безродный божок оказался неприкрытым.

Он взвизгнул, опрокинув жаровню и рассыпав угли. Искры застряли в истасканной одежде бога, она задымилась.

Ты заплатишь за это жизнью, смертный!

Вифал с усмешкой отошел еще дальше.

И тут ему в спину ударил ветер.

Он чуть не свалил Вифала с ног.

Кузнец повернулся к ветру лицом, посмотрел на берег, на клубящиеся, рвущиеся на остров штормовые тучи. Они становились все гуще, нависая над сушей, укрывая ее своей тенью.

Нагибаясь против ветра, Вифал побежал к берегу.

Волны, роняя пену, бушевали со всех сторон, но прямо по центру вода оставалась спокойной. На берегу стояла Сандалат и кувыркались в дикой пляске нахты.

Корабль изящно скользнул по спокойному участку, преодолел риф и с легким трепетом паруса, скрипя о гальку, остановился в пяти шагах от кромки воды.

Вифал выскочил на песок, когда с борта спустился и побрел к берегу заурядного вида человек.

– Этот корабль – твой, – объявил он на летерийском торговом наречии. – Забирай своих друзей и ставь парус.

– Вы кто такие? – спросила Сандалат.

– Заткнись! – рявкнул на нее Вифал. – Быстро на корабль, дура!

Нахты уже были на борту и карабкались по вантам.

Женщина тисте анди с сердитой миной поспешила к кораблю.

Вифал бросил взгляд на моряка.

Тот ухмыльнулся и сказал:

– Молодец, Вифал из Мекроса. Хорошо молился…

– Я был уверен.

– Поспеши. Еще успеешь проскочить по спокойной воде.

– А как же ты, Маэль?

– Я не прощаюсь. У меня найдется для тебя работенка. А пока надо как следует вломить одному богу.