Кровавые кости - Лорел Гамильтон

— Очевидно, не те аниматоры, которые рисуют мультики?

Я не смогла скрыть улыбки.

— Нет. Мы поднимаем мертвых. Анимируем — от латинского слова «давать жизнь».

— И это все, что вы делаете? — Он смотрел на меня пристально, будто что-то было написано на внутренней стороне моего черепа и он пытался это прочесть.

Очень неприятен был этот изучающий взгляд, но мне случалось выдерживать и более сильные. Глядя ему в глаза, я сказала:

— Я лицензированный истребитель вампиров.

Он вежливо покачал головой:

— Я не спрашивал, чем вы зарабатываете на жизнь. Я спрашивал, кто вы.

— Может быть, я не поняла вопроса.

— Может быть. Вот ваш друг спросил меня, кто я. Вы ответили ему, что я — фейри. Я спросил вас, кто вы, и вы мне описали свою работу. Это как если бы я сказал, что я бармен.

— Тогда я не знаю, как ответить на ваш вопрос.

Он не отводил от меня настойчивых глаз.

— Нет, знаете. Я вижу в ваших глазах это слово. Одно слово.

И когда он его увидел, это слово стало ясно и мне.

— Некромант. Я некромант.

Магнус кивнул.

— Мистер Стирлинг знает, кто вы?

— Не уверена, что он понял бы, даже если бы я ему сказала.

— Вы действительно обладаете возможностью управлять нежитью всех видов? — спросил он.

— А вы действительно можете сделать сто башмаков за одну ночь? — ответила я вопросом на вопрос.

Он улыбнулся:

— Это не тот вид фейри.

— Вот именно.

— А зачем вы здесь, если вы работаете на Стирлинга? Надеюсь, не затем, чтобы уговорить меня продать? Мне было бы очень неприятно ответить «нет» такой прекрасной даме.

— Кончайте ваши комплименты, Магнус. Они вас ни к чему не приведут.

— А что меня приведет к чему-нибудь?

Я вздохнула.

— Не надо, я и так запуталась с мужчинами.

— Что правда, то правда, — буркнул Ларри.

Я посмотрела на него мрачно.

— Я не приглашаю вас на свидание. Я приглашаю вас в свою постель.

Я обернулась к нему — нет, скорее вызверилась.

— Не в этой жизни!

— Секс между сверхъестественными существами — всегда вещь захватывающая, Анита.

— Я не из сверхъестественных существ.

— А теперь кто буквоедствует?

На это я не знала, что сказать, и потому ничего не сказала. Молчание — золото.

Магнус улыбнулся:

— Простите, что смутил вас, но я бы никогда себе не простил, если бы не спросил. Я уже очень давно не был ни с кем, кроме людей. Давайте я поставлю выпивку, чтобы загладить свою грубость.

Я покачала головой:

— Лучше пару меню. Мы еще ничего не ели.

— Еда за счет заведения.

— Нет, — сказала я.

— Почему?

— Потому что конкретно вы мне не нравитесь, а я не люблю принимать одолжения от тех, кто мне не нравится.

Он откинулся в кресле, на его лице мелькнуло нечто, близкое к удивлению.

— А вы откровенны.

— Вы еще не знаете, насколько, — заверил его Ларри.

Я подавила желание пнуть его ногой под столом и спросила:

— Так можно, чтобы нам принесли меню?

Он поднял руку и попросил:

— Дорри, два меню.

Дорри принесла меню.

— Я совладелица этого заведения, а не твоя официантка, Магнус. Поаккуратней.

— Ты не забыла наш уговор на этот вечер? — ласково спросил он, но эта ласковость ее не обманула.

— Я не обязана оставаться одна с этими людьми. Я не буду… — Она покосилась на нас. — Я не одобряю этих ночей любовников, ты знаешь.

— Я позабочусь обо всех, прежде чем уйду. Не стану огорчать твою нравственность.

Она ответила ему сердитым взглядом:

— Ты с ними уйдешь?

— Нет, — ответил он.

Она повернулась на каблуках и пошла за стойку. Оставшиеся пока без пар мужчины смотрели вслед ее колышущейся спине, но осторожно, чтобы она не заметила их взглядов.

— Ваша сестра не одобряет такое использование гламора? — спросила я.

— Дорри много чего не одобряет.

— У нее есть принципы.

— Вы имеете в виду, что у меня их нет, — заключил он.

Я пожала плечами:

— Это вы сказали, не я.

— Она всегда так сурово судит? — спросил Магнус у Ларри.

— Как правило, — кивнул Ларри.

— Может быть, закажем еду? — спросила я.

Он улыбнулся, но опустил глаза в меню.

Это был ламинированный лист бумаги, отпечатанный с обеих сторон. Я заказала себе чизбургер, хорошо прожаренный, жареную картошку и большую кока-колу. Уже несколько часов я не принимала кофеина, это сказывалось.

Ларри хмурился, глядя в меню.

— Кажется, я сейчас не в состоянии есть гамбургер.

— Здесь есть салаты, — сказала я.

Магнус опустил пальцы на руку Ларри.

— Что-то видно у вас в глазах. Что-то… что-то ужасное.

Ларри посмотрел на него в упор:

— Я вас не понимаю.

Схватив Магнуса за руку, я оторвала его пальцы от Ларри. Он обернулся ко мне. Смотреть в его глаза было трудно не только из-за цвета. У него зрачки завивались спиралью, как у птицы. Человеческие глаза такими не бывают.

До меня вдруг резко дошло, что я держу его за руку. Я убрала руку.

— Магнус, перестаньте читать наши мысли.

— Вы были в перчатках, иначе я мог бы сказать, до чего вы дотрагивались, — сказал он.

— Это полицейское расследование. Все, что вы узнали экстрасенсорными методами, должно считаться конфиденциальным, иначе вы будете отвечать как за кражу информации прямо из дела.

— Вы всегда так делаете? — спросил он.

— Как?

— Ссылаетесь на закон, когда нервничаете.

— Иногда.

— Я видел кровь, и больше ничего. Мои способности в области ясновидения довольно ограниченны. Вам бы надо пожать руку Дорри. Ясновидение — ее сильная сторона.